– Вот, папа, моя вторая спасительница! – вскричала девочка, схватив за руку Эллу и подводя её к отцу.
Тот ласковым взором окинул негритянку и крепко пожал её чёрные как сажа пальцы.
– Объясни ей, Сибирочка, всю мою признательность, – произнёс князь с волнением в голосе. – Скажи, что в благодарность за то, что она сделала для тебя, я дам ей всё, что она захочет… Скажи ей, что ты теперь можешь подарить ей всё-всё, чего только ни пожелает она. Ведь ты теперь моя наследница, богатая княжна…
Едва успел закончить свою фразу князь, Сибирочка и Андрюша вдвоём стали объяснять жестами негритянке всю суть дела.
Та только мычала что-то в ответ и часто-часто кивала своею курчавою головою.
Наконец она, очевидно, поняла всё, потому что усиленно зажестикулировала руками, стараясь в свою очередь пояснить что-то, то трогая волосы Сибирочки, то гладя их своими чёрными пальцами, то покрывая горячими поцелуями её руки, плечи и кольца белокурых кудрей.
– Что она хочет сказать? – спросил князь у дочери, глазами указывая на негритянку.
– О папа, – вскричала потрясённая Сибирочка, – о папа, она отказывается от денег, от подарка и просит только дать ей на память… один локон моих волос!
Заключение
Эту ночь Сибирочка провела уже в доме своего отца – князя.
Поздно вечером, когда обе белокурые княжны, обе Али, уже заснули в своих постельках, дверь в детскую неслышно отворилась, и в комнату вошёл князь.
Он подошёл сначала к мнимой княжне, перекрестил и поцеловал её по привычке, потом приблизился к кроватке своей родной, настоящей дочери.
Сибирочка крепко спала. Её роскошные локоны разметались на подушке, прелестное личико оживилось румянцем сна.
Она спала крепко, сладко… Ей снились, должно быть, лучезарные сны… Она улыбалась радостно сквозь грёзы…
Князь неслышно простёр над ней благословляющую руку, нежно поцеловал влажный лобик ребёнка, потом тут же, у её постели, опустился на колени и долго, горячо молился о ниспослании счастья своей девочке…