[1407]. Спустя примерно год заметка А. Белошеева о новой находке в крепости — «Приказе № 1» и других документах Обороны предварялась практически аналогичным вступлением: «Советские люди навсегда сохранили в памяти бессмертный подвиг защитников Брестской крепости в июне — июле 1941 года»[1408].
Собственно говоря, заметка Белошеева, на которую откликнулся один из защитников — А. М. Филь, и положила начало тому этапу исследования Обороны, что в конце концов и вывел на Смирнова и привел к созданию в крепости мемориального комплекса.
Однако к 1954 г., когда к исследованию обороны подключился С. Смирнов, несмотря на появление картины П. А. Кривоногова «Защитники Брестской крепости» (1951) и даже пьесы K. Л. Губаревича «Брестская крепость» (1953), вся история Обороны представляла собой, с одной стороны, лишь фантазию на героико-патриотическую тему, с другой — еще не заняла в истории Великой Отечественной войны подобающего ей места. Слова Златогорова и Белошеева о «бессмертном подвиге» были лишь лозунгом, который предстояло наполнить реальным содержанием. О боях было известно минимум — ни фамилий большинства командиров, ни сроков обороны каких-либо участков. Герои крепости, никому не известные, работали — кузнецами в Вологде, шоферами в Николаеве или с трудом начинали жить на небольшую пенсию, не засчитавшую им срок нахождения в плену. Некоторые — только что вышли из мест заключения, как пособники врага, другие — отбывали наказание уже по уголовным статьям. Большинство из них и не подозревало о своем «бессмертном подвиге».
Работа Смирнова привела к тому, что о Брестской крепости узнал мир.
Продираясь сквозь дебри путаных и зачастую противоречивых воспоминаний, ложных фактов, нехватки материала, книга Смирнова «Брестская крепость» стала первым реалистичным исследованием описываемых событий. Появились подлинные, а не вымышленные герои и факты, казалось, навсегда исчезнувшие в грохоте взрывов 1941 года.
В основном картина событий, данная Смирновым, остается без изменений и по сей день. Конечно, многое в ней можно отнести на стиль прозы пятидесятых — вряд ли защитники крепости ходили в атаки под грохот барабана, звуки трубы и с развернутым знаменем, как об этом пишет Смирнов. Или пели «Интернационал», умирая, замурованные в подземелье, и сдаваясь, изможденные и израсходовав патроны, спустя месяц в плен. Сомнительно, что укрывшийся в развалинах, раненый пограничник Петринчик расстрелял из винтовки несколько десятков немцев и т. п. Но основные факты — да, верны.
Причем нужно отдельно сказать о реализме Смирнова. Он, что удивительно, заметен не сразу — сначала натыкаешься именно на вышеуказанные моменты, и легко можно счесть труд Смирнова легковесной агиткой. Однако, больше узнав об истории Обороны, внимательно вчитываясь в каждое предложение, становится заметно, что под трескучими порой фразами писатель спрятал достаточно реалистичную картину. Заметно, что степень реализма иногда выше, чем у его героев, выступивших позднее уже с «более геройскими» воспоминаниями. Но Смирнов был обязан действовать по определенным правилам — например, на первое место ставя руководящую роль партии (комиссара) и не позволяя себе излишней объективности (ее в то время просто не понял бы никто — время не допускало полутонов).
Достоинством книги является и увлекательное изложение материала. Тут все — и «загадка старой крепости», и непривычный для советских читателей дух, оставшейся и после ее прочтения тайны. «Брестская крепость» — это, вероятно, первая работа в СССР, вышедшая в жанре журналистского расследования. Захватывая буквально с первых страниц, книга, несомненно, завоевала сердца читателей.
Книга Смирнова не лишена и недочетов. Например, приводя тот или иной факт, автор не объясняет, почему именно его он взял за основу, отбросив остальные версии. Иногда Смирнов домысливает события, никак не указывая, что это все-таки его точка зрения.
Однако главный недостаток «Брестской крепости» никак не зависел от С. С. Смирнова. Передавая музею Брестской крепости весь накопленный им за десять лет работы[1409] материал, он, вероятно, никак не предполагал, что его работа (по большому счету — лишь версия событий) станет неким эталоном, жестким катехизисом, по которому отныне и будет вестись изучение Обороны.
А это и произошло. В итоге главные моменты Обороны остались на «смирновском» уровне — хотя прошло уже более 40 лет. За это время возможности исследователей несоизмеримо выросли, в музей поступило огромное множество новых документов.
Смирнов создавал историю обороны достаточно крупными мазками. Фактически, если взять его книгу — она не столько о событиях, сколько о людях, в них участвовавших, история их поисков[1410], борьбы за признание их подвига. Подчас о самих событиях говорится скорее в эмоциональном ключе, чем языком фактов.
