нцу. Всем ослам и учёным!.. В середину строя можете не становиться – кому вы теперь нужны? Лучше сделайте то, чего не могли или не хотели сделать раньше – в запасе у вас от силы несколько дней, а потом… Всем верным бойцам дела полковника Коннорса!.. Час пришёл. Апокалипсис настал! Апокалипсис прямо сейчас, прямо сегодня. Так уйдём же достойно, джентльмены! Уйдём, прихватив вместе с собой наших дорогих спасателей-наёмников. Кстати, нескольких из них видели в районе Хрустального утёса… По слухам, они опять собираются кого-то спасать. Так что вечеринка назначается на… э-э-э… сколько там на моих часах? А, ну да, у меня же нет часов… Не беда! Просто все, способные носить американскую форму и оружие, собираемся у Хрустального утёса. С меня музыка. Ведь я же ваш диджей, верно, а? Ничего не бойтесь. И смерти тоже не бойтесь – вы ведь и так уже мертвы. И я тоже умер! Поэтому сегодня нам остаётся только одно – идти до конца. А потом ещё куда-нибудь… Главное, чтобы не на хрен, ха-ха! Тут-туру! Адиос, народ Кувейта! А может, и прощайте.
Новый всплеск помех.
– Си Джей! Си Джей, как меня слышишь? Приём.
– Сэр, я…
Неожиданно где-то за заднем фоне послышался какой-то непонятный шум. Крики, вопли, шум борьбы.
– Эй! Какого чёрта вы…
Звуки выстрелов.
Плохо. Совсем плохо.
– Си Джей, что у вас там происходит? Си Джей!
– Эм… Я дико извиняюсь, что вмешиваюсь в вашу беседу… – в эфире снова зазвучал голос Хьюза. – Сержант Пошёл-ты-на-хрен, да? Я запомнил твою фамилию. Она у тебя необычная, знаешь ли…
– Чего тебе надо, урод?! – прорычал я.
– Ой, простите-простите!.. Но что мне надо, я уже получил. По большому счёту. Сейчас твоих парней вяжут мои парни. А потом будет суд. Скорый, но праведный, как говорится. Поэтому – не глупи, сержант. Сдавайся сейчас, пока не стало хуже…
– Твою мать!.. Ублюдок, когда я до тебя доберусь, то ты высрешь собственные зубы!
– Эй-эй-эй! Полегче, приятель! Это ж почти что семейная радиопередача, а ты тут матюками матюкаешься, как маленький ребёнок… Нет, у нас тут рейтинг категории… хе-хе… «Для всех жаждущих». Оценил каламбур, а? У нас тут столько в прямом смысле слова куча жаждущих радиослушателей… Увы, но в основном они жаждут воды, а не музыки или информации. Но сгодится и такая народная забава, как линчевание толпой…
Чёрт! Чёрт!!!
Бежать не получилось, поэтому я просто быстро заковылял вперёд.
Хрустальный утёс… Зараза, что это может быть? Думай, Алекс. Думай!
– Да, сержант Пошел-ты… Или мне лучше называть тебя просто Алексом? А то мы с тобой уже, можно сказать, неплохо знакомы, хоть и заочно… Неудобно как-то… Да ты не стесняйся, тут все же все свои! Тут только ты, я… и несколько тысяч слушателей, жаждущих узнать!.. Узнать, что ты будешь делать, когда они придут за тобой? Когда они найдут тебя – того, что обрёк их всех на смерть? Ха-ха! Они хотят пить… они хотят жить… они хотят кушать… ХОТЯТ ТЕБЯ УБИТЬ! Ха-ха-ха! Тут-туру! Алекс, что ты будешь делать, когда они придут?
К чёрту.
Я переключил рацию на другой канал.
Не хочу больше слушать этого урода. Ни секунды больше. Хрустальный утёс… Хрустальный утёс… Так… Так… Куда уходила группа отвлечения? Где-то четыре квартала на восток… Вот только где я сейчас? Навигатора нет, мха и лишайников на северной стороне небоскрёбов нет, Полярная звезда в пять часов дня не видна… По солнцу тоже не сориентироваться…
Рация неожиданно пискнула, и я уже было потянулся вырубить её к чёртовой матери, чтобы не слышать новых шизоидных проповедей Ди-джея… Но это оказался не Ди-джей.
– …к «стражам». Они взяли Си Джея и Юрая. Меня прижали, но я пока ушёл. Находимся в каком-то полуразрушенном торговом центре. Здоровая башня из стекла и стали – похожа на скалу или утёс. Ты нужен здесь, я один не справлюсь. Повторяю. Садж, если ты меня слышишь – часть «танго» переметнулась к «стражам». Они взяли…
– Дойл, это я.
– Чёрт, как же я рад тебя слышать! Слышал, что я сейчас передавал?
– Да. Назови какие-нибудь ориентиры – где вы там.
– Так… Сейчас, дай подумать…
Невдалеке послышался вертолётный гул. Покрутив головой по сторонам, я почти сразу же увидел летящий в полукилометре от меня на небольшой высоте «блэкхок». Мысленно прикинув его возможную траекторию, я взглянул в ту сторону и увидел торчащее из земли полуразрушенное здание, сверкающее на солнце уцелевшими стёклами и металлическими конструкциями. Здание было похоже…
На скалу. Или утёс. Хрустальный утёс.
– Держитесь, – произнёс я, с определённым трудом переходя на лёгкий бег. – Я уже иду.
Глава 52
Я с трудом взбежал по склону бархана и остановился, вглядываясь вперёд.
