Она, конечно же, знает местоположение Комморага. Но зачем ей его уничтожать? Не-е-е-т. А вот если уже Иннеяд уничтожит Комморраг, пожрав все души друкхари живущих здесь, то именно с этого момента начнется предсказанное падение Слаанеш.
Даже на Архти-Ярве с этими моими выводами соглашались.
Платформа с глухим глубоким лязгом остановилась вровень с полом Арены.
Вокруг гигантского плоского пространства сомкнулись полусферой зрительские ряды не подчиняющиеся гравитации. Миллиарды зрителей жадно уставились на меня, ожидая моих действий.
Размер же самой площадки Арены был огромен. Несколько километров в диаметре. Насколько я знал, система позволяет создавать здесь почти любые условия. Невесомость, лава, вода, лед, вакуум... Любой каприз устроителей боев, позволяющий толпе насладиться мучениями умирающих. Но обычно на Арене Культа Распри не ударяются в подобные изыски. Поэтому здесь обычно почти нормальное давление атмосферы, гравитация чуть больше одного "g" и гладкий шершавый пол, представляющий из себя почти сплошные плиты, толщиной десятки метров. Лифтовые шахты, могущие бесперебойно доставлять бойцов в эту мясорубку, дополнительно закрываются защитными полями. Вырваться отсюда, кроме как победив или удовлетворив толпу, почти невозможно. Удалось подобное лишь единицам... Для зрителей создана особая система, позволяющая любому из них как бы быть в избранной им точке Арены и наслаждаться каждым ударом, каждым вскриком, каждой пролитой каплей крови...
Начинаю закачивать в себя варп и резко дергаю правой рукой. Психо-кость не выдерживает и разлетается на осколки. Подвожу освободившуюся конечность к своему лицу и пару раз сжимаю разжимаю пальцы в кулак. Вроде все в порядке. Правда материал переплавившегося бронекостюма носит следы множественных мелких проколов, словно от игл. Хоть бы этот странный композиционный материал, получившийся из овеществленной воли Бога-Императора и моей брони эльдарского варлока, мог самовосстанавливаться. Ведь, кроме этих повреждений, броня вскрыта от паха до подбородка, а ее края даже несколько вывернуты наружу.
Рукой свожу ее края и та неожиданно послушно склеивается, оставляя лишь безобразный неровный шрам. Ну, хоть так. Придется в предстоящем бою беречь это место от ударов.
Тут мое внимание привлекает разошедшиеся напольные плиты в километре от меня. Там показались поднимающиеся ряды солдат. Большая платформа, поднимала на Арену разом больше тысячи темных эльдар. Вооружены они причудливо зазубренными косами на длинных древках. Однако, а вот их броня была вполне эффективной, закрывая все тело, кроме головы.
Вот и прибыл обещанный мне Роксанной корм... Посмотрим, не сожрут ли эти крысы ослабевшего дракона, которому еще и запретили дышать огнем...
Возникает мощный голос, который говорит на древне-эльдарском:
— Во славу Асдрубаэля Векта сейчас начнутся десятидневные Игры. Специально выращенные солдаты и пойманные твари со всех уголков галактики сойдутся в бою с оскверненным Святым, пошедшим против своих господ! Если Святой Кассин сумеет выжить все десять дней Игр, то он получит свободу из рук самого Асдрубаэля Векта!..
Солдаты срываются с места и стремительно бегут ко мне, при этом удивительным образом умудряясь сохранять построение.
Вырваю из оков левую руку и сразу же ноги, но спрыгнуть на пол не удается: я забыл про прибитые штырями к большому листу психо-кости свои крылья.
Вытаскивать штыри времени нет и прокляв Тэль`вэ еще разок, я подтянул ноги и упершись ими к эту же плиту резко отталкиваюсь. Штыри имеют большие головки, словно у гвоздей, и просто стянуть крылья выходит лишь с изломом внутренних каркасов и разрывами более мягких тканей. Все это сопровождающихся громким хрустом и болью.
Спрыгнуть на пол не получается и я просто шлепаюсь на пол. Рядом, изломанными конструкциями падают крылья...
*****
Асдрубаэль Вект сидел на троне, находящемся на возвышении в своей отдельной ложе. Его охранял отряд готовых к почти всему инкубов. Кроме этого он был прикрыт дополнительными защитными полями. Слева от трона стояла группа уродливо-ужасных гомункулов, которые играли роль советников Векта. Эти твари постоянно настороженно косились на правую сторону трона, где рядом с возлежащей на ложе Лилит, из одежды на которой были лишь узенькие трусики, стояла белокожая демоница, облаченная в сильно переработанный древний доспех Ясновидящей. Отличия последнего заключались в множестве инородных включений в снежно-белую психокость: на гладкие поверхности бронепластин были наращены изогнутые назад шипы-крючья, ё при этом на некоторых из них висели свежие кусочки кожи и плоти: очевидно, буквально только что, демоница зверски разорвала какое-то живое существо, при этом использовав не оружие, а свое тело. В стыках между белыми броне пластинами было видно абсолютно-черную основу-поддоспешник. При этом оттуда, из стыков. при каждом движении на пол капала кровь.
Красивое и хищно-изящное личико со светящимися ярко-алым светом глазами, из верха лба которого росло два загибающихся назад красных рога. При этом они росли так, что окружающая их плоть явно трескалась и рвалась... Словно они росли откуда-то из глубины головы. Ну и вдобавок эти рога были не симметричны: правый был намного больше левого. Кроме этого демоница имела пару таких же не симметричных крыльев: правое было кожистым демоническим, а левое — было словно птичье, с перьями из странного черного материала.
