— Мам, я уверена, ты справишься. Все будет хорошо.
Поддавшись порыву, мама обнимает меня, всхлипывает на плече, и я чувствую как дрожь проходит по ее телу. Отстранившись, поправляет порядку возле моего лица и говорит:
— Спасибо. Я ничего больше в твоем телефоне не смотрела. И не буду. Он у папы.
— Он в кабинете?
— На кухне, — слабо улыбнувшись, мама идет в комнату, но прежде чем закрыть дверь больше шутливо чем грозно произносит: — и не переписывайтесь там допоздна! Завтра в школу!
Папа сидит в очках и с книгой в руке, когда я захожу на кухню. Он тут же переводит взор на меня и, когда я закрываю дверь, выдает:
— Я же сказал, что поговорю с мамой. Скажу честно, разговор выдался непростой, но обстоятельный. Твоя мама не стена, а крепость!
— Спасибо, папа! — сажусь рядом с ним. — Арсен правда хороший!
— Не сомневаюсь, — усмехается отец. — Надеюсь, ты не совсем уж потеряешь голову. Первая любовь она такая!
— А ты помнишь свою первую любовь? — неожиданно любопытствую.
— Помню, — шепотом отвечает. — Только маме не говори, — заговорщически подмигивает. — Знаешь, — переходит на серьезный тон, — наши отношения тоже испортились в последнее время. Думаю, что после того как ты уедешь в университет, мы с мамой поедем в отпуск. Как считаешь?
— Отличная идея!
— Мы с мамой не лучшие родители, да и у самих нас отношения непростые, но мы хотим постараться это исправить, — откровенничает папа. — Пока еще есть, что исправлять, — горько добавляет.
Раздается звук входящего смс на столе, и я только сейчас замечаю свой телефон. Хмыкнув, папа весело бросает:
— Это уже пятое за последние пятнадцать минут. Твой жених себе места не находит. Думаю, несчастному стоит ответить.
Щеки опаляет румянец, и я хватаю телефон. Папа возвращается к книге, а я бросаюсь в комнату под его тихий смех.
«Ты уже дома?»
«Все в порядке?»
«Ау, ты тут?»
Последние два это разбитые сердечки и плачущие смайлики.
Интересно, если я не буду отвечать Герасимову до утра, он мне голубей с письмом пришлет?
«Все в порядке, не переживай. Ты уже дома?» — отвечаю этому неугомонному.
«Пару минут назад зашел. Волнуешься, утенок?»
Боги, этому парню еще нужны доказательства?
«С чего бы?» — как обычно принимаюсь язвить.
«Вредина! Завтра зайду за тобой в школу! Во сколько ты выходишь?»
«Без двадцати восемь»
«Чего так рано?»
Клянусь, я даже через телефон чувствую его возмущение. Конечно, это очень рано. Особенно для того, кто привык проходить на второй урок.
«Вот так и встречайся с отличницами. Ладно, я зайду! А домашку дашь списать?»
«И не надейся»
«Никаких привилегий»
Рассмеявшись, откидываю телефон.
Счастливо улыбаюсь, глядя в потолок. Я люблю Арсена Герасимова. Это официально.
Глава 29
Время до экзаменов пролетает в спешке. Кажется, что кто-то поставил жизнь на быструю скорость. Между подготовкой к экзаменам, сдачей хвостов, школьным советом (будь он проклят) я нахожу время даже для свиданий и друзей.
Ага, теперь Нина Уткина не мрачная одиночка-заучка, теперь у нее есть парень и друзья.
К слову, с мамой наши отношения налаживаются. Не то чтобы она перестала интересоваться моими оценками и успеваемостью, однако теперь она не проверяет мой телефон и спокойно реагирует на Герасимова. Даже когда тот каждое утро заходит за мной в школу.
Мама все-таки записалась к психологу, и вчера у них прошел первый сеанс. С тревогой она по-прежнему справляется с трудом, но по крайне мере не выплескивает это на нас с папой.
У Арсена родители в процессе развода, но больше для него это не больная тема. Кажется, он даже стал больше общаться с отцом.
И еще больше хороших новостей!
Королева перевелась. Настолько быстро, что мы даже не успели с ней попрощаться. Какая жалость. И да, мы все-таки посмотрели с Полиной «то самое» видео. Сказать по правде, зрелище не из приятных. На видео наша красавица абсолютно обнаженная танцует на какой-то закрытой вечеринке.
Арсен настаивал на том, чтобы слить видео в сеть. Долматов со своей стороны клятвенно заверил, что его человек сделает так, что никто в жизни не найдет концов откуда было слито видео. Но мы с Полей, пораскинув мозгами, решили оставить все как есть.
Королева не дура. Догадается кто слил и зачем. Война продолжится и кто знает на что Каролина готова пойти ради мести. Нам с Устиновой хотелось просто перелистнуть эту страницу и забыть как страшный сон.
Сегодня самое последнее собрание школьного совета, где мы обсуждаем… Нет, не очередную «прекрасную» идею Носовой. Упаси господи! А наши характеристики! Кажется, этого момента я ждала целый год.
— Разумеется, каждому напишут по его заслугам, — стрельнув в меня острым взглядом, важно заявляет. — Писать нам будет сама Маргарита Львовна. Как вы понимаете, не каждому пишет характеристику директор школы.
