— Вам пицца с грибами, в кувшинчике красное палермское, — доложила, поднимаясь к нему под крышу, служанка. — Матушка велела передать.
Загадочные пятна
Грибы в лепешке образовывали маленькую Вселенную.
— Так, так, так, — сказал Галилей и принялся царапать что-то вилкой на столе.
Служанка с уважением смотрела на загадочные цифры, крючки и черточки.
Когда из печати вышел его ученый трактат, мир с удивлением узнал, что в центре Вселенной находится Солнце, а Земля вместе с другими планетами только вращается вокруг него.
Уборка в кабинете Галилея
— Ай-ай-ай, а мы-то думали, что всё вокруг нас, — огорчились обыватели, но у них было много дел: кому надо было отправлять товары во Францию, кому в Америку, у кого инквизиция собиралась сжечь родственника.
По-настоящему всполошилась только церковь:
— Опять эти идеи насчет устройства Вселенной. Ведь сказано раз и навсегда: хрустальные сферы, мир в шесть дней, человек — венец творенья… Подать сюда этого механика!
Устроили суд. На суде Галилей толково и доступно изложил свои доводы.
Устройство Вселенной до Галилея
В зале было жарко, горели свечи, летучие мыши висели под потолком.
— Формулы, которые вы нам написали, может быть, и верны. В ваш телескоп я сам смотрел, действительно, у Юпитера
четыре спутника. Но это ничего не доказывает. Вы портите Священное Писание, — сказал председатель суда. — Как думаете, коллеги? Пожалуй, этого человека надо сжечь.
— Сжечь, сжечь, — зашумели церковники. — Хотя сожжешь — шум по всей Европе… Может, вы, гражданин, одумаетесь? Да не тычьте нам в нос ваши схемы. Лучше подумайте о своих близких.
«И верно сожгут, — подумал Галилей. — Пропади все пропадом. Главное-то уже сделано, люди узнали истину. Что еще нужно?»
И он, преклонив колена, а может быть, подняв вверх руки — на все тогда был установлен ритуал, — отрекся от своего учения. Его взяли под микитки, вывели из зала и отправили в ссылку.
— А все-таки она вертится! — пробормотал, глядя ему вслед, председатель.
Галилей, который чуть не сгорел на костре, теперь красуется на банкноте
Но это было его личное мнение.
32. Коперник
Кстати, Галилей был не первым, с кем церковь сцепилась по вопросам астрономии. Началось с Коперника. Поляк еще раньше додумался, что в центре Вселенной стоит Солнце. Додумался, написал книгу и показал ее друзьям.
— Как бы у тебя не было неприятностей! — сказали те. — Напиши-ка, милый друг, предисловие. Мол, так и так, это всего лишь гипотеза, которая нуждается в проверке. Автор и сам понимает… Напусти туману!
Устройство Вселенной по Копернику
— Ну зачем же? — уперся ученый. — Какая проверка, когда и так все ясно? Важна суть, а она у меня изложена четко. Уже древние догадывались. Одни только солнечные и лунные затмения говорят, что Земля — шар и что…
— Нет, вы только посмотрите на этого правдолюбца! — удивились приятели. — Древних, что ли, потащат в инквизицию? Слушай, что советуют умные люди. Напиши: буду благодарен за критику, каждое замечание будет учтено. Главное ведь не твоя паршивая книжонка, а всё, что вокруг нее: презентация, комментарии, сноски, рецензии, разговоры…
— Ох, не хочется!
— А на костер в пропитанном серой халате хочется?
Коперник сдался.
Когда книга вышла, реакционеры и церковники взвыли от злости.
— Вот жук! — сокрушались они. — Земля вращается вокруг Солнца!
Ересь, а не придерешься — всего лишь гипотеза. Но народ-то из церквей уже бежит. Надо реагировать.
И они сожгли Джордано Бруно, который утверждал то же самое, что и Коперник, но в книге которого не было предисловия.
33. Король и корабль
Шведский король Густав Адольф решил построить себе корабль. Он вел войну, которую историки окрестили потом Тридцатилетней, и ему некогда было особенно рассусоливать с инженерами.
— Чтобы был самый быстрый, самый красивый, самый сильный… ну и вообще самый-самый! — сказал король и умчался воевать.
Инженерам ничего не оставалось делать, как выполнять прихоть короля. На корабле водрузили высоченные мачты. Пушек втащили полсотни. Всю палубу уставили статуями богов и героев. Богов позолотили, героям дали в руки венки и мечи.
Под такой тяжестью корабль осел.
Ко дню испытаний на набережной у дворца собрался весь Стокгольм.
Выбрали якорь, ветер надул паруса, корабль накренился и перевернулся.
Суд долго искал виновных. Их не нашли. Правда, одному из судей пришла в голову мысль, что нельзя быть сразу и самым сильным, и самым быстрым, и самым красивым, но он как-то не сумел связать ее с данным делом.
А короли, оказывается, не слушали инженеров уже в те забытые времена.
34. Завоевание Кипра
Арабский полководец Аль Балути, прибыв на Кипр для завоевания острова, приказал сжечь все корабли. Солдатам некуда было деваться и они завоевали остров.
