По необъяснимой причине (дело происходит в капиталистической Германии, а не в социалистическом Советском Союзе) радистка Кэт оказывается в одной из самых дорогих клиник Третьего рейха. Клиника «Шарите» (правильно «Харите») — это комплекс из нескольких больниц, поликлиник и научно-исследовательских центров. Стоимость лечения в сутки составляла 18 марок и выше. Ее должны были доставить в ближайшую окружную больницу, расположенную по адресу Ахенбахштрассе, 4. Для пребывания в указанном выше элитном медицинском заведении она, мягко говоря, была неплатежеспособна. Годовое пособие ее погибшего мужа было не больше 2,4 тысяч марок (200 марок ежемесячно). Какой-то доход, но не очень большой, приносила его фирма. При этом расходы на продукты питания (а она ждала ребенка), налоги и т. п. были большими.
Советский разведчик обладал феноменальными возможностями. Например, он сумел незаметно попасть в кабинет Мартина Бормана и положить на стол секретное письмо. Просто другого способа доставить его адресату не существует. Дело в том, что секретная корреспонденция регистрируется в специальном журнале при сдаче ее в экспедицию. А для этого нужно указать не только полный адрес получателя, но и отправителя. На конверте этого не было указано. Так что пришлось Штирлицу самому выступать в роли почтальона. И, скорее всего, Мартин Борман это послание, которое было доставлено ему с нарушением канонов секретного делопроизводства, отправил бы в мусор не читая.
6-я серия
Из «Семнадцати мгновений весны» можно узнать множество новых подробностей работы VI управления РСХА. Например, один из сотрудников этого ведомства в течение восьми месяцев охотился за русским радистом. А руководитель гестапо (ведомство, которое непосредственно занималось такими мероприятиями) спокойно наблюдает за происходящим и позволяет ему совершать безнаказанные пакости.
Когда Штирлиц втирается в доверие к сотруднику IV управления РСХА штурмбаннфюреру СС Рольфу (его в фильме сыграл актер Алексей Сафонов), выведывает у него местонахождение русской радистки Кати Козловой и спешит арестовать ее (напомним, что ведомство Вальтера Шелленберга не имело права проводить аресты на территории Германии) прежде гестапо, фактически он делает подлость шефу гестапо Генриху Мюллеру и еще большую подлость Рольфу. Но Генрих Мюллер в дальнейшем все равно уважает подлеца Штирлица (который грубо нарушает закон) и не пользуется случаем размазать его по стенке, когда тот «залетает» с отпечатками пальцев на чемодане с рацией. Неимоверной снисходительности человек, наверное, был этот самый Генрих Мюллер (жаль только, что большинство современников не отметили этого качества его характера). Ведь из показанных в течение всего фильма корректных и даже где-то теплых отношений между работниками Главного управления имперской безопасности вовсе не следует, что гадить друг другу было у них настолько распространенным делом, что пострадавшие даже не обращали на это внимания.[34]
Первый вопрос, когда видим оставленный без присмотра узел спецсвязи, — куда исчез дежурный? Вдруг кто-нибудь из руководства решит позвонить? Почему часовые остались на своих постах, а связист — нет?
Второй вопрос — если Штирлицу необходимо было сохранить в тайне свой визит, то почему он хватался голыми руками (а не через носовой платок) за ручку двери и трубку телефона?
Третий вопрос — как с городского телефона можно было позвонить на аппарат спецсвязи?
Четвертый вопрос — Штирлиц разговаривал с Альбертом Борманом — адъютантом Адольфа Гитлера по партии или с Мартином Борманом? Собеседник ведь назвал лишь фамилию.
На разыгрываемом допросе Штирлиц призывает русскую радистку не верить фильмам о немцах, снимаемым в Алма-Ате. В этих фильмах немцы якобы выставляются дураками, а на самом деле они не такие. Интересно, они оба могли их видеть? Допустим, Катя Козлова появилась в Германии после 1941 года. Хотя в это верится с трудом. Маловероятно, что и сам советский разведчик мог созерцать эти киноленты. Вот только Кэт живет в Третьем рейхе уже несколько лет и получила прекрасное представление о немцах — ведь она с ними общается каждый день! Но глупая болтовня Штирлица почему-то квалифицируется Генрихом Мюллером как безукоризненная работа.
7-я серия
Порой Штирлиц любил назначать встречи своим агентам в труднодоступных местах. Например, в Музее природоведения. Поясним, что речь идет о так называемом Университетском музее, который «принадлежал» четырем институтам: Петрографическому, Геолого-палеонтологическому, Зоологическому и Благородных металлов и самоцветов. Доступ в него был строго ограничен, как в любое научное учреждение. Допустим, что Штирлиц мог попасть туда, используя в качестве пропуска свое служебное удостоверение.
