л, фосфорный дым был ядовит… А вот насколько – уже точно не помнил. Но одно было ясно – полной грудью им дышать не рекомендуется.
– Помогите… Кто-нибудь, помогите… – послышалось где-то совсем рядом.
Си Джей дёрнулся было на звук, но был тут же остановлен Дойлом.
– Но…
– Ему уже не помочь.
Именно. Без нормального военного госпиталя даже легкораненых «вилли питом» поставить на ноги будет практически невозможно и… Зараза… Всё равно зрелище вокруг не для слабонервных. Даже после картин того, что могут сделать с хрупким человеческим телом пули и осколки, это как-то… чересчур…
Не просто ожоги, а одновременно химические и термические ожоги. То есть, это всё равно, что не просто поджечь человека из напалма, а ещё вдобавок и облить его кислотой. И то, что получается в итоге… Чёрт, нет, лучше на это не смотреть… Надо просто побыстрее миновать это место, и всё.
Мысли о том, чтобы разжиться боеприпасами, при виде всего этого улетучились моментально и у всех сразу. Обыскивать даже не трупы, а полусгоревшие, полуразъеденные куски протоплазмы… Нет, ну его на хрен.
Два «Хамви». Дверцы нараспашку, но их экипажи далеко уйти не смогли… Собственно, они вообще не успели даже выбраться из машин, когда их через люки в крыше накрыло зажигательной смесью…
За вторым джипом обнаружился «джи-ай». Он сидел, привалившись спиной к бамперу, шумно и хрипло дыша и что-то нашаривая на поясе. Кажется, солдат был ранен относительно легко…
Но это впечатление мгновенно рассеялось, когда мы подошли к нему поближе.
Из-под накрытой куском брезента левой ноги «стража» тянулся лёгкий дымок. Похоже, что парень был в состоянии шока и только поэтому ещё не загнулся от боли. На нас он никакого внимания не обращал и даже не повернул головы на звук наших шагов. Вряд ли он вообще сейчас был способен хоть немного соображать…
«Страж» достал с пояса флягу, а затем резко откинул брезент в сторону, обнажая паршивого вида рану на бедре.
Стой! Даже не думай, кретин!..
Частички белого фосфора, засевшие в ноге парня, соприкоснувшись с воздухом вспыхнули, сжигая человеческую плоть. Солдат резко выплеснул воду из фляги на рану в попытке потушить огонь, но у него ничего не получилось. «Вилли пит» продолжал жечь тело «стража», который сначала задёргался, но потом затих. Похоже, отмучился…
Перед нами возник небольшой обрыв. Видимо, когда-то вокруг одного из зданий пробовали выстроить ветрозаградительную стену, но со временем песка намело по самую преграду.
И, кажется, именно это здание и было опорным пунктом «стражей»… Мощные стены, узкие окна-бойницы, колючая проволока по периметру и прочие оборонительные прелести. Правда, великовато что-то для казармы… Нет, для казармы как раз вполне нормально, но не думаю, что тут квартировался полнокровный батальон.
Кратчайшим маршрутом между двумя точками является прямая. И сейчас эта самая прямая между нами и предполагаемым местом сбора бандформирований ЦРУ проходила аккурат через это разрушенное здание.
Нужно сказать, что мне повезло, и я действительно снёс фугасными минами один из углов постройки, позволив зажигательным снарядам запалить всё внутри… Это было однозначно везение пополам с наглостью, потому что в свои навыки выдающегося артиллериста я не верил ни на каплю.
За обвалившейся наружной стеной обнаружилось достаточно простое и, кажется, действительно жилое помещение… Да, точно. Кое-как разгороженный пластиковыми офисными перегородками зал; немудрёная мебель – столы, кровати и…
Ч-чёрт… Твою мать, сколько тут покойников… Метко же ты положил снаряды, Алекс, чёрт тебя дери…
Я рассеянно скользнул взглядом по сожжённым фосфором телам и ускорил шаг. Нечего тут рассматривать, нет тут ничего интересного или познавательного. Нервы у меня, может, и крепкие, но лишний раз проверять их крепость что-то не особо хочется…
Невольно бросил ещё один взгляд, замедлил шаг…
Что-то было не так.
Что-то, мать его, было не так. Совсем не так.
Тел было много – десятки, многие десятки. И… чёртов фосфор сжигает тела, но оставляет одежду относительно целой. И…
Нет… Нет-нет-нет…
– Это… Это же гражданские, – тихо произнёс Си Джей.
Лишь единицы были в камуфляже и с оружием, большая же часть была явно безоружна. Обычная гражданская одежда. Женские вещи. Де… детские…
– Эй, да откуда здесь гражданские? – несколько нервно возразил Юрай, явно чувствуя себя не в своей тарелке. – Ну, максимум это могли быть местные…
Дойл прошёл вперёд, наклонился и осмотрел несколько тел.
– Паспорт… – пробормотал он. – Дипломатический… Сильно обгорел, но разобрать можно… Зоя Гайль, 29 лет, Германия… А у этого удостоверение журналиста… Бенджамин Уиллард, 32 года, Англия…
– Да не, не может быть… – покачал головой Блазкович. – Откуда тут столько европейцев? Наверняка местные.
– А, по-твоему, это так уж меняет дело? – резко произнёс снайпер. – Тут же десятки гражданских. Мёртвых гражданских!
– Это война.
