Эти подвиги точно заставили бы меня покраснеть. Но не сегодня. Сегодня я удивляла себя, потому что, оказывается, неуверенные вчера губы нынче точно знали, как целовать. А руки, всегда знавшие о своей беспомощности, вырывали из горла мужа совершенно восхитительные звуки. Это я? Неужели, действительно я заставляла дышать его неровно и шептать срывающимся голосом смешанные с мольбою проклятия?
– Юл... – пораженческий вздох... и все.
Кажется, это все сначала было на подоконнике, затем в кресле, вроде, еще на письменном столе, в чем я была не вполне уверена, но совершенно точно закончилось все на кровати.
Нет, положительно, в семейной жизни есть такие плюсы, о которых вот так вот просто не расскажешь незамужней подружке.
***
Гости начали съезжаться во дворец еще неделю назад, но его величество Илиодор Сияющий Третий изволили приехать только сегодня. Слухи о том, что светлый король гостит в западном крыле темного замка, просочились в нашу спальню с первыми лучами солнца радостным гимном:
– Панаехала гасцей з іншаземных абласцей...
Не няправільна, гасцёў – з іншаземных абласцёў.
Вось прыехалі ўсе: містэр, пані, гер, місье,
І сіньёра, і мадам. Прахадзіце, гаспада...
Спросонья я не сразу сообразила, что к чему, вскочила с кровати и бросилась почему-то к двери, ведущей в гостиную.
– Юлка, опять ты шкатулку завести забыла, – проворчал мне в спину Алекс и спрятал голову под подушкой.
Проклиная все на свете, я пробежала до столика в гостиной, на котором уже не дремал Григорий, а только сопел недовольно, следя за моими передвижениями.
– Третий раз за неделю, – сообщил он мне очевидное, когда я приподняла крышечку и бессмысленно погрозила Звездинскому пальцем.
Пельмень никогда не воспринимал исходящие от меня угрозы всерьез, а потому запел еще громче:
– Если вы не так уж боитесь Кащея
Или Бармалея и Бабу Ягу,
Приходите в гости к нам поскорее,
Там, где зелёный дуб на берегу...
– Юла! Шесть утра! – немедленно донеслось из соседней комнаты. – Имей совесть!
Даже обидно стало, словно это я тут распеваю на весь дворец. Захлопнула крышку, завела цикл на очередные двадцать четыре часа и вернулась в спальню.
Алекс сидел на кровати, лохматый, сонный и недовольный.
– Все, теперь точно больше не засну, – обвиняющим тоном сообщил он мне. – Пойду посмотрю, кто там приехал, что твой Звездюк так распелся...
Идти никуда не пришлось, потому что в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли.
– Ваше высочество!
Я прыснула, а Алекс раздраженно закатил глаза. Ну, не виновата я, я не специально. Не могу ничего с собой поделать, но когда Александра обзывают высочеством, смех непроизвольно рвется наружу, хоть ты меня режь.
Лакей подозрительно покосился на меня и продолжил:
– Ее величество королева велела передать вашему высочеству, что их величество Илиодор Сияющий Третий прибыли во дворец со своим семейством и приближенными.
– Панаехала гасцей...– фальшиво пропели со столика, и я возмущенно ахнула:
–Григорий!!
–А что? – кабачок сложил на груди маленькие ручки. – Ему можно, а мне нет?
–Спасибо, мы примем к сведению, – кивнул Алекс слуге и поторопился выпроводить его из наших комнат, пока моя живность еще чего не учудила, после чего вернулся в спальню и сел на кровать. Мне же было достаточно просто заглянуть ему в глаза, чтобы хорошее настроение растаяло, как дым.
–Мы еще можем плюнуть на все и уехать в Школу прямо сейчас, – напомнил он, а я только головой качнула.
–Не надо, мы же все решили.
Сама достала ожерелье с кровавым рубином и вручила его мужу, села на постель рядом с ним и подняла волосы двумя руками, обнажая шею, чтобы ему было удобнее застегнуть на мне украшение.
– Давай не будем тянуть. Сделаем это сразу и... – повернула голову, чтобы заглянуть Алексу в глаза, потому что сердце вдруг нехорошо сжалось, словно предчувствуя какую-то беду.
– Ты же знаешь, я тебе верю. Все будет хорошо.
Замочек щелкнул, и Алекс прошептал необходимые слова, после чего рубин полыхнул, поменяв цвет с кровавого на насыщено-вишневый, и вместе с ним полыхнула я. Словно горячая волна прокатилась по всему телу от затылка до пяток и обратно.
Александр озабоченно всматривался мне в глаза, как будто искал признаки неведомой хвори.
– Ты как? – спросил он, наконец, не заметив ничего необычного.
– Я не знаю, – пожала плечами. – Нормально... Только ощущение какое-то странное, словно я должна что-то сделать очень важное, а не могу вспомнить, что именно.
– Наверное, что пора собираться на бал? – попробовал пошутить Алекс, и я криво улыбнулась в ответ.
Ага, прямо дождаться не могу начала торжества.
***
Потолок приемного зала каким-то непонятным образом за сутки превратился в сверкающее мириадами звезд ночное небо. Я присматривалась изо всех сил, но так и не заметила ни удерживающих нитей, ни иллюзорных заклинаний. Оставалось только восхищаться и молча завидовать чужому таланту, а еще таращиться вокруг, словно деревенщина, впервые попавшая на столичный праздник, потому что убранство зала уступало в необычности и роскоши только костюмам гостей.