— Смотри! Придется отчитываться, — предупредили полководца друзья. — Пока мы тут побеждаем, рискуем жизнью, там при дворе халифа всё-всё про нас пишут. Вернемся, книги откроют и…
— Победителей не судят! — гордо ответил Аль Балути и вернулся в Багдад.
— А где мои корабли, Аль Балути? — спросил его между прочим за ужином халиф.
— О Солнце Востока, — ответил полководец, — отправляя меня против неверных, ты требовал только одного — завоевать Кипр любой ценой. Я завоевал его. Остров у твоих ног.
— Молодец. Остров — это хорошо. И неверных ты, как траву — жик, жик! — порубил. Но флот-то, между прочим, был хороший, корабль к кораблю. Я их по досочке собирал, ночей, бывало, не спал. Ты думаешь, моя казна — бездонная бочка?
Полководец Аль Балути приказал сжечь все корабли и кораблики
Прежде чем жечь, надо было думать. А ну-ка, принесите книги. Так вот: будешь платить или в башню с палачом пойдешь?
Вот откуда выражение: «сжечь корабли». Оно значит — халатно отнестись к казенному имуществу.
35. Хайраддин Барбаросса
Алжирским пиратам не хватало порядка и организованности. Рабы на их галерах гребли невпопад, весла ломались, купцы успевали удрать, два-три конвойных корабля обращали любое количество пиратов в бегство.
Так продолжалось до тех пор, пока командование над пиратами не захватил Хайраддин Барбаросса. Он обезглавил непокорных капитанов и свел галеры во флотилии.
— Надо повысить производительность труда и укрепить трудовую дисциплину! — объявил он.
Пиратское судно
Для этого приказал добавлять в воду, которую давали гребцам, уксус, а цепь, которой раб был раньше прикован к скамье, прикрепить к веслу. Если весло ломалось, раба выбрасывали вместе с веслом за борт, а на его место сажали нового. Галеры пошли ходче.
Разбив в двух сражениях христианский флот, Барбаросса установил на Средиземном море свое полное господство. На острове Джебра пираты соорудили дачи, а из черепов умерщвленных христиан — башню. По подсчетам историков, Барбаросса перебил в сражениях и сгноил на работах от пятисот до семисот тысяч человек.
Милый старичок-боровичок Хайраддин Барбаросса
Последние годы жизни он провел в Стамбуле, вышел на пенсию и разводил у себя в саду розы. Еще он любил смотреть танцы одалисок без лифчиков. Так сказать, топлес. Народные ансамбли. Этакий милый старичок-боровичок.
36. Война в Средние века
Историки считают, что средневековые войны длились долго лишь из-за несовершенства оружия. Они ошибаются, дело не в порохе.
В самом начале Тридцатилетней войны на поле в Нормандии сошлись английская и французская армии. Полки были выстроены друг против друга, и французские генералы предложили своим английским коллегам первыми дать залп.
— Что вы, что вы! — смутились чопорные англичане. — Ваша земля, вы хозяева, уж, пожалуйста, — вы!
— Ни за что! Вы вторглись, вы и начинайте! — галантничали французы.
Англичане скрепя сердце согласились. Их армия дала залп сразу изо всех пушек и ружей. Половина французов была убита. Остальные — ранены. Бой кончился…
Вообще, воевали, не имея научной основы: в праздники отдыхали, пленных отпускали домой, любили маркитанток. Смех!
Академии Генштаба и иприт появились позднее.
37. Пассажиры «Батавии»
Когда огромный парусник «Батавия» покинул Амстердам, направляясь в Малайю, на борту его плыла к мужу юная и хорошенькая Лукреция Янс, а одним из солдат, которые охраняли пассажиров и двенадцать сундуков с деньгами Ост-Индской компании, был такой же юный Хейс.
Сундуки! Золото, серебро! Заговоры на корабле зрели, как груши на дереве. Лукреция флиртовала. Дошло до бунта.
— Что там за шум? — спросил однажды корабельного священника старший на борту, уполномоченный компании Пелсарт.
— Беда, — пролепетал тот. — Кто-то распространил слух, что Лукреция Янс ведьма. Матросы уже вытащили ее из каюты, измазали смолой и хотят сжечь.
— Солдаты, в ружье!
Взвод во главе с Хейсом отбил перепуганную до смерти Лукрецию. Своего спасителя поблагодарить она забыла.
А через неделю ночью раздался треск — судно наскочило на камни. Рассвело. На горизонте тянулась гряда островков и желтела бескрайняя пустыня. Это был западный берег Австралии.
На один из островков перевезли людей, провиант, паруса. Не забыли бочки с вином.
— Я отправляюсь за помощью! — сказал Пелсарт.
Пройдя под парусом и на веслах полторы тысячи миль, он добрался до Явы.
Средневековые войны длились долго
— Что же вы, милейший, и корабль бросили, и капитана с собой привезли, — поморщился губернатор. — Кто там остался старшим?
— Мой помощник Корнелис. Надежнейший человек. И сущий ягненок. Да какой там ягненок — ангел!
— Тут господин Янс беспокоился о жене.
— Передайте, она только о нем и думает.