Агентам Клаусу (актер Лев Дуров) и «Ильзе» пришлось бы воспользоваться помощью своих кураторов из VI и IV управлений РСХА, хотя такое маловероятно — ведь это «расшифровка».
А вот как быть с группой мелких школьников, которых спешно «сняли» с уроков и отправили в музей? Ведь действие происходит в Третьем рейхе, а там с дисциплиной очень строго.
Название Цветочной улицы написано по-немецки с грубой ошибкой. В фильме Blümenstrabe (вместо «u» использовано ü), а должно быть Blumenstraße. Хотя если быть совсем точным, то швейцарский немецкий отличается тем еще, что в нем отсутствует «эс-цет» и слово «улица» пишется через «SS».
8-я серия
Встреча Холтоффа (актер Константин Желдин) и Штирлица, которая закончилась нанесением легких телесных повреждений (удар коньячной бутылкой) одним собутыльником другому. Этот поступок удивил даже Генриха Мюллера. Реальный советский разведчик не стал бы действовать столь радикальными методами.
Хотя самое интересное было потом. Пострадавший никак не отреагировал на произошедшее. Словно в РСХА было принято колотить друг друга бутылками в качестве наказания за пораженческие настроения.
А ведь шеф гестапо был, очень одаренным человеком. Странно, что эту черту его характера никто не отметил. Вот лишь один пример его «феноменальных» способностей. Возьмет, бывало, Генрих Мюллер с утра (после бессонной ночи) две советские шифротелеграммы (а это колонки пятизначных цифр) и тут же определит, что оба текста были зашифрованы с помощью одной шифросистемы и, значит, профессор Плейшнер и радистка Кэт работали на одного советского резидента. Понятно, что многолетняя работа полицейским научила его многому, но искусству криптоанализа?
В эпизоде, когда Штирлиц на машине везет пастора Шлага к немецко-швейцарской границе, по радио звучит голос Эдит Пиаф. Священник поругивает певицу, при этом старый ворчун даже не подозревает, что знаменитая песня «Я не жалею ни о чем» будет написана через пятнадцать лет после его перехода через Альпы.
9-я серия
Есть в фильме эпизод, который своей двусмысленностью веселит многих «рыцарей плаща и кинжала», да и обычных внимательных зрителей он не оставляет равнодушными.
…Штирлиц заходит в здание РСХА. На входе показывает пропуск. Часовой, посмотрев пропуск, делает «смирно», а после ухода Штирлица звонит по телефону. Штирлиц поднимается на второй этаж. Здесь происходит то же самое. Штирлиц идет по коридору и перед поворотом та же история с пропуском и телефоном. Штирлиц идет дальше. Следующий кадр — Мюллер сидит возле приемника, к нему входит офицер СС и докладывает:
— Штирлиц идет по коридору.
— Что? — спрашивает Мюллер.
— Штирлиц идет по коридору, — отвечает офицер.
— Куда? — спрашивает Мюллер. Офицер пожимает плечами, мол, не знаю. Голос диктора за кадром:
— Штирлиц шел к Мюллеру…
Поясним, что «коридор» на жаргоне разведчиков означает не только элемент интерьера здания, но и некий путь, который расчищен для прохода. Например, коридор (окно) на границе.
В фильме подробно рассказывается о том, как чекист своими хитроумными действиями затормозил нацистский атомный проект. О реальной истории неудачной попытки создания немецкой атомной бомбы мы расскажем подробно ниже. А сейчас лишь скажем, что никакими чекистами в ней и не пахло. Вот военные разведчики (из ГРУ), возможно, и отличились.
10-я серия
С режиссерской и операторской точки зрения, все снято великолепно. А вот с позиции здравого смысла — нет. Можно назвать две нестыковки.
Первая, когда контуженый ефрейтор (актер Олег Федоров) завел Кэт с детьми в подвал полуразрушенного дома, а сам пошел ждать автобус. Он явно не знал одной из особенностей немецкого общественного транспорта — он ходит по расписанию. Может быть, в годы войны это не всегда удавалось, но зачем тогда на автобусной остановке выстроилась очередь? Военнослужащему было достаточно подойти к этим людям и спросить, когда будет автобус.
Вместо этого он терпеливо высматривал его из-за угла. Интересно, а что он собирался делать, когда автобус подъедет? Бежать сразу за Кэт, так они не успеют. Попросить водителя подождать минут пять, пока он сбегает за женой и детьми, но такое странное поведение могло лишь насторожить водителя. Ответа на этот вопрос мы не узнаем: беднягу пристрелили.