– Ты себя слышишь? Это не война, Юрай, это безумие! Я – солдат, наёмник, я воюю за деньги. Но я не убиваю за деньги женщин и детей! Это… Это всё он виноват! Это он превратил нас в палачей!..
Голос Си Джея стал глухим и гулким, как будто бы доносящимся из какого-то колодца, а затем и вовсе начал затухать. Я больше не слышал слов своих ребят, а вместо это слышал чьё-то хриплое прерывистое дыхание. Не моё дыхание, точно не моё…
Она сидела у дальней стены, в тени. Девочка. Лет шести-семи. Половина лица сожжена – ни кожи, ни волос. Сплошное чёрно-кровавое месиво с тёмным провалом пустой глазницы. Вторая половина – нечеловечески совершенное, как у ангела или какого-то другого волшебного создания.
Она была ещё жива. Не знаю, как это возможно, но она была всё ещё жива.
И она смотрела на меня. Как будто просила о чём-то… О чём? А о чём можно просить в такую минуту?
Я поднял ствол автомата, но почти сразу же опустил его.
Нет. Не могу. Не заставляй меня. Не заставляй меня убивать… Ещё раз убивать тебя. Пожалуйста. Не заставляй убивать тебя снова. Я не виноват. Это не моя вина. Не заставляй меня…
В полумраке, царящем внутри здания, раздался тихий вздох… А затем я остался наедине со своим дыханием и тишиной.
Мгновение спустя мир снова обрушился на меня своими звуками.
– Остынь, Си Джей! – повысил голос Юрай.
– А чего «остынь, Си Джей»?! Что за хрень! Мы уже не понимаем, что делаем! Сначала мы убивали «танго», потом убивали американских солдат, а теперь и гражданских начали убивать, да? Что дальше – начнём убивать друг друга?!
– У нас не было выбора!
– Ни хрена! – сплюнул снайпер. – Может, тебе и нравится быть убийцей, а мне нет! Я своё дело знаю, я на такое не подписывался!
Юрай неожиданно сделал два быстрых шага к Си Джею и врезал ему в челюсть, одним ударом уложив снайпера на землю.
– Думаешь, мне это нравится? – заорал всегда невозмутимый Блазкович. – Думаешь, мне нравится чувствовать себя палачом?! Пошёл ты! Пошёл ты, понял?!
– Отставить! – рявкнул Дойл, вставая между парнями и отталкивая Юрая назад. – Вы двое, смирно, мать вашу! Смирно, я сказал! Вы оба что – охренели? Здесь идёт война, а вы ссоритесь, как два тупых школьника из-за смазливой девки. Вы же профессиональные наёмники, мать вашу. Всё, хватит! Поняли, нет?
– Так точно… – пробормотал Юрай, успокаиваясь и подавая руку всё ещё валяющемуся на земле Си Джею. – Проехали?
– Проехали… – буркнул снайпер, поднимаясь с помощью Блазковича на ноги.
– Никому не нравится, что тут происходит, – негромко произнёс Дойл, бросая взгляд на меня. – Мне – тем более, но…
Я на мгновение прикрыл глаза и глубоко вдохнул…
В воздухе пахло чесноком и палёным мясом.
– Продолжаем движение, – ровным тоном произнёс я. – Нужно уходить отсюда.
– Э-э-э… Садж… – даже Дойл оказался выбит из колеи моим хладнокровием.
Ничего… Я и сам от себя почти в шоке. Хорошая штука – шок. Главное – совсем не больно.
– Мы не виноваты, – продолжил я. – Это вина «штормовых стражей», вина полковника Коннорса. Всё произошедшее… всё происходящее – их вина. Только их. И они заплатят. За всё.
Парни встретили мои слова гробовым молчанием и тяжёлыми взглядами… Взглядами в сторону. Они явно старались не смотреть мне в глаза.
Ну и ладно. Переживу. Я многое пережил. Многих пережил. И это переживу, чего уж там…
– Если мы разгромим «стражей», то всё закончится. – Мой голос казался лишним в здании, полном мертвецов. Его не должно было здесь быть. – Вы со мной? Или нет?
Я обвёл свою команду взглядом.
Наёмники молча зашагали вперёд, обходя меня…
Спустя несколько секунд, следом за ними двинулся и я. Тоже молча.
Мой голос был здесь лишним. Его не должно было здесь быть.
Глава 45
Сент-Клементе, Калифорния, США, 2017 г.
– Доктор Курц. – Я пожал руку крепкого лысоватого мужика лет сорока пяти. – Как моя сестра?
– В норме, Алекс, – ответи врач. – Она у вас очень сильная.
«В норме».
«В норме», а не «хорошо» – значит, всё по-прежнему. По-прежнему неважно.
Юля превратилась в собственную тень всего за месяц – саркома Юинга.
Никогда раньше о таком дерьме даже не слышал, а теперь знаю почти всё. Поражает костные ткани нижних конечностей и таза. Тот же рак, только основа развивается не из эпителиальных тканей внутренний органов, а из тканей соединительных. Крайне велик риск заболевания в молодом возрасте. У детей протекает намного быстрее и тяжелее, самый рискованный период – 10-15 лет…
– Хорошо, тогда я загляну к Юле.
– Она спит. – Курц неожиданно замялся. – И, Алекс… Твоя сестра случайно не говорила тебе ни о какой своей подруге?
– Из её подруг я знаю только Иви…
– Нет, эту егозу я тоже знаю. А это девушка лет шестнадцати, красивая, длинные чёрные волосы, красные глаза…
– Что, простите?.. Может, это кто-то из больных или…