Лейтенант приоткрыл дверь, смахнул с губ крошки печенья и сказал:
— Я сейчас…
«Только приехал — сразу за печенье», — подумал Джек, но так и не разобрался, одобряет он это или нет.
Наконец лейтенант вышел, и они вместе подошли к двери Хольмера. Хирш оглянулся на Джека, потом осторожно постучал, и они оба прислушались.
Где-то раздавался громкий заливистый храп, но точно не у капитана. Вскоре дверь открылась и в коридор выглянул командир роты.
Помятое лицо и сильный перегар, исходивший от капитана, говорили о том, что эта ночь далась ему нелегко.
«И что теперь?» — подумал Джек, ведь он собирался доложить о подозрительной машине. Разумеется, можно было поделиться и с лейтенантом, но это было не то.
— Ага, прибыли… — хрипло произнес капитан, потом посмотрел куда-то за спину и снова просунул голову в коридор. — Ты, вот что, Хирш, топай к себе — можешь быть свободен. Мы ведь с тобой говорили по радио, я ничего не путаю?
— Ну да, — кивнул лейтенант. — Я сказал, что мы прибыли…
— А я что сказал?
— Вы сказали — молодцы.
— Ну вот. Значит, доклад сделан. Так что давай к себе — кушай печенье, а ты, Джек, заходи сюда…
С этими словами капитан подхватил Джека за локоть и, не открывая дверь шире, протащил его через щель, захлопнул дверь и повернул ключ.
— Ничего себе! — вырвалось у Джека, когда он увидел, в каком виде комната капитана.
Ковер на полу был скомкан, по всей комнате валялось несколько рассыпанных колод карт, а поверх них целые россыпи ассигнаций, некоторые из них сильно помятые.
Довершало эту картину тело неизвестного майора в осенней шинели, спавшего на куцем диванчике, поджав ноги в ботинках.
Кроме карт, денег и майора, были еще три пустые бутылки из-под коньяка «Лазурный берег», одна из-под ликера «Мятный № 3» и несколько сплющенных банок из-под пива.
Остатков закуски замечено не было.
— Что, удивлен? — спросил капитан и опустился на оказавший рядом стул.
— Не очень, сэр.
— Вот и я не очень. Ты вот что, ты собери все деньги и пересчитай.
— Да, сэр. Сию минуту, — ответил Джек и стал быстро собирать деньги, сгружая их на стол. Тем временем капитан Хольмер открыл холодильник и стал рыться в поисках просроченных витаминных таблеток и замороженных соков для приготовления коктейля.
— Тридцать четыре тысячи пятьсот двадцать…
— Что? — спросил Хольмер, распрямляясь.
— Я посчитал деньги, сэр. Тридцать четыре тысячи пятьсот двадцать ливров, — доложил Джек.
— Нехило погуляли, — сказал капитан и, разболтав в графине разноцветные кубики, стал пить жидкость прямо из горлышка. Выпив примерно половину, он сделал перерыв, икнул и поставил графин на холодильник.
— Вы все это выиграли, сэр? — спросил Джек, хотя и так было ясно.
— Да, вот у этого придурка. — Капитан кивнул на свесившегося с диванчика майора.
— Сэр, возле корпуса стоит машина с фальшивыми номерами…
— То есть? — не понял капитан и снова взялся за графин.
— Номера фальшивые — из тонкого пластика, а под ними настоящие, только они арконовские. Значит, и машина тоже вражеская.
— Это не вражеская, — отмахнулся капитан. — Это Джерри машина.
— А откуда у него арконовские номера?
— Потому что он сам аркон. Штаны у него нашенские, а рубашки вон не нашел. Только шинель нашенскую надел, придурок…
Капитан запрокинул графин и снова стал пить.
— Но, сэр! — переполошился Джек. — Надо же что-то предпринять, он же враг!
— Ну, вон у тебя револьвер, выведи его да шлепни, — предложил капитан и пьяно захихикал.
— Я не это имел в виду, надо его сдать куда следует — в контрразведку…
— Ну, сдадим мы его, начнется следствие, кто да что, к кому приехал, да чем занимались. Выйдут на капитана Хольмера и погонят его со службы ссаными тряпками. Ты хочешь другого командора роты?
— Нет, сэр, и в мыслях не было.
— Значит, Джерри придется отпустить и даже вернуть ему… пять тысяч, кажется…
— А почему?
— Говорит — пять тысяч казенные. Ну-ка, дай мне вон тот портфель, это его. Он в нем наличность привез.
Джек поднял с пола тощий портфель и передал капитану, тот открыл его, порылся в каких-то бумажках и, наконец, нашел ту, что требовалась.
— Ага, вот оно… «Выдано майору Лоцмандеру пять тысяч… прописью… Ага, „на закупку копировальный техники“». А он все проиграл, придурок. Отсчитай пять тысяч и положи ему в портфель. Не будем подставлять человека.
— Но, сэр, зачем он, рискуя жизнью, приехал к вам, да еще продул такую сумму? — спросил Джек, быстро отсчитывая деньги.
— Он полагал себя лучшим игроком в армии арконов. Честолюбие его подвело. Узнал про скромные успехи твоего командира и приехал помериться силами, не ведая, что не имеет ни единого шанса.
— А все же почему, сэр? Вы умеете мухлевать?
— Да я же тебе уже рассказывал! Как тут смухлюешь? Мухлевать можно с лохами, а с сильным игроком не получится, у каждого глаз, как рентген.
— И все же вы всегда выигрываете?
