Сибирь научит. Как финский журналист прожил со своей семьей год в Якутии — страница 15 из 78

Мой любимый предмет в тёхтюрской школе – физкультура, здесь это практически военная подготовка, в основе которой лежал принцип соревновательности. На уроке дети маршировали, строились в шеренгу и тренировались по команде поворачиваться направо. Однако благодаря расслабленному пожилому учителю Николаю атмосфера на уроке была совсем не давящая. Задачи ставились конкретно: отжимание, подтягивание, низкий старт, подача волейбольного мяча. Учитель оценивал достижения и отмечал лучших. Девочки и мальчики до восьмого класса ходили на общие занятия физкультурой, при этом выполняли немного разные задания. Например, на подтягивании девочки только наблюдали за успехами мальчиков.

На уроках много внимания уделялось национальным видам спорта. Любимая у учеников начальной школы игра – перетягивание палки, или «мас тардыхыы»: соревнующиеся садились друг против друга, держа объект, засовывали ноги под скамью и старались перевернуть противника. Вторая игра – «накинь веревку»: ребята стояли на четвереньках и тащили друг друга за ремень, повязанный на шею. Занятия на свежем воздухе в Якутии редкость – по правилам этим можно заниматься только в теплую погоду, то есть только в сентябре и мае. Осенью сын успел побывать на прогулке дважды. На перемене ученики гонялись друг за другом по двору, а во время длинной зимы – по коридорам школы. Из нашего сына скоро вырастет известный художник, будущий автор комиксов про Бэтмэна. Он мог бы и в шахматы играть, но пока его больше интересовало тыкать в экран смартфона. В школе детей кормили завтраком и обедом. Сын рассказывал, что в меню обычно «макароны с мясом, гречка с мясом или просто мясо». Он привередничал и решил обедать дома. Суббота – праздник, потому что в школе давали булочку и банан.

В начале учебного года я радовался за сына: какой у него огромный выбор разных развлечений! Вечерние кружки звучали очень заманчиво: робототехника, информатика, шахматы, игра на варгане, якутская борьба, якутские прыжки, конструирование мини-моделей, рисование и танцы.

Маленький инженер-консерватор выбрал мини-модели и робототехнику, но радость ученика и его родителей скоро улетучилась. В клубе робототехники учитель раздавал ребятам конструктор лего – играйте, мол, ребята, друг с другом! Далеко не все преподаватели кружков вообще приходили в назначенное время, и вместо работы школьники снова носились по коридорам. На уроки варгана не ходил никто. На самом-то деле смысл вечерних кружков – просто удержать маленьких учеников в школе. За это учителя получали мизерную доплату и даже не пытались никого заставлять.

Мы решили, что сыну вполне хватает обязательных уроков, ему и так тяжело – в России в субботу тоже учатся. Вечерами жена преподавала сыну финский и другие предметы по финской программе. По выходным я подтягивал его по русскому. Постепенно наш маленький ученик продвинулся в языке и начал понимать, о чем говорили в школе. А через три недели он уже попросил папу больше не приходить в школу. Я решил принять это как благодарность. Теперь мы с женой ходили в школу, только когда учителя английского приглашали нас поговорить с учениками. По их просьбе я рассказывал про то, как в Финляндии заботятся об окружающей среде, и о Санта-Клаусе, но большинство из ребят ничего не поняли из моих речей. В благодарность за выступление мою фотографию повесили на стене в школе, на выставке, организованной учительницей английского. «Мой папа – самый известный человек в Тёхтюре», – гордо заявил сын.

Саха

Полумиллионнный якутский народ 400 лет в составе России сохраняет свое лицо и территорию.


Тёхтюр, Якутск, Покровск


В воздухе витала атмосфера большого спортивного праздника.

Стадион в Якутске стал кульминацией собственно якутских и международных клише: чу́мы[20] со светодиодным освещением, грохот традиционных барабанов, национальные костюмы, люди, одетые в волчью шубу и с оленьими рогами на голове, и, конечно же, огромный хоровод осуохай. Публика, вся состоящая в основном из местных якутов, приехала поглазеть на закрытие детско-юношеских Международных спортивных игр «Дети Азии». Соревнования, которые здесь проводились уже в шестой раз, название отсылает к Азии, но на самом деле это мероприятие, организованное Республикой Саха, и до тех пор всегда проводилось в Якутске.

В заключение праздника публика пустилась в пляс под хит «Якутяночка», специально сочиненный для этих игр. На видео танцоры ехали на автобусе без крыши по зимней Якутии, шаман бил в бубен, а слова, как ни удивительно, на русском: «Дети Азии должны видеть, как танцует якутяночка моя».

Спортивные игры только частично связаны со спортом. Их главная цель – занести Якутию, или Республику Саха на якутском языке, на карту мира или по крайней мере донести до международной общественности.

Уже благодаря своим размерам Якутия не может остаться незамеченной на карте мира, но она всегда хотела быть больше, чем просто российской провинцией. Якутия в Сибири занимает особое место. По мнению коренных жителей, она на самом деле вообще не Сибирь, не Дальний Восток и даже не Россия. Когда якуты говорят о России, они имеют в виду нечто далекое, местность, находящуюся за Уральскими горами.

