Осталось осмотреть нижнюю часть зала.
Коннор на ходу заглянул в рюкзак и обнаружил там три зажигательные бомбы. Те, которые он бросил в вестибюле, подействовали.
Может, они и не убили Эко, но явно им не понравились. Со своими боеприпасами и глушилкой он надеялся продержаться до прибытия помощи. Прибудет армия, несомненно.
Правительство направит к ним все элитные войска, и через два-три дня Коннор окажется на первых полосах газет вместе с остальными выжившими. Его показания будут постоянно транслироваться по новостям.
А что, если правительство никого не пришлет?
Это было глупо, конечно, они будут действовать, чтобы спасти их! Это их основная функция: защищать своих граждан!
Только не в том случае, если граждане собираются рассказать о пережитом ужасе. Они же на весь мир расскажут о существовании монстров и привидений, вызовут панику на всех континентах, и все правительства потеряют контроль, начнется анархия…
Нет, это глупо… Так далеко не зайдет.
Тогда надо обдумать другую гипотезу. Что все это могло быть организовано намеренно. И правительство не собирается присылать никакую армию, потому что они сами ответственны за это дерьмо! Ведь кто-то должен был затеять этот бардак, а учитывая масштабы, кто, кроме правительства, мог такое сделать?
Ох, мне это совсем не нравится… Если мы здесь останемся, нам конец!
Надо убираться из Мэхинган Фолз. Раньше, чем истребители сбросят на город бомбы, чтобы избавиться от проблемы, а потом в газетах появится утка, которая окончательно скроет правду.
Снова пустые кресла.
Коннор спустился по нижним ступенькам и осветил первые ряды, сначала справа, потом слева.
Он глубоко вздохнул.
По крайней мере, мы здесь одни.
Воображение уже нарисовало ему отвратительный труп с содранной заживо кожей, или язык, вырванный и выброшенный, с горлом, пищеводом, желудком и метрами кишок, вытянутыми в бесконечную ленту.
Эко вытворяли подобные мерзости.
Он поднялся обратно к друзьям.
Надо было убедить их уйти, пока военные не взорвали город.
Сначала им надо успокоиться…
Он положил телефон между ними и присел, чтобы быть одного роста.
— Мне жаль, — сказал он.
Он положил руку на плечи Кори и Чаду и прижал мальчиков к себе. И стал ждать.
Их маленький круг в белом свете фонарика был похож на крохотный батискаф на дне бездонной пропасти.
Чад первым нарушил молчание. Его голос был хриплым от горя:
— Думаешь, Адам пришел в себя?
— Его же съели, разве нет?
— Вовсе нет, он был с нами в холле кинотеатра, думаю, он потерял сознание.
— Внизу? Ох черт, он, оказывается, жив! Надо за ним сходить!
Чад посмотрел на Кори, который все еще дрожал, погруженный в отчаяние.
— Он не в состоянии.
— Тогда останься с ним, я сейчас приду.
Коннор положил рюкзак перед Чадом и взял в одну руку две бомбы, а другой взял зажигалку.
— Ты уверен, что это хорошая идея?
— А ты хотел бы на его месте, чтобы тебя просто бросили?
Чад энергично помотал головой.
— Оставайся с Кори, — сказал Коннор, проходя через двойную дверь.
Пространство перед баром с попкорном и напитками было окутано тьмой, и Коннору пришлось щелкнуть зажигалкой, чтобы убедиться, что там никого нет. Вспышка осветила протертый ковер старого кинотеатра и стены, обтянутые тканью. Он ощупью пробрался вперед, а затем еще раз щелкнул зажигалкой. Огонек осветил афиши будущих осенних блокбастеров. Коннор прошел как можно дальше, прежде чем снова нажать на зажигалку. Вспышка. Поворот к балкону. Оттуда должен быть хороший вид на противоположный холл. Он бесшумно проскользнул и протянул руку, чтобы ухватиться за перила мезонина. Северное сияние окружало улицу бледным ореолом, то зеленоватым, то синим. При слабом свете были видны очертания у подножия лестницы.
Кто-то лежал возле дверей.
Коннор не мог в это поверить. В спешке они забыли его. Он думал, что Адам умер вместе с Джеммой.
Он спустился как можно осторожнее, не сводя глаз со стеклянных дверей, и остановился рядом с лежащим без сознания подростком.
На улице было тихо.
Потому что все мертвы.
Последние выжившие, должно быть, прятались тут и там, но теперь, когда у Эко не было толп, которые можно было истреблять, они могли посвятить себя охоте за каждой отдельной жертвой. При такой скорости до рассвета во всем Махинган-Фолз не останется ни одной живой души.
И тут Коннор впервые подумал о собственной матери.
Она в порядке. Иначе и быть не может. Она трусиха, наверняка спряталась от первого взрыва. Или даже как только вырубилось электричество. Спряталась, должно быть, в спальне и ругает меня изо всех сил из-за того, что я не беру трубку. Да, точно. А когда я вернусь, она мне голову оторвет, скажет, что я ни на что не способен, что она мне покажет, как не брать трубку…
Только он знал, что не вернется. Во всяком случае, не скоро. И он был не так уж уверен в своих предположениях. Но они позволяли ему совладать с эмоциями, так что он убедил себя поверить в лучшее, по крайней мере, пока что.