И после выхода его книги, несомненно, должно было бы последовать солидное научное издание, пусть и в рамках воззрений того времени — подробный и четкий рассказ о событиях с приложением документов, фотографий и схем из того же смирновского архива. Но этого сделано не было — по различным причинам публичное изучение «бессмертного подвига» было свернуто. В 1965 г. Брестской крепости было присвоено звание «Крепость-Герой», в 1971-м — состоялось торжественное открытие на ее территории мемориального комплекса, а в 1975-м — был пущен под нож 130-тысячный тираж нового издания книги Смирнова[1411].
В итоге уже упоминавшиеся 5000 кубометров бетона и 620 тонн листовой стали поставили точку на изучении крепости. Было решено, что вся правда уже сказана, советским людям достаточно и этого.
Какие-либо дополнения и изменения в описании ситуации не выходили за пределы главного вала крепости.
Следующей серьезной работой по истории обороны Брестской крепости стал вышедший в 1991 г. сборник очерков сотрудников МК БКГ «Герои Бреста»[1412]. На его содержание, в положительную сторону, не могла не оказать влияния как изменившаяся ситуация в стране, так и продолжительный перерыв с момента выхода последней работы об Обороне. Среди наиболее интересных материалов — очерк о «досмирновском» периоде ее изучения.
Содержание сборника несколько корректирует и «версию Смирнова» — например, теперь уже признается тот факт, что немцам удалось деблокировать своих солдат, окруженных в церкви Святого Николая. Также в нем немало новой информации, появившейся в распоряжении музея с момента выхода последнего издания «Героической обороны».
Однако сборник (что вытекает из его названия) — это опять же очерки о людях, защищавших Брест и крепость. Даже упоминание о церкви — и то в предисловии A. A. Крупенникова (многолетнего директора музея), хотя ожесточенность боев за нее[1413] могла бы стать и темой отдельного рассказа.
В 1997 г., с выходом в Беларуси книг серии «Памяць», одним из ее томов («Памяць. Брэст», т. 1[1414]) пополнилась и библиография Обороны. Боям в июне 1941 г. в издании отведено значительное место. Помимо новых фактов о действиях советской стороны там впервые (через 45 лет после захвата!) опубликованы и «Отчет о взятии Брест-Литовска», и объяснение начальником штаба Группы армий «Центр» Грейффенбергом штабу ОКХ причин больших потерь и задержки 45-й дивизии в Бресте.
В «Памяць» включен и список погибших на территории Брестской крепости ее защитников и членов семей начсостава.
В издании рассказывается и о польском периоде Бреста.
Тем не менее какой-либо обзорной, но в то же время достаточно подробной работы об истории Обороны все еще нет. Этот пробел восполняет вышедшее в 2001 г. 1-е (в 2005-м — второе) небольшое исследование коллектива МК БКГ «Брестская крепость… факты, свидетельства, открытия»[1415]. В одном ряду с ним можно поставить и опубликованную под редакцией Г. Г. Губаренко в 2004 г. работу А. Суворова «Брестская крепость на ветрах истории»[1416].
Примечательным в обеих работах является и то, что к их выходу причастен МК БКГ, и их выполненное на современном уровне красочное оформление. Практически перед нами — показатель достигнутого на сегодняшний день уровня изучения Обороны. Обе книги насыщены новыми фактами. Особенно этим выделяется «Брестская крепость… факты, свидетельства, открытия» — сжатый рассказ о событиях, в т. ч. впервые столь подробно указанное размещение войск Красной Армии на территории крепости. Необходимо отметить, что в обоих изданиях (особенно в «Брестская крепость на ветрах истории») картина событий, созданная более 40 лет назад, уже несколько изменена.
Во многом авторы уже опираются на «Отчет о взятии Брест-Литовска», используют переданные в музей ветераном 45-й дивизии Михаэлом Вехтлером уникальные фотографии.
В обоих изданиях (особенно в «Брестская крепость на ветрах истории») рассказывается и об обороне крепости в 1939 г. польскими войсками.
Недостатком обеих работ является малый объем текста и слабая опора на немецкие источники. Хотя заметно, что в распоряжении авторов есть гораздо больше, чем они используют.
Завершая обзор историографии, нужно отметить, что подспорьем для автора стала и книга В. В. Бешанова «Брестская крепость», в основном при освещении вопросов пред- и послевоенной истории Бреста и крепости.
Таким образом, нетрудно заметить, что изучение истории Обороны продолжается и в последние годы даже несколько оживилось. Это говорит о возросшем интересе к этим событиям всех, кому небезразлична история 1941 года, боев в Белоруссии и у Бреста. Вместе с тем надо отметить тот факт, что упомянутые белорусские издания выходят малыми тиражами и практически не распространяются в России.