— Нет, несколько раз для затравки сдаю партии, чтобы противник заглотил крючок, ну а потом потихоньку подтягиваю. Если вижу, что напрягся, снова партеечку сдаю. Ну, а уж когда вижу, что глаза загорелись, тогда просто выбрасываю его на берег.
— Но карты, сэр, вы их как-то узнаете?
— Нет, я ведь уже рассказывал тебе вроде. Мне не нужно видеть карты, я вижу то, что человек собирается сделать, уже по этому ясно, чем он располагает.
— Вы телепат, сэр?
— Не знаю. Но вот пару раз выскочил из горящего «гасса» и желание играть пропало напрочь, а способность видеть игрока насквозь появилась. Это я тебе тоже рассказывал. Или не тебе?
— Но вы могли бы уйти с этой опасной работы, сэр, и загребать огромные деньжищи! — заметил Джек, указывая на кучу наличности на столе.
— А смысл? — пожал плечами капитан и поставил опустевший графин. — Раньше я играл ради азарта, а не ради денег. Теперь и азарта нет — все известно наперед. А этот выигрыш, как и в прошлый раз, нам еще на какой-нибудь случай понадобится. Хочешь, дам тыщу за то, что пересчитал?
— Нет, сэр, — покачал головой Джек и даже отошел от стола.
— Вот! — произнес капитан и, погрозив Джеку пальцем, торжествующе засмеялся. — Небось в первый день, как сюда приехал, сгреб бы тыщонку как миленький. А теперь не хочешь. Потому что повидал кой-чего…
Капитан встал и, собрав деньги, сунул в выдвижной ящик шкафа и закрыл дверцу.
— Буди Лоцмандера, пусть проваливает, а то еще и вправду спалится…
105
Джек подошел к майору, схватил его за плечи и бесцеремонно закинул на диван. Тот громко всхрапнул, открыл глаза и четко произнес:
— Поосторожнее, Джек Стентон! Не дрова везешь!
Джек, опешив, повернулся к капитану, ожидая каких-то объяснений, однако на помятом лице Хольмера тоже читалось удивление.
— Откуда ты его знаешь, Джерри? — спросил он.
Майор спустил ноги на пол, похлопав выпученными глазами и сказал:
— Я его досье читал у нас в контрразведке…
— Так ты в контрразведке служишь?
— А я тебе разве не говорил?
Майор поднялся и сбросил шинель, оставшись в летней арконовской форме.
— Где тут у вас сортир, а то отлить нужно — невмоготу…
— Да там же, где и у вас, корпуса то у всех одинаковые, — пожал плечами Хольмер.
— Да, действительно, — согласился майор. — Чего-то я затормозил с утра… У тебя пива не осталось?
— Пива нет, но могу навести этот, как его… морс!
Капитан щелкнул пальцем по опустевшему графину с остатками бурой жидкости, но майор отмахнулся.
— Не надо, я лучше в умывальнике из крана напьюсь, так привычнее.
— Дверь заперта, там пимпочку повернуть надо, — сказал Хольмер.
— Разберемся! — бодро ответил майор и открыв дверь, вышел в коридор.
Джек посмотрел на капитана, тот в ответ пожал плечами — оба подумали об одном и том же: не случится ли скандала, если кто-то заметит майора в его арконовской форме?
Нужно было переодеть его или сопроводить до туалета.
Нужно было, но капитан Хольмер после пьянки медленно соображал, а Джек мало спал и последние трое суток были у него суматошными.
— Машины-то где ваши? — спросил капитан.
— Пока в конечном пункте. Обещали позже доставить и сразу в ремонт.
— Сильно пострадали?
— «Таргар» не очень, просто посекло сильно и кое-где осколки торчат, а «грей» лейтенанта Хирша почти располовинило. Оторвало манипулятор со скорострелками…
— М-да, — с неопределенной интонацией произнес капитан. — Значит, делать вам тут нечего.
— Вроде так, — подал плечами Джек.
— Ну тогда я вас в увольнение отправлю — денька на два-три. Хоть отдохнете в городе. Ты не против?
— Нет, конечно. Кто же будет против? — улыбнулся Джек и сразу повеселел.
— Тогда сегодня отмокайте, почистите перышки, а завтра с утра дуйте в город.
— Спасибо, сэр!
В этот момент вернулся Лоцмандер, весь в каплях воды, как будто попал под дождь.
— И у вас та же хреновина — краны поломанные, — сообщил он.
Капитан поднялся, достал из шкафа полотенце и подал ему. Потом взял со стола тощий портфель.
— Я положил туда пять тысяч казенных денег, что ты проиграл.
— Правда? — удивился майор. Он открыл портфель и посмотрел на деньги. — Ну ты человечище, Джон! Ты великий игрок и большой человек!
— Ладно, не надо оваций. Садись на свой драндулет и дуй отсюда, пока тебя не раскрыли.
— Все понял, дружище, улетаю! Сваливаю по-быстрому!
Лоцмандер надел шинель, застегнул на все пуговицы и махнув от двери Джеку, с извиняющейся улыбкой вышел из кубрика.
Вскоре под окном завелась машина и погазовав, поехала к проходной.
— Ну вот, вроде, и все приключения на сегодня, — произнес капитан и поднялся со стула. — Все, Джек, иди к себе и отдыхай, а завтра — в город.
106
В дверь постучали, и полковник Гровс посмотрел на майора Штурмвуда, которого вызвал в связи с внутренним «чэ-пэ».