Боже правый, можно еще больше добавить пафоса в голос?
— От себя хочу добавить, что в этом году школьный совет проявил себя с самой лучшей стороны! Еще никогда не было проведено столько мероприятий, столько добрых дел, столько…
Короче говоря, минут пять Носова распинается в похвалах самой себе, перечисляя все что было сделано за год под ее чутким руководством.
— В завершение, хочу выразить всем огромную благодарность за ваш вклад в организацию выпускной церемонии!
А вот и камень в мой огород. Поскольку последние недели я занималась баскетболом и была освобождена от всех дел школьного совета, то выпускным естественно не занималась. Чего, разумеется, мне не может простить Носова.
— Объявляю школьный совет в этом году официально закрытым! — торжественно произносит Носова, после чего начинает хлопать.
Мы вяло подхватываем хлопки, а потом встаем.
— Нина, ты домой? — спрашивает Литвинов.
Мы с ним периодически общаемся, хоть и в последнее время наше общение значительно сократилось. И все же я по-прежнему считаю его своим приятелем.
— Да, завтра первый экзамен, — тревожно отзываюсь. — Ты готов?
— Не знаю, — подхватив свой рюкзак, пожимает он плечами. — Мне кажется готов, но боюсь что перенервничаю и все забуду.
О, как знакомо! Несмотря на то, что я из года в год езжу на различные олимпиады — итоговые экзамены, а точнее независимое тестирование, от балов которого собственно и зависит успех поступления, это несколько другая история. Здесь все более ответственно, чем на олимпиаде.
— Та же история, — поддерживаю Литвинова.
Вместе мы выходили из класса и топаем к выходу, болтая о темах которые успели повторить и задачах со звездочками. Спускаемся по лестнице, выходим в главный холл, как вдруг меня на мою талию опускается рука, отчего я испуганно подпрыгиваю.
— Ты долго, — шепчет мне словно что-то интимное на ухо Арсен.
Оборачиваюсь и улыбаюсь, говоря:
— Я думала, ты уже ушел.
— Без тебя? — выгибает бровь, а потом целует в щеку.
Какого…
Он опять?!
Поясняю: в последнее время Арсен ревнует меня к Литвинову, хоть и под дулом пистолета в этом не признается.
Стоит нам только с Ваней пересечься в столовой или в коридоре между уроками, как Герасимов превращается в эдакого пещерного человека, заявляющего права на свою женщину. Как вы понимаете, говорить что на меня особо никто не претендует дело бесполезное.
Толкаю наглеца локтем в бок, намекая чтобы прекратил спектакль, но Арсен лишь забирает у меня рюкзак и закидывает себе на свободное плечо, после чего притягивая ближе к себе.
— Ну ладно… — неловко протягивает Литвинов, нервно улыбаясь, — я пойду. Было приятно увидеться, Нина! Удачи на экзаменах! — последние слова он кричит уже у выхода.
Еще через пару секунд парень скрывается из виду, а я отпихиваю Герасимова и, сложив руки на груди, мрачно на него взираю.
— Удачи на экзаменах, — писклявым голосом повторяет Арсен за Литвиновым. — Что за идиот, ей богу!
— Арсен! — топаю ногой. — Ну сколько можно?
— А что такое? — совершенно невинно хлопает глазами, делая глупое лицо.
Махнув на этого засранца рукой, разворачиваюсь и мчусь на выход. Выйдя из школы, спускаюсь по ступенькам. Я успеваю сделать еще пару шагов, прежде чем Герасимов нагоняет меня, хватает за руку и разворачивает к себе лицом.
— Да ладно тебе, утенок! Ну не обижайся!
— Герасимов, ну что ты как маленький? Я же тебе тысячу раз повторяла, что Ваня — мой друг.
— Ага, друг! — фыркает, закатывая глаза. — Друг который пялится на твою задницу, между прочим!
— Что ты такое говоришь?
— Правду, — упрямо отрезает. — Да он же таскается за тобой хвостиком! Нина то, Нина се… А ты как будто и рада! Вечно ему улыбаешься, обсуждая эти ваши батанские штучки.
Прошу прощения… То есть, мне уже и улыбаться нельзя?
— Но люблю я тебя, а не его! — сама от себя не ожидая, выкрикиваю.
Тут же прикладываю ладошку ко рту, ойкая.
— Значит, все-таки любишь? — хитро прищуривается Арсен, тут же складывая губы в довольной ухмылке.
— Люблю, — понимая, что уже не отвертеться, буркаю. — Как будто ты не знаешь!
— Я тебе признался уже давно, а ты все молчала, — с упреком кидает. — А тут еще и этот задохлик вечно крутится у тебя под ногами.
— Какой же ты дурень, Герасимов, — преувеличенно-тяжело вздыхаю.
Ну вот и как на такого злиться?
— Но зато твой дурень, — приближается к моему лицу.
— Вот мне повезло, — хихикаю, а потом сама притягиваю Арсена ближе и целую.
Я заканчиваю решать последнее задание, когда проходит примерно половину из отведенного времени.
Да-да, то самое со звездочкой.
Несколько ребят уже сдали листики и ушли. Либо это чертовы умники или же лентяи, которые поставили галочки наобум.
Откровенно говоря, задания оказались легче чем я предполагала. Должно быть, мне повезло. Несколько вопросов попались, которые я разбирала буквально вчера.