Айерла Раздирающая. Одно из древнейших чудищ Комморага, поддерживавшее из теней Асдрубаэля Векта с самого начала его восхождения к власти. Говорили, что сама Лилит состояла с ней в ближайшем родстве. Лишь Вект знал, что ресурсы, предоставляемые Айерлой стали фундаментом того, что позволило сначала Комморагу удержать нейтралитет в противостоянии Древних Советов, а потом и стать самостоятельным и независимым субъектом политики Империи. Но Аерла, из-за неизвестных причин, когда власть уже практически была у нее в руках, внезапно уходила в глубокую тень, лишь пассивно наблюдая за грызней аристократов. Что интересно, Падение и остальные разнообразные катаклизмы ее не затрагивали вообще. Рушащиеся Княжества, войны, нашествия демонов... Все это лишь позволяло Аерле зарыться во тьму еще глубже. Но именно ее сбереженные ресурсы позволяли Комморагу подняться из пепла еще более могущественным.
В последнее время до Векта достиг слух, что Аерла тысячи лет создает огромнейшую армию, которая достигла такого размера, что это стало уже трудно скрывать. Но посланные в нижние Шпили шпионы и откровенные разведывательные партии просто не вернулись. Не ясна была и цель этих приготовлений. Нет, что для войны — это понятно. Но войны с кем? Когда-то давно Аерла обмолвилась, что руководствуется пророчеством. Судя по всему происходящему за последние десятки тысячелетий это пророчество было всеобъемлющим и довольно точным.
Война... С последователями Губительных Сил? Армией Голодной Суки? Последователями Иннеяда? Империумом? Тау? Некронами? Или той всепожирающей силой, что наступала извне галактики?
И вот Аерла Раздирающая вновь возникает из теней и предлагает Векту, чья власть снова пошатнулась, провести не просто бои на Арене, а десятидневные Игры в его честь, в пламя которых она лично бросит десятки миллионов выращенных ею солдат и сотни тысяч пленников и чудовищ из всех уголков галактики...
А центральной фигурой происходящего будет странная тварь, носящая в себе явные признаки Принца-Демона.
Лифт доставил эту тварь и остановился.
Вект заинтересовался — тварь была причудливо распята. Сам он не видел, но ему докладывали, что это существо пытали Аспектные воины из Искусственных Миров, что было уже довольно необычно.
Следом на Арену поднялась первая армия — десять тысяч солдат, вооруженных лишь косами.
Речь распорядителя Игр Вект пропустил мимо ушей — его внимание привлекло то, как тварь, пересиливая боль, освобождалась из оков. Вект почуял эту энергетику и вдохнул полной грудью. Похоже, Игры будут неплохие.
Тут до него донесся звонкий смех Аерлы:
— Ха-ха-ха! Я забыла его освободить!
*****
Как же плохо слушается тело.
Поднимайся... Поднимайся же!
Крылья лежат безвольными тряпками. Каркас из костей и плоти, созданных из варпа, разрушен и сломан во многих местах.
Самое плохое — я почти не вижу будущее. Захваченных душ слишком мало для корректной рабы всех способностей. Пришлось выбирать между физическими показателями и предвидением. Выбор пал на первое. Жрать же суперзагаженный варп в этом времени и месте я не горю желанием — лишние щупальца мне не нужны. Да и познавать глубины гнева Векта пока не хочется. Одно дело пущенные на убой солдаты и совсем другое — элитная гвардия при поддержке танков.
Множественный топот быстро приближается. Они уже рядом. Отталкиваюсь от шершавого пола и подтягиваю под себя ноги. Мимолетное желание оторвать от себя ставшие бесполезными крылья давлю на корню. Демоны с ними. Пусть волочатся. Может, при обильном питании, они еще восстановятся... Ха-ха-ха... Обильном питании...
Выращенные Роксанной друкхари похожи на друг друга как две капли воды. Их облик кошмарен: с голов будто содрали кожу, обнажив кости, а потом прилепили обратно лишь лица, края которых натянули на череп и прикрепили к нему скобами и даже чем-то вроде шурупов. Клоны...
Чем они ближе, тем сильнее я ощущаю их физическую боль. Она очень сильна и то, что ее испытывает сразу столько эльдар, формирует настоящую набегающую волну психической энергии.
Когда до меня остается около двух десятков шагов, солдаты прыгают ко мне, замахиваясь косами для удара.
Косы... Это оружие имеет один минус и он довольно большой: у лезвия на древке ограниченная область поражения. Одна из тактик эффективного противостояния этому оружию сводится к резкому сокращению дистанции.
Что я и планирую сделать.
Когда ноги первой шеренги уже отрываются в прыжке от пола, я из сидячего положения прыгаю вперед, вытянув перед собой руки в когтистых перчатках. Скорость этого рывка настолько велика, что солдаты не успевают опустить клинки и я практически проскакиваю область поражения. Стальные древка дробно бьют меня по плечам и голове, а следом мои раскрытые пальцы врезаются в летящие мне навстречу тела, пробивая материал броне-костюмов, словно бумагу, а следом и разрывая плоть. Их души послушно затягиваются с меня. Энергия моего психополя разрывает уже пустые оболочки эльдар слева и справа от меня пополам. Лицо центрального солдата, на которого я лечу, искажается жуткой гримассой, когда он пытается встретить мое лицо ударом своего колена в шипованном наколеннике. Склоняю голову влево, чтобы избежать этого удара и врезаться в него плечом. Следом я буквально сношу этого солдата и начинаю сбивать следующих за ним, целую секунду используя его тело как щит. А потом я встаю на пол и мои окровавленные руки разрывают его напополам.