В конце этого разговора она заявила, будто думает, что с Олегом все в полном порядке. Но ведь это было неправдой! Кое-что Витьке было знать не положено. И она скрыла от него довольно важную вещь, потому что знала то, чего не знал он. Олег увидел Регину и влюбился в нее, не подозревая, что та встречается с Виктором. Он хотел отбить девушку у лучшего друга и не сумел... Если бы Потапов об этом знал, то понял бы, почему Олег залег на дно. Потерпел еще один крах в сердечных делах, и снова из-за Витьки. Тот всегда оказывался впереди, первым пересекал финишную черту. Характер или везение, кто знает?
«Я не могу найти Пожидаева, Витька не может найти Олега», – подумала Таня, и вдруг неожиданная мысль ударила ей в голову, да так ударила, словно она махнула рюмку самогона. Колдун! Тоби Мирман все это предсказал! Господи, что он там рокотал, когда она пятилась от него? «Ты в опасности из-за своего друга». И она действительно в опасности! Пожидаев подложил в ее чемодан старинную карту, которая наверняка является чьей-то собственностью. Возможно, это действительно карта сокровищ! За ней охотятся, а значит, охотятся и за Таней.
«Лучше, чтобы его не было рядом с тобой», – добавил колдун, и теперь Пожидаев действительно исчез! Таня тогда просто пропустила столь мрачное заявление мимо ушей. Мало ли, кто что скажет, не всему же безоговорочно верить! Но на сей раз она, кажется, сглупила. Она всегда умела вытеснять из памяти неприятные воспоминания, а Мирмана она сразу же, с первой секунды внесла в категорию людей неприятных. Но ведь он пугал ее не только этим. Он сказал: «В опасности сейчас и тот человек, о котором ты все время думаешь». Таня тогда сразу вспомнила об Олеге, но у нее не было никаких реальных причин опасаться за него. А теперь они появились!
Витька заявил, что Олега нигде не могут найти. Что, если ему действительно что-то угрожает?! Не в силах справиться с беспокойством, Таня извинилась перед миссис Родмен и порывисто поднялась.
– Я на секундочку, – сказала она. – Мне нужно позвонить... в Москву.
Отойдя в самый угол веранды и остановившись возле деревянной колонны, увитой плющом, девушка быстро набрала номер мобильного телефона матери Олега. Та ответила мгновенно.
– Елена Сергеевна? – дрогнувшим голосом спросила Таня. – Вы меня узнаете?
– Ты еще спрашиваешь, – проворчала Елена Сергеевна. – Как у тебя дела? Олег тебе не звонил?
– Я как раз по поводу Олега, – свободной рукой Таня прикрыла глаза от солнца. – Вы не знаете, где он? С ним все в порядке?
– Довольно забавно, что ты об этом спрашиваешь, – ответила Елена Сергеевна, не сумев скрыть иронии. – Не думаю, что с ним все в порядке. Твой новый роман вверг его в депрессию, и мальчик куда-то сбежал.
– И вы с ним уже давно не разговаривали?
– Мой сын ужасно скрытен. Прямо как его папочка. Нет, я давно с ним не разговаривала.
– А вам не кажется... – Таня сглотнула и все-таки выговорила то, что намеревалась: – Вам не кажется, что ему угрожает опасность?
– С чего ты взяла? – в голосе Елены Сергеевны зазвучал металл. – Тебе что-то известно?
Таня поняла, что про колдуна матери Олега рассказывать уж точно не стоит.
– Нет, мне ничего не известно. Просто у меня... сердце не на месте! – выпалила она.
– Да я уж надеюсь, что оно у тебя не на месте. – Никогда прежде Елена Сергеевна не разговаривала с Таней так откровенно. – Должна же ты хоть когда-нибудь поволноваться из-за моего сына. Не все же ему одному страдать.
Таня смешалась. Не зная, что ответить, она снова спросила:
– Как вы считаете, с ним все в порядке?
«Сердце матери – вещун, – подумала она. – Если есть причина бить тревогу, Елена Сергеевна это поймет».
– Я уверена, что с ним не все в порядке, – ответила та сердито. – Ему сейчас очень плохо, я чувствую. Но в этом нет ничего удивительного, ты не находишь?
– Я хочу его увидеть, – выдавила из себя Таня, изо всех сил прижимая телефон к уху. – И я хочу вернуться в Москву.
– Сейчас это бессмысленно, – ответила Елена Сергеевна, немного смягчившись. – Олег где-то зализывает раны. Твой новый роман выбил его из колеи.
– Но это неправда! – жарко возразила Таня. – Я тут совершенно ни при чем! Я точно знаю, что Олег влюблен в другую женщину.
– Это ты сама придумала? – насмешливо спросила Елена Сергеевна. – Или он тебе рассказал? Ты дура, Таня Волгина, вот ты кто. Где ты сейчас находишься?
– В Марселе, – пролепетала «дура», почувствовав, как кровь бросилась ей в лицо. – Я тут по делу...
Она никогда не смогла бы рассказать Елене Сергеевне о Пожидаеве. О том, что согласилась уехать с ним, решив, будто Олег ее разлюбил.
– Сиди в своем Марселе, пока мой сын не вернется. А когда он вернется, я с ним сама поговорю, выясню, что там у него на душе, и потом позвоню тебе. Согласна?
– Да, согласна, – ответила Таня. – Конечно, согласна.
– Хотя я заранее знаю, что он мне скажет, – хмыкнула Елена Сергеевна. – И ты тоже это знаешь.
