— Точно?
— Точно. Могу расчеты показать и справочник, которым я пользовался.
— Не нужно, я тебе верю. Но ты забыл самое главное…
Механик посмотрел на лейтенанта в упор, пытаясь хоть как-то остановить этот беспредел.
— Ты забыл главное, Тедди, твой боекомплект уменьшится с сорока пяти до тридцати снарядов. Ты это понимаешь?
— Наплевать. Я еще никогда больше двадцати железок за раз не расстреливал. Тридцати хватит на самый страшный бой, так что не боись, Берт, дело за тобой — гайки крутить.
— Гайки крутить, — повторил старший механик и покачал головой. Похоже, от этой работы было не отвертеться. — А с чего тебе эта дурацкая идея пришла?
— С того. Джек тут последний раз такие фортеля выкидывал на своем велосипеде. Как врежет в упор из гранатомета, так «гасс» и валится! Жуткое дело, я тебе скажу, чтобы «таргар» такие фокусы выкидывал! Я даже позавидовал со своей пушкой, честное слово!
— Ну ладно, не стони… Попробуем что-нибудь сделать…
— Правда?! — воскликнул лейтенант Хирш, чуть приседая и заглядывая Берту в глаза.
— Да правда, правда, — отмахнулся тот и зашагал в дальний конец двора, где сваривали рассеченную опору «гасса».
— А когда мне приходить? — крикнул ему вслед Хирш. — Вечером нормально будет?
— Вечером — ненормально! Завтра приходи! — не поворачиваясь, ответил Тильгаузен и уже тише добавил: — Как сожрешь все печенье с молоком, так и приходи… Как же вы нас достали со своей инициативой, сидели бы в кубрике да чаи гоняли…
75
Первые трое суток после возвращения из города пролетели как один выходной день, пока Джек занимался тематической коллекцией из журналов, консервных банок и упаковок из-под чипсов. Все эти экспонаты требовали постоянного внимания, ведь их количество росло — об увлечении Джека курицами теперь знал весь городок и каждый норовил принести ему что-то связанное с этими птицами. А Джек им за это показывал практически живую курицу, правда, она у него не двигалась.
— Это ты сам ее дощечками покрыл?
— Это не дощечки, это перья…
— Ух ты, деревянная курица! Я такого никогда не видел!
Люди не всегда понимали смысла работы Джека, но он не обижался. Ему что-то приносили, он показывал курицу, на том и расставались, и больше никто не считал Джека чокнутым — привыкли.
А вчера к нему в кубрик забегал Тедди. То есть лейтенант Хирш. Он что-то бессвязно ему втолковывал, уверяя, что теперь его «грей» будет бегающей гаубицей.
— Мы им покажем, Джек! Мы им покажем, кто в дюнах главный! — пообещал он и так же неожиданно умчался. А еще его не было на завтраке и обеде, но знающие люди утверждали, что лейтенанту все нипочем и его запасов печенья хватит на полгода.
— А вы его медведя видели? — спрашивал Баркли в комнате отдыха.
— Какого медведя?
— Да из детского магазина! Он бы его еще в розовый цвет покрасил!
— Хватит врать, — одернул капрала Джек. — Это мы с лейтенантом в тире выиграли. Между прочим, трофей за призовую стрельбу.
И все сразу заткнулись, поскольку знали, что Джек врать не станет. За то недолгое время, что служил в роте, он прослыл человеком основательным, спокойным и крайне полезным в кинжальном бою на близкой дистанции.
— Да я, вообще-то, просто так сказал, ради смеха, — виновато проговорил Баркли и начал почему-то переключать каналы ТВ-бокса.
— Ну тогда ладно, — сказал Джек.
— А чего там Хирш в парке вытворяет? — спросил капрал Подольский.
— А чего вытворяет? — заинтересовался из-под вытяжки Сигура, который теперь курил тонкие сигареты — «полезные», как уверял он.
— Механики стонут, Тильгаузен ругается, а лейтенант гнет свое. Вроде бы вторую броню поверх первой накладывать будут.
— Брехня! — возразил Баркли. — Я точно все у Грапса выяснил, так вот он сказал, что будет двойная зарядная батарея, чтобы электричества больше и все такое.
— А на кой «грею» много электричества? — спросил Сигура.
— Хрен его знает… Может, ракеты тяжелые ставить будет, как на «гассах» — сорокафунтовые.
— Сорокафунтовые по-любому не потянет, опоры подломятся, — возразил Сигура, выпуская под колпаком голубоватые кольца дыма.
— Подломиться не подломятся, но в долгом рейде сильно греться будут, — сказал Баркли, тоже водивший быстроногого «грея».
Неожиданно в комнату отдыха вошел Папа Рико и с ходу вступил в разговор:
— Чего вы гадаете? Вы Джека спросите, он наверняка знает.
Выдав эту фразу, Папа Рико сел на диван и, забрав у Баркли пульт, стал искать свой любимый сериал про скалы и ледники.
— А точно, Джек! Ты-то наверняка все знаешь! — подхватил подсказку капрал Подольский и встал напротив кресла, в котором сидел Джек.
— Пушку он пришивает. Гауссовую.
— Быть такого не может, — покачал головой Подольский.
— Думай что хочешь, — пожал плечами Джек и поднялся. — Пойду, вздремну перед обедом.
И вышел из комнаты отдыха.
76
После обеда Джек подумывал поспать еще, день выдался пасмурный, срочных дел не было — почему бы не поспать? Но на выходе из столовой его, сытого и расслабленного, поймал Хольмер.
