Тот факт, что Дан выдал дикарю мой секрет, совсем не взволновал. Драхи племя очень неразговорчивое. Особенно когда дело касается драконов.
– И что жрец?
– Сначала не поверил. А позже, когда шок прошел, я предложил ему отложить встречу. Сказал, что как только всё уладится, и ты найдёшься, то сам пришлю гонца в Западные горы. Фаруб в принципе согласился, но сказал, что они всё-таки попробуют поискать. Запретить я не мог и с учётом данной жрецом клятвы проблемы в этом не видел.
С этими словами Дантос выпустил меня из объятий. Тут же отступил на шаг и предложил даме локоть. Угу, блондинчик напоминал, что нас ждут, что нам следует продолжить путь. Я, конечно, согласилась.
– Ну а потом не до Фаруба стало. Потом я охотился за магическим маячком, а Роналкор поднимал по тревоге гарнизон стражи. Ну а после… совсем завертелись.
– Ты сказал императору, кто я…
Дантос мотнул головой.
– Хотел, но не успел. Для императора существование метаморфов секретом не является, так что Ронал и без меня всё понял. Причём задолго до твоего побега.
– Понял, но делиться информацией не стал? – уточнила я.
Собеседник пожал плечами.
– Его право. Главное, когда понадобилось, Роналкор рассказал о клятве, выдал название города и охранный приказ. Этого было более чем достаточно.
Уф… Да!
Но ведь о планах метаморфов на Дантоса наш владыка точно не догадывался. А он вообще в курсе, что одарённые способны на убийство его приближенных? Или считает, что подобное слишком большая наглость, на которую никто не пойдёт?
Чуйка шептала, что всё-таки второе, и я пришла к выводу, что обязательно Роналкора на этот счёт просвещу! И плевать, что это гигантский шаг против сородичей – я перед императором в долгу, и я отплачу.
Да и вообще… кое-кто действительно очень сильно обнаглел, и дополнительные ограничения лишними точно не будут!
Воспоминание об одарённых и, в частности, о Гертоне заставило… как выражается Дантос, зафырчать. Но в следующий миг я фырчать перестала и вообще чуть-чуть онемела.
Просто мы как раз к воротам подошли, и стало ясно, что не все жители Рестрича сейчас по домам прячутся… На двух смотровых площадках, расположенных на городской стене, народ стоял очень плотно. Сородичи мои, безусловно, на драконов таращились. Да с такой увлечённостью, что даже не заметили нашего с Даном появления.
Зато стражники засекли сразу же! Едва мы с блондинчиком приблизились к воротам, памятный седеющий вояка, имени которого я так и не вспомнила, отпер калитку, и… ему явно стоило больших усилий сдержаться и не выпихнуть нас, как каких-нибудь грязных бродяг.
Такое отношение задело… Но едва переступили границу города, хамоватый страж вылетел из мыслей, словно не бывало. А я застыла, вцепившись в локоть Дантоса и приоткрыв рот. Из рассказов светлости я сделала вывод – всё будет хорошо, нас не тронут. Но не испугаться было невозможно.
Пять! Пять огромных крылатых созданий разной окраски! И у каждого жуткие когти, острые зубы, хищные боевые шипы и прочие смертоносные атрибуты!
Ну а рядом с драконами – они, дикари. Четверо одеты в обычные для драхов кожаные штаны, жилетки и сапоги на мягкой подошве, а вот пятый…
Жрец Фаруб напоминал экзотическую птицу. Этакого доранского попугая или хохлатую цаплю. Лицо в ярком гриме, за плечами разноцветные метёлки, имитирующие крылья, по подолу длинной кожаной рубахи крашеные же хвосты каких-то зверьков. Да и на штанах с сапогами что-то прилеплено!
Но смеяться, глядя на этот близкий к шутовскому наряд, не хотелось. Наоборот! При всей внешней несерьёзности, от главного жреца веяло какой-то особенной силой. Какой-то невероятной, нечеловеческой мощью.
В первый момент я очень пожалела, что напросилась на эту встречу. Более того: если бы седеющий стражник не закрыл калитку, я бы развернулась и сбежала прямо сейчас! Но пути к отступлению не имелось, а Дантос на пару с драконьей сущностью были предельно спокойны. В итоге я позволила блондинчику увлечь себя дальше. Собственно туда, к драхам.
Дикари ждали примерно в полусотне шагов, и эта дорога показалась самой долгой в жизни. Зато, когда мы подошли и я взглянула в лицо Фаруба, страхи растаяли, словно дым на ветру. Просто этот во всех смыслах яркий мужчина улыбался, да настолько радостно, что бояться банально расхотелось. Более того – возникло желание улыбнуться в ответ, что я и сделала.
– Архенташ… – выдохнул Фаруб.
А подскочивший к нам драх из числа «обыкновенных», в смысле не ряженых, перевёл:
– Главный жрец Фаруб говорит, что это невероятно.
– Да, она такая, – с улыбкой отозвался блондинчик. – Невероятная.
А после того, как переводчик передал эти слова жрецу, добавил:
– Я не хотел вашей встречи. Думал познакомить вас в более комфортной и спокойной обстановке. Но Астрид настояла…
– Аст-рэд, – выслушав перевод, повторил Фаруб и улыбнулся ещё шире.
Он шагнул навстречу и замер чётко напротив меня.