И ведь это был даже не первый мой бал во дворце. Точнее, в темном-то дворце первый, но я почему-то думала, что он не будет особенно отличаться от того, что я уже видела при дворе Илиодора Сияющего Третьего.
Правда, стоит отдать должное, в состоянии легкого шока пребывала не я одна, потому что светлый король, нарушив сегодня все традиции, установленные им же, явился на день рождения своей кузины, облачившись во все черное. Кузина же, наоборот, блистала непорочной белизной невинного платья.
– Закончится официальная часть – сразу уйдем, – пробурчал Алекс, наблюдая за тем, как венценосные особы приветствуют друг друга легким поцелуем в щеку.
– Почему? – я оторвалась от любования потолком и удивленно глянула на мужа. – Ты же хотел остаться на фейерверк...
– Не нравится мне это единодушие, – отвернулся от королевских особ и приобнял меня за талию. – И скучно... Пойдем к нам, а? У меня столько оригинальных идей появилось в связи с твоим интересным нарядом...
Я испуганно огляделась по сторонам, проверяя не слышит ли кто-то, о чем мы тут шепчемся, и бросила недовольный взгляд на мужа.
– Как-то я сомневаюсь насчет оригинальности твоих мыслей, – качнулась от него в сторону, убирая свой интересный наряд подальше от его загребущих рук.
Платье и правда было славным. Во-первых, из-за цвета, который менялся от ярко-красного до черного во время движения и в зависимости от степени яркости освещения. А во-вторых, из-за удивительно простого фасона, единственной изюминкой которого были полностью открытые плечи. Со стороны казалось, что сделай я одно неловкое движение – и платье обязательно соскользнет с груди, к моему позору и всеобщей радости. Алекс от края моего декольте просто глаз оторвать не мог и несколько раз даже порывался подтянуть его немного выше, за что и получил не единожды по рукам.
– Ты словно голая, честное слово, – прошептал он, возвращая свою руку на мою талию.
– Зато все сразу замечают рубин, – я пожала плечами, а Алекс застонал сквозь зубы:
– Не делай так!
– Как? – я удивленно приподняла брови и повторила движение плечами. – Так?
Александр посмотрел на меня прямо-таки свирепо и наклонился вперед, собираясь мне что-то сказать, но остановился, заметив кого-то за моей спиной. Первым моим желанием было обернуться, чтобы глянуть, кто же это там так внимание мужа с моего декольте на себя переключил.
– Привет! – поздоровался с подошедшим, бросив на меня настороженный взгляд. – Давно не виделись. Года три?
– На самом деле полтога месяца, – прокартавили за моей спиной знакомым женским голосом, и я все-таки оглянулась. Элиза Сияющая улыбалась моему мужу неуверенно, но, разорви меня дракон, призывно.
– Правда? Ну, извини, забыл... – Александр ее призывного взгляда не замечал, он с рассеянным видом крутил кольцо на моем пальце, то самое, с голубой волной из бриллиантиков. – Как тебе праздник?
Светлая принцесса раздраженно махнула рукой и, нарушая все правила этикета, хмуро сказала:
– Слушай, не вешай мне лапшу. Когда вуже будешь о моем статусе объявлять? – она так и сказала "вуже", поэтому я сразу зацепилась за это слово, а только потом поняла смысл оставшихся. Алекандр же дернулся, словно она его ударила, и в брошенном мельком на меня взгляде я успела заметить испуг, а Элиза продолжила:
– А то как собака на сене, честное слово. Опгеделяйся скорее, я, знаешь ли, тоже хочу устгоить свою личную жизнь.
О чем это она? Я сощурилась подозрительно, вспоминая рассуждения ныне покойного айвэ Лиара о том, что у Александровского дедушки было три бабушки.
– Я же в прошлой раз озвучил вуже свою позицию, – передразнил Алекс.
– Озвучил! – зашипела принцесса и огляделась по сторонам с обворожительной улыбкой на губах. – А маме своей пгодублиговать слабо? И пго папу моего не забудь!
– Да что тут дублировать? – возмутилась я. Праведно, между прочим, возмутилась. Ходят тут всякие, на чужих мужей призывные взгляды бросают.
– Юл, пожалуйста, не лезь в это, – Алекс крепче сжал мою руку. – Хорошо?
Ничего хорошего, имею право!
– Мы с Лизой быстренько все обсудим на балконе...
– Алекс, – бездейственно ждать, пока он будет уединяться со светлой принцессой, я совершенно точно не собиралась.
– Просто постой здесь, – велел он. – Я быстро.
Схватил Элизу под локоток, и они скрылись за стеклянной дверью. А я... я, да... осталась стоять на месте. Ноги словно приклеились к паркету. Что за ерунда? Я даже наклонилась вперед, незаметно приподнимая край юбки, чтобы проверить, не прячется ли под подолом приклеивающее заклинание. Еще раз попыталась поднять ногу, чтобы сделать шаг, и едва смогла сдержать болезненный крик, когда рубин в месте соприкосновения с моей кожей обжег меня весьма ощутимо.