— Нажрался, снайпер?
— Так точно, сэр, поел, — ответил Джек, подавляя вздох. Просто так капитан Хольмер никого у столовой не выслеживал.
— Пойдем прогуляемся, поговорить надо…
И Хольмер как-то заговорщицки огляделся, словно опасаясь, что его услышат.
Они пошли вдоль забора, мимо жилых блоков. Джек молчал, ожидая, что скажет капитан, а тот то ли собирался с мыслями, то ли ждал, когда вокруг никого не будет. А тем временем высоко в небе парил айрбот. Заметив его движение, Джек неодобрительно покачал головой, выказывая таким образом свое недоверие. Вроде и умная машина, а на деле — совсем никудышная. Джек не мог ей простить ту атаку в техпарке. Ну могли что-то прозевать локаторы и радары — они же глупые, железная сетка, какой-то там ток и волны — только и всего, а на айрботе стояла оптическая система и, как объясняли ему люди просвещенные, «почти что человеческие глаза». Но и они, как выяснилось, ни хрена не увидели. Ну и зачем такой сторож?
— Эй, ты где витаешь? — неожиданно услышал Джек.
— Что?
— Я уже говорю, между прочим, а ты как будто в сортир собрался… Приспичило, что ли?
— Нет, сэр, все в порядке. Задумался просто.
— О чем?
— О безопасности.
— Молодец, вполне служебная тема. Так вот, я повторюсь — ты знаешь, что такое «бэ-эм-триста»?
— Вроде грузовик высокопроходимый…
— Почти угадал. БМ-300 — это гусеничная база с роботизированным управлением. Усекаешь разницу?
— Усекаю, сэр.
— Прелесть платформы в том, что нет водилы, нет кабины, нет проблемы постоянных перекуров и выходов по нужде. Понимаешь?
— Понимаю. Может ехать не останавливаясь.
— Правильно, но через каждые сто километров ей нужна дозаправка.
— Здорово, мой «таргар» больше сорока не пробегает. Если с дополнительным баком.
— Хорошо, что ты напомнил. Надо будет добавить тебе бак побольше, чтобы осилил все пятьдесят.
— На что вы намекаете, сэр? — остановился Джек.
— Это не я намекаю, это мне из дивизии намекают, что, возможно, кто-то из наших потребуется для сопровождения конвоя из трех десятков «бэ-эм-триста».
— Сопровождать конвой — хреновое дело, ни убежать, ни спрятаться, — заметил Джек.
— Да, приятель, но ведь у вас с Хиршем сложившаяся команда, да и с конвоем вы, считай, уже имели дело.
— Мы дрались в кустарнике, сэр, а конвой видели только издалека.
— Вот! — Капитан поднял кверху указательный палец. — Вы хотя бы видели этот конвой, а больше никто из нашей роты, даже Папа Рико, ничего такого не видел.
— Да что за моду такую взяли, конвои водить? У нас что, «середняки» перевелись или «даблстриккеры»?
— Не перевелись, Джек, вертолетов у нас пока хватает, только вертолет засечь можно да и сбить, если у противника в районе ПВО хорошо развита. А вот ползучего конвоя они не заметят — дюны, балки, кустарники и все такое.
— А если разведка с воздуха? Лаунчмодуль с камерой — тогда как?
— А вот лаунчи надо сбивать, на то у «грея» автоматическая пушка имеется.
— Легко сказать, — покачал головой Джек, когда они развернулись и пошли в другую сторону.
— Это не твоя печаль, парень, стрелять по лаунчерам обязан Хирш. И потом еще не факт, что нам спустят это задание. Это я пока предварительно прорабатываю тему, чтобы, если что, у вас Хиршем не было шока.
— А лейтенант знает?
— Пока нет, он целиком занят своим «гауссом». Что за дурацкая идея?
— Ему понравилось, как работали мои гранаты, — признался Джек.
— Да уж понятно, что понравилось, а кому бы не понравилось, кроме арконов? Только на «грей» гранат не навешаешь, иначе он станет похож на бабушкин комод, который взрывается от любого случайного выстрела.
— Наверно, поэтому он и выбрал «гаусс».
— Наверно, — пожал плечами капитан. — Я этого Тедди давно понимать перестал. А вон, смотри, наш Тильгаузен! Сейчас все у него выясним.
И капитан ускорил шаг, чтобы перехватить старшего механика, шедшего от казармы первой роты.
— Привет, Берт! — воскликнул он, нагоняя механика и хлопая его по плечу.
— О! Это вы, сэр? Привет, Джек…
— Привет, Берт.
— Ты чего такой понурый, главный мастер? — нарочито бодрым тоном поинтересовался капитан.
— Кто-то ссыт на стенку второго ангара.
— Это не я! — сказал капитан и рассмеялся. — Но за Джека отвечать не могу.
— Нет, это наши механики. Я уже дважды устраивал разборки с пристрастием, но ничего не помогает.
— Они, что, в уборную ходить ленятся? Им же в этом ангаре потом самим работать.
— Да они не внутри, они снаружи его поливают! — возмутился Тильгаузен и хлопнул себя по ляжкам. — Вот поймаю — намотаю на электролебедку!
— А может, это кошка? Я у вас в парке пару раз кошку видел, — заметил Джек.
— Нет, кошка столько не наделает, — покачал головой Тильгаузен и, заметив, что Джек смотрит куда-то верх, тоже поднял голову, а за ним и капитан. Все трое остановились.