Глаза у духовного лидера драхов оказались тёмными, почти чёрными. Но, несмотря на эту черноту, я очень чётко видела – зрачки у Фаруба нечеловеческие, вытянутые.
Когда он начал вглядываться, драконья сущность заворочалась и заворчала. Потом зафырчала и… как будто засмущалась. А ещё через миг мы услышали…
– Архенташ. Эртен-шин. Тарис тон. Ританата мита дратан! Лэдэ драхан.
– Невероятно, – поспешил вмешаться переводчик. – Они вместе. Они переплетены. Это же настоящий человек-дракон! Точнее – леди-дракон.
Драх сказал и только потом понял, что именно. И сам от собственного перевода офигел. Но не больше, чем Дантос…
– Переплетены? – переспросил он после паузы.
– Лэдэ драхан! – радостно повторил Фаруб.
В следующий миг налетел порыв ветра. Он ударил нам в спины, а Фаруб демонстративно вдохнул запах, но… В общем, не знаю, чего хотел добиться жрец, а в итоге застыл каменным изваянием и с огромным, просто нечеловеческим трудом повернул голову, чтобы вытаращиться на герцога Кернского.
В глазах с вертикальными зрачками читался шок.
Мне тут же вспомнился остров посреди озера и разлитый в воздухе аромат древней магии, главным источником которого являлся Дантос. Ещё миг, и сердце замерло, а сознание охватил ужас. Ведь для драконов древняя магия сродни наркотику, и если крылатые рептилии её учуют… Небо, я даже предположить боюсь, что тогда случится!
Новый порыв ветра, и драконы забеспокоились. Я видела, как раздуваются огромные ноздри, как гигантские когти скребут по земле. Сама не своя от ужаса сделала шаг вперёд, в попытке загородить герцога Кернского, но нападения не случилось – драконы «подышали» и успокоились, а собственная драконья сущность насмешливо фыркнула.
«Что?!» – мысленно воскликнула я.
И тихонечко застонала, припомнив ещё одну деталь…
Да, с какого-то момента главным источником запаха был именно Дантос, но мне самой наброситься на светлость совсем не хотелось. То есть я всё чуяла, но реагировала не так, как на кортик или источник, найденный в своё время на Плато Жизни.
Значит ли это, что когда древняя магия наполняет не предмет, а живое существо, то всё совсем иначе? Значит ли это, что, несмотря на наркотический запах, герцог Кернский в безопасности?
Разум подсказывал лишь один ответ – чёткое, безапелляционное «да». Это стало поводом облегчённо выдохнуть и осознать внезапно, что мой шок длился всего пару секунд и замешательства моего никто не заметил…
– Что не так? – уловив реакцию Фаруба, поинтересовался Дантос. И, обвив мою талию рукой, крепко прижал к себе – чтобы не дёргалась и лишних шагов не совершала.
Фаруб моргнул, сбрасывая оцепенение, и активно замотал головой. На его губах снова расцвела невероятная улыбка, но… нет. Нет, пояснять жрец не стал!
Он отступил и вновь застыл, словно любуясь нашей парой. А потом заговорил, и, благодаря всё тому же переводчику, мы услышали:
– Если он тебе надоест, приходи к нам. В Западных горах будут очень рады маленькому дракону, Аст-рэд.
И после паузы:
– Как всё-таки жаль, что я дал клятву этому человеку. Иначе я бы тебя выкрал.
Последняя фраза заставила герцога Кернского метнуть в жреца убийственный взгляд. А тот… рассмеялся самым бессовестным образом.
Зато когда драх успокоился, блондинчик покосился на городскую стену и сказал:
– Фаруб, можешь оказать нам с Астрид одну услугу?
– Что нужно? – выслушав перевод, доброжелательно осведомился дикарь.
– Люди в этом городе… Мы хотим уехать, а они не пускают. Пожалуйста, покажи им, что бывает с теми, кто пытается угрожать драконам…
Переводчик передал слова Дана жрецу, и от добродушия Фаруба даже следа не осталось. Но насладиться суровым выражением лица и каркающим ответом, в котором точно содержалась брань в адрес метаморфов, я не сумела.
Просто в этот миг драконья сущность снова заворочалась, и… слов, как в случае с Верхой, не звучало, но тот факт, что моя внутренняя драконица о чём-то переговаривается с остальными, был очевиден. И пусть ни тени угрозы со стороны этих огромных крылатых ящериц не исходило, это было жутковато.
А потом духовный лидер драхов и его переводчик отступили, и тут совсем жутко стало! Ибо Фаруб сказал что-то на своём языке, сделал какой-то жест, и пятёрка огромных, самых настоящих драконов ударила передними лапами по земле и, вскинув морды… взревела.
Рёв! Невероятный, мощный и до того громкий, что зажимать уши совершенно бесполезно. А за рёвом новый удар лапами, да такой, что земля не просто дрогнула – загудела!
За ударом опять рёв, и один из драконов – тот, что ближе всех к городской стене, выдыхает струю пламени! И пусть голова его вскинута, то есть огонь уходит в небо, но я всё равно на грани обморока оказываюсь. Как и застывшие на смотровых площадках метаморфы.
Тот факт, что стою в кольце сильных рук, что Дантос рядом и в обиду точно не даст, облегчения не приносит. Мне страшно до визга! Однако завизжать почему-то не получается. Закрыть глаза и не видеть тоже не могу, поэтому с замиранием сердца наблюдаю, как примеру первого дракона поддаются и остальные.