И она дала «отбой». Таня еще некоторое время стояла возле колонны, уставившись вдаль и успокаивая разбушевавшуюся кровь. Потом спрятала телефон в сумочку и вернулась на свое место за столиком.
– Милочка, вам нехорошо? – спросила миссис Родмен и с озабоченным видом обмахнула ее платочком. – Здесь ужасно душно.
– Да, здесь действительно душновато... Миссис Родмен, вы верите в колдунов?
Таня была уверена, что старушка отреагирует ахами, охами, закатыванием глаз и кудахтаньем, однако та удивила ее, мрачно ответив:
– Стопроцентно. – И отправила в рот внушительный кусок круассана.
Ей нравилось произносить слово croissant. Пока они сидели за столиком, она повторила его раз сорок и, несомненно, довела бы до белого каления официанта, не будь тот французом. Он взирал на нее с невозмутимостью кастрированного кота и на каждый выданный миссис Родмен croissant просто пожимал плечами.
– Вы когда-нибудь встречали настоящего колдуна? – не отставала Таня, немеющими пальцами застегивая пуговицы на легкой кофточке. Ее бросало то в жар, то в холод. Вот только что ей было душно, а сейчас она уже дрожала, как осиновый лист.
– Я была дружна с одним колдуном, – важно заявила миссис Родмен. – Он был энтузиастом своего дела. Любил портить сон своим соседям, предвещая всякие гадости. Ни к чему хорошему его обычно не тянуло. А вот накликать грозу, предсказать смертельную лихорадку или неурожай ячменя – всегда пожалуйста.
– А вы верили в его предсказания?
– Когда они сбывались – верила. Это же так естественно для человека!
Таня заколебалась: рассказывать ей про Мирмана или нет. Однако старушка уже почуяла, что сейчас ее попотчуют чем-то интересным, и начала задавать наводящие вопросы. Ей довольно быстро удалось вытянуть из Тани историю, которая случилась в вагоне-ресторане.
– И вы не откупились от него?! – Миссис Родмен на секунду перестала жевать, превратившись в скульптуру «Старушка с круассаном».
– А я должна была? – еще больше испугалась Таня.
– Когда колдун что-то предсказывает, он вас шантажирует, – просветила ее миссис Родмен. – В таких случаях особы королевских кровей снимают со своего пальца перстень и подают ему, чтобы он предотвратил несчастье.
– Но Мирман не говорил мне, что может что-то там предотвратить! – растерялась Таня. – Он просто велел мне не возвращаться домой, пока все не разрешится здесь.
– Ну, вы ведь и не собираетесь возвращаться, верно? Поэтому не стоит так нервничать. Мне кажется, сейчас гораздо важнее выяснить, где зарыты сокровища.
Миссис Родмен произнесла это таким плотоядным тоном, что в душу Тани в ту же секунду закрались сомнения: уж не собирается ли милая старушка подбить ее на поиски клада?
– Мне бы хотелось узнать что-нибудь о самой карте. – Таня попыталась притушить ее пыл. – Откуда она взялась, например. Кому до сих пор принадлежала... Так у меня хотя бы появится зацепка для того, чтобы попытаться найти Павла, моего друга. Ваш мсье Пон может мне в этом помочь?
– Скоро мы непременно у него об этом спросим, – пообещала Джейн Родмен.
Однако в глазах ее Таня заметила жадный блеск Кисы Воробьянинова, завладевшего очередным стулом. «Джейн Родмен здесь не в первый и не во второй раз, – принялась размышлять она. – У нее наверняка есть друзья или соратники. А главное – у нее несомненно есть деньги. Вдруг она задумала меня облапошить? С ней нужно держать ухо востро. И с этим мсье Поном тем более».
Тем временем Джейн Родмен вывела Таню на улицу и повлекла вниз, к набережной, сердясь на то, что ее плохо понимают местные жители.
– Ну что это за говор?! – трещала она. – Как будто Элиза Дулитл набрала в рот камушков и сказала что-то по-французски. Сумасшедший акцент, даже если ты три года учишь классический французский (она наверняка имела в виду себя), ничего не разберешь. Марсельский диалект, милочка, это настоящий bouillabaisse!
Старая леди имела в виду местную уху буйабес с чесноком и пряностями, которую варят, смешивая множество сортов рыбы. Таня усмехнулась. В Марселе действительно все перемешано, а в языке столько заимствований, что он задевает ухо любого туриста. Итальянцы, алжирцы, греки, армяне... Кого только не встретишь в этом городе! Что, если Пожидаев навеки затерялся здесь, среди кипучей зелени и белых скальных россыпей, и она его никогда не найдет?
Таня уже поняла, что в поисках Павла миссис Родмен – не слишком хорошая подмога. Особенно теперь, когда ею завладела идея откопать клад. А значит, надо искать поддержки у кого-то другого. Ей нужен человек, которого она не станет опасаться. Конечно, у нее были знакомые французы, но дружба с ними была молодой, непроверенной. Кроме того, все они жили в Париже, там, где Таня и Пожидаев работали в прошлом году. Просить у них помощи было неловко, кроме того, Таня не знала, о чем конкретно надо просить. Пока она размышляла, зазвонил ее мобильный телефон. Она посмотрела на дисплей и ахнула: на связь вышел Доминик Лоран. Доминик! Как она не подумала о нем раньше! Вот кто был ей нужен! Вот кто сможет дать дельный совет и, возможно, свести ее с правильными людьми.