Хрустальный утёс был прямо передо мной – всего в паре сотен метров впереди. Но вот пробежать эти две сотни метров, а потом ещё и драться с одним шестизарядным револьвером и ножом против десятков «стражей» сил уже почти не было. Меня и так уже изрядно тошнило и шатало – кажется, я заработал сотрясение мозга, что было совсем не здорово…
«Блэкхок» приземлился на чудом уцелевшей вертолётной площадке на крыше торгового центра. Из вертушки тут же высадился десяток солдат. Также поблизости виднелось несколько «Хамви» – один… два… три… четыре… А, нет, всё-таки три – последний был уже давно подбит. Что в итоге? В итоге – задница. Большая! Такая! Задница. Врагов почти взвод – человек двадцать-тридцать. Кем надо быть, чтобы перебить столько противников, – Суперменом?
Хотя… Ведь «стражей» и не требуется уничтожать поголовно… Пока что, во всяком случае. Надо бы только вызволить наших, отдохнуть, перегруппировать, а там можно уже и дальше воевать…
Но сначала надо добраться до этого грёбаного Утёса.
Давай, Алекс, вперёд. Пошёл! Знаю, что ноги ватные и сил нет, но надо. Надо!..
Где-то невдалеке очертания полузанесённых зданий начали тонуть в мутно-жёлтой мгле. Воздух пришёл в движение, превращаясь в горячий ветер и наполняясь гулом и скрежетом поднятых в воздух мириадов песчинок…
Неожиданно громким гулом и скрежетом. Пробирающим до самой глубины костей и корней зубов гулом и скрежетом.
Боль в ушибленном теле никуда не исчезла, но начала притупляться. Или, что вернее, притупляться начала реакция мозга на эту боль. Вместе с этим пришла и какая-то странная лёгкость и отрешённость во всём – от движений до мыслей.
Я не излечился в мгновение ока, не получил новых и не собрал легендарные последние силы…
Просто в какой-то момент мне стало всё равно. И это чувство не проходило.
Сделал шаг, ещё один. Ускорился. Перешёл на лёгкий бег…
Превосходно.
Правда, бег вскоре пришлось отставить и перейти к более адекватным способам передвижения в условиях боевых действий – коротким перебежкам и переползаниям. За полсотни метров до цели и вовсе пришлось залечь и начать высматривать место для проникновения.
Парадный вход я отмёл сразу, потому что через него явно ломанулись «стражи». Оставался ещё… Так, что-то похожее на вход в подземную парковку. Попробовать пройти там?..
Хотеть – значит мочь.
Правда, главный вход засыпан напрочь. Как быть? Какая-то дверь… И пролом вниз. Что внизу? Полумрак и неизвестность, таящие в себе камни и острые прутья арматуры… Но кто не рискует, тот не лежит в гипсе!..
Спрыгнул вниз, приземлился на песок, погасил энергию прыжка перекатом. Огляделся по сторонам, затаился.
Так… Действительно подземная парковка. Машин хватает… Правда, что толку? Они же даже как укрытия не прокатят – нормальная винтовочная пуля прошьёт легковушку на раз… Но нечего рассиживаться – надо двигаться наверх, кажется, где-то выше стреляют…
Проход… завален. Перекрытия обвалились, не пройти. Зараза… А это что? Лифт? Ну, не работает – это точно… Но лифтовая шахта – это лифтовая шахта.
Двери заклинило в полуоткрытом состоянии, поэтому после силового вмешательства и порции русского мата, удалось расширить щель и протиснуться внутрь. Кабина застряла, не дойдя и до середины, так что пришлось немного подпрыгнуть. Затем – выбить люк в крыше и влезть в него. Мелкий такой люк, чёрт… Еле пролез. Пару раз вообще подумал, что накрепко застрял, но обошлось… Правда, ссадин и царапин стало ещё больше. Хотя куда больше-то?..
Поднялся по всяким выступам на следующий этаж. Проблем с открыванием створок не возникло – здесь двери и вовсе были почти начисто высажены чем-то тяжёлым. На хрена? А кто ж его знает…
И тут же моё внимание привлекли чьи-то негромкие голоса. Очень тихие голоса – почти на пределе видимости.
– …Нет, ну ты только прикинь, Луис! Это ж «Ламборджини Авендатор»!
– Да, клёвая тачка… Дорогая небось…
– Четыреста кусков.
– Врёшь!
– И прикинь – она же как тачка копов разукрашена. Как думаешь, тут реально копы на таких «Ламборджини» гоняют?
Прыжок, ухватиться, подтянуться… Главное, чтобы заткнутый за пояс револьвер не вывалился, а то и оружия лишусь, и шуму не оберусь.
Вдоль стены, там, где тень – и к источнику звука. На втором этаже парковки машин меньше, но всё равно хватает места, чтобы укрыться.
Темнота.
Не кромешная, но дружественная. Темнота – она же друг молодёжи. И убийц в том числе…
Двое «стражей». Стоят перед дорогущей даже на вид и футуристично выглядящей спортивной машиной бело-зелёного цвета. Только двое. Патруль? Разведка? Передовой отряд?..
Только двое. Всего двое. Оружие. Информация. Добыча!..
Револьвер – в правой руке, нож – в левой. И очень желательно не шуметь, потому как я не знаю – нет ли кого из «стражей» ещё поблизости…
Низко – едва ли не к самой земле – пригибаюсь и бесшумно крадусь к противникам со спины. Прячусь за стоящими в хаотическом порядке машинами и скрываюсь в царящем вокруг полумраке.
Ещё немного… Ещё слишком рано для броска… Ещё два шага и… Сейчас!
Рывок вперёд. Тело пронзило вспышкой боли – сильной, но глухой. Терпимой. Теперь уже терпимой.
Удар рукоятью револьвера в основание шеи «стража», идущего правее. Шею второго солдата в захват на противоходе. Ударом ноги под колено заставляю его присесть на одну ногу, а затем дважды втыкаю нож в основание шеи «стража».