Если Россия – империя, то Якутия – империя в империи. Это самый большой регион в самой большой стране мира, она составляет пятую часть от всей территории России, внутри нее три часовых пояса. В недрах Якутии хранятся несчетные богатства, но ее климат и условия жизни настолько суровы, что мало кто из русских согласился бы даже подумать о поездке сюда, не говоря уже о том, чтобы переехать.

Якутия далеко – и духовно, и физически. В ее столицу не идут поезда, а в весенне-осеннюю распутицу туда не попасть даже на машине c другого берега реки Лены. Чтобы из Якутска добраться до самой дальней точки республики, административного центра Черский, нужно преодолеть самолетом две тысячи километров пути.

Якутия – центр российской Азии, что сразу заметно, стоит только взглянуть на лица прохожих. Один якут-односельчанин рассказал мне, что еще 20 лет назад русские злились, если слышали якутскую речь в автобусе в Якутске. «Теперь такого нет. Мы победили. Сейчас нас больше, и мы духовно сильнее русских».

Победа якутов – демографическая. Им удалось снова стать большинством на своей земле. Последняя официальная перепись населения 2010 года показала, что количество якутов и долганов, которых тоже относят к якутскому народу, перевалило за решающие 50 % населения. Вместе их около полмиллиона. Якутские семьи, в отличие от русских, большие, а еще они отсюда никуда не уезжают. В советское время в Якутию переехало много людей из разных регионов, и более 200 000 из них уже уехали.

Народы Сибири сейчас составляют лишь 1,5 миллиона из 38-миллионного населения. И лишь в Тыве и Якутии они большинство. Но потихоньку Сибирь все же осибиривается: самый высокий прирост населения наблюдается в нерусских регионах: в Бурятии, Тыве, Горном Алтае, на Ямале, в ХМАО, Якутии и на Чукотке, именно за счет коренного населения.

Многие малые народы Сибири полностью исчезли в исторической молотилке, но якуты выжили. Они не страдают в республике комплексом неполноценности – наоборот. Повсюду звучит якутский язык тюркского происхождения, во многих школах занятия ведутся на якутском.

Современный аэропорт Якутска – редкость для России. Прибывших приветствуют на трех языках: по-русски, по-якутски и по-английски. Невозможно представить такое в других российских республиках, например в финно-угорских.

Национальные якутские иконы тоже представлены для просмотра. Чумы – ураха, имитации традиционных балаганов для зимнего проживания и тотемы-сэргэ стоят повсюду. Больше всего тут ценят якутскую лошадь. Треножные бокалы для кумыса – напитка из кобыльего молока найдутся почти в каждом доме, правда, некоторые сделаны в Китае. Когда в городе показывают оперу «Нюргун Боотур», написанную на основе национального эпоса «Олонхо», на сцене вы не увидите ни одного русского исполнителя. Публика восклицает «ураа!» вместе с исполнителями, когда отважный князь побеждает противника. На фреске в фойе, изображавшей праздник лета Ысыах (Ыhыах), всего лишь два странных потерянных русских лица среди сотни якутов.

Официально присоединение Якутии к России – тоже повод для праздника. Когда в 2007 году этому событию исполнилось 375 лет, в центре Якутска поставили видный памятник[21], который, правда, подвергся осквернению. Русская православная церковь, в свою очередь, осенью 2017 года открыла в Якутске филиал музейной сети «Россия – моя история», в котором восхваляется единение государства Российского, цари и вера православная. Выходит, что вхождение Республики Саха в Россию не настолько однозначно, а иначе зачем было бы об этом отдельно напоминать?

Национальное пробуждение в конце 1980-х, точнее освобождение всегда существовавшего тут национального самосознания, заметно и по именам. В XIX веке якутов формально обратили в православие и за русское имя при крещении давали аж 50-процентное послабление в налогах. А сейчас все чаще стараются дать детям исконные якутские имена.

В классе у моего сына учатся Сайаара, Айан и Дьулуур. Учительницу зовут Амгалена – это соединение двух больших якутских рек. Кескил, так зовут нового главу администрации нашей деревни, означает «блестящее будущее» – не меньше. Очень популярны женские имена Айталина (лунный свет), Кюнней (солнце) и Сардаана – название желтого якутского национального цветка, разновидность лилии. Мужское имя Ньургун значит «герой», а женское Ньургуяна – важный для якутов цветок – подснежник. Сахаайа и Сахамин просто означают «я саха».

Эвенки и эвены – народы, а якуты – нация. Так мне когда-то объяснил разницу между разными национальностями Якутии сельский учитель, якут Прокопий Ноговицын из села Немюгинского наслега, в 30 км от нашей деревни. Он многосторонний местный активист, режиссер этнографических фильмов, каждое лето проводит вместе со школьниками археологические раскопки. Ноговицын объясняет это тем, что якуты подчинили себе территории, присвоили себе лучшие навыки местных жителей и впитали силу завоеванных народов в себя.