Он потрогал горло Адама, стараясь нащупать пульс, пока наконец не различил слабый ритм.
Ох собака ты такая, выкарабкался!
Ему повезло больше, чем Джемме. Жизнь чертовски несправедлива. Почему она, такая клевая, а не этот Адам, которого он почти не знал?
Хреново так думать. Тебе должно быть стыдно.
Коннор целую минуту тряс Адама за плечо, чтобы привести его в чувство. Адам с трудом очнулся и стал в ужасе озираться. Коннор закрыл ему рот ладонью, опасаясь, что тот станет кричать, и огляделся по сторонам. Вокруг никого не было.
Адам был в состоянии шока, и Коннор опасался непредсказуемых реакций или судорог.
— Э-эй, смотри на меня.
Он пощелкал пальцами перед глазами мальчика.
— Сюда, сюда. Давай, возвращайся к нам. Адам, это я, Коннор. Тебе надо прийти в себя, приятель, иначе долго не продержишься.
— Джемма…
Коннор кивнул.
— Да. Эти суки ее убили.
При этих словах Адама стошнило желчью на себя и на коврик у входа. Коннор едва успел отскочить.
Он похлопал Адама по спине.
— Идем со мной, там будет безопаснее. Нельзя ждать. Ты должен помочь мне убедить ребят, что мы должны убираться отсюда.
— Куда?
— Как можно дальше. Пока наши военные не взорвали здесь все.
76
Орда разъяренных Эко неслась по склону прямо к фургону, где находились Итан, Том и Оуэн.
Судя по грязным останкам Алека Орлахера и его водителя, глушителей внутри не хватило бы, чтобы сдержать такой напор.
Том осмотрел скалу сбоку. Прыжок означал верную смерть. Убежать тоже не удастся, Эко двигались слишком быстро.
Оставалась только драться.
Не на жизнь, а на смерть.
Они оказались непростительно наивны. Поверить, что достаточно подняться на вершину горы Венди, чтобы решить проблему…
Армада этих монстров пульсировала под Шнурком, источником их появления на земле. Именно здесь находилась щель между мирами, и здесь, собравшись в громадное облако, Эко безмерно усиливались за счет технологии, втайне установленной OCP, и завладели сигналом, посылаемым антенной.
На самом деле всеми сигналами.
Да, с горькой иронией подумал Том, достаточно было дойти до вершины, войти в Шнурок и оборвать все провода, чтобы лишить их энергии, захлопнуть дверь перед их носом. Вот только для начала надо пройти в самое сердце этого улья…
Они были так наивны…
И теперь дорого заплатят за свою глупость.
Том взял Оуэна за плечи и обнял, чтобы мальчик не увидел, как их захлестывает смерть.
— Мы должны зажечь огонь! — с надеждой сказал Оуэн. — Им это не нравится, может быть, это отпугнет их на некоторое время!
— У нас нет горючего и нет времени…
— К машине! — скомандовал Итан. — Оуэн, быстро!
— Она не работает, Итан, как и остальные.
Но коп подтащил к машине Тома и буквально швырнул его племянника на пассажирское место.
Эко были уже в тридцати метрах.
— Помогите мне вытолкнуть ее на дорогу! — крикнул Итан.
Том понял, что задумал Итан. Это безумие, но другого выхода не остается, и отец семейства уперся в машину и стал толкать изо всех сил. Итан повернул руль, чтобы направить колеса в нужном направлении, и тоже стал толкать с другой стороны.
Эко гудели уже слишком близко.
Фургон сдвинулся сначала на несколько сантиметров, затем, когда силы мужчин были уже на исходе, он стал медленно катиться вниз по склону.
Итан и Том запрыгнули внутрь.
Они видели, как тени в зеркалах сгущаются.
Этого не хватит. Они все еще едут слишком медленно.
— Разве двигатель не должен заводиться во время движения? — воскликнул обезумевший Том.
Итан несколько раз повернул ключ и постучал по приборной панели, но ничего не сработало.
— Слишком много электроники сгорело!
Сила тяжести заставляет фургон разгоняться все сильнее.
Эко догнали и влетели в кузов, разбрызгивая плоть двух предыдущих жертв на стены.
Том схватил глушилку с пояса Итана и в отчаянном движении бросил ее в монстра, который взорвался мириадами темных частиц.
Машина набирала скорость.
Второму Эко удалось проникнуть в фургон, прежде чем его постигла та же участь, на этот раз от встречи с глушителями, лежавшими в кузове. Пока все существа не атакуют одновременно, они не смогут пробить барьер.
Наконец стая стала отставать. Теперь фургон мчался на всей скорости, движимый одной инерцией. Итан знал дорогу, так как проехал по ней незадолго до этого, но он не мог точно вспомнить повороты и был почти удивлен, когда появился первый. Они подняли клуб пыли и едва не улетели с обрыва, прежде чем Итан успел вырулить на дорогу.
Том не стал просить его притормозить, с неработающим двигателем им ничего не оставалось. Он прижал Оуэна к себе.
Он все еще мог различить волну теней, летевших вдогонку.