Классические движущие силы появляются в жизни каждого из нас регулярно, каждый день. Например, давление или напряжение проявляется самыми разными способами и включает в себя другие движущие силы (такие, как искаженные мотивы и сдерживающие факторы, страх, сексуальные домогательства и необоснованные целевые показатели производительности). Подобно тому, как ученики средней школы оказывают давление на своих сверстников или уступают такому давлению, взрослые подыскивают объяснения, отталкиваясь от таких идей, как «если этого не сделаем мы, это сделает кто-то другой» или «я не могу позволить себе пойти на риск потерять эту работу».
Стремление к совершенству как движущая сила заражения становится ужасно разрушительным, и я, будучи педагогом, наблюдаю это даже слишком часто. Когда мы преследуем недостижимые цели (например, нереалистичные стандарты красоты или производительности труда), есть три основных выхода из ситуации. Первый – сдаться: нет смысла пробовать, если мы непременно потерпим неудачу. Второй – схитрить и попытаться дотянуться до цели. Третий – продолжать прилагать усилия и страдать. Исследование перфекционизма у американских, канадских и британских студентов колледжей с 1989 по 2016 год показало, что этот фактор находится на подъеме, внося свой вклад в эпидемию проблем с психическим здоровьем, от депрессии и тревоги до суицидальных мыслей[281]. Совершенство нельзя назвать ни похвальной, ни достижимой целью. Стремление к нему подрывает сам процесс принятия решений, ставя под угрозу глобальное здоровье и индивидуальное благополучие.
Давайте проанализируем некоторые из движущих сил, проявившихся в истории с Линдоном Джонсоном.
Дискредитация правды (истина под угрозой). Это одна из самых разрушительных движущих сил заражения. Дискредитация, или компрометация, правды подразумевает ложь или отрицание, искажение фактов или неуважение к ним. Эта сила почти никогда не способствует распространению желательного поведения. Случай Джонсона показывает, какой хронической и неизбывной может оказаться проблема компрометации истины: как снежный ком увеличивается объем лжи, что запускает и другие движущие силы. Как отмечали Каро и другие, Джонсон лгал по вопросам, которые имели важные последствия (будучи президентом, он клялся не разжигать войну во Вьетнаме, а затем отправил в бой еще сотни тысяч американских солдат[282]), и по таким вопросам, последствия лжи в которых были менее заметны (притворился, что у него лихорадка денге, когда на самом деле это была пневмония[283]); в личных вопросах (его прадед на самом деле не погиб при защите миссии Аламо, поскольку тогда он еще не приехал в Техас[284]) и в политике (преуменьшая как потери Америки во Вьетнаме, так и степень ее вовлеченности в эту войну[285]). Его репутация, как отмечает Каро, закрепилась в колледже, где сокурсники «не только считали, что он им лгал… но также были убеждены, что какой-то психологический дефект побуждал его лгать, заставлял его лгать, даже когда он знал, что ложь может быть обнаружена; заставлял его фактически повторять ложь снова и снова даже после того, как его уличили»[286].
Во время избирательной кампании 1948 года ложь Джонсона о Стивенсоне стала настолько заразительной, что его спичрайтер продолжал включать ее в речи до тех пор, пока ее не подхватила и пресса: «Вы знали, что это проклятая ложь, [но] вы все повторяли ее, все повторяли и повторяли ее. Повторение – в этом все дело»[287]. Сам термин «кризис доверия»[288], обозначающий, что общественность не верит в истинность заявлений и обещаний политика, стал широко использоваться в середине 1960-х годов для описания президента Джонсона в эпоху, когда благодаря телевидению в каждом американском доме ясно увидели, что представляла собой война во Вьетнаме. Подобно нынешним движущим силам, социальным сетям и интернету, телевидение было той движущей силой, которая распространяла искаженные истины Джонсона, – но в то же время позволяла людям, настроенным скептически, пересмотреть факты и подвергнуть сомнению его лживые утверждения.
Давление и стремление к совершенству. Эти движущие силы настолько же важны на уровне правителей, насколько и в нашей повседневной жизни. Как указывает название 12-й главы книги «Пути восхождения», для Джонсона эти выборы означали «все или ничего»; это был его «последний шанс». Так что, как только кампания стала неэффективной, у него оставался единственный выход: либо обмануть, либо проиграть.
Эго и слава. Вертолет, музыкальные группы, даже фирменная выходка Джонсона, выбрасывавшего свою большую ковбойскую шляпу Stetson на землю при приземлении вертолета, – все это привлекало внимание толпы и прессы, которого так жаждал Джонсон. Это был не просто трюк в рамках предвыборной кампании. Его поступками часто руководило его эго, желание прославиться. Например, как отмечает Каро, Джонсон льстил журналистам и представлял их зрителям по имени, но при «малейшей их попытке его покритиковать» взрывался и «без всякой причины высмеивал их»[289].
Власть. Каро описывает стремление Джонсона к власти как всепоглощающую страсть. Он демонстрировал «не только гениальные способности к определению пути к власти, но и крайнюю жестокость при устранении препятствий на этом пути»[290]. Его целеустремленность и полная сосредоточенность на власти, одержимость слепой преданностью и безграничные амбиции заставляли Джонсона лгать и жульничать ради политической выгоды и подталкивать других к аналогичным неэтичным и незаконным действиям[291]. Каро также показывает, что Джонсон проявлял неуважение к своей жене, «леди Бёрд», и плохо обращался с нею[292], а также управлял своими подчиненными через гнев и страх[293].
Высокомерие. Считая себя выше других и веря в то, что им известно больше, чем всем остальным, высокомерные люди, подобные Джонсону, не слушают других (он не обращал внимания на предостережения своих советников, рекомендовавших не нападать на Стивенсона). Также они часто страдают от страха – это еще одна движущая сила, – страха того, что об их слабостях или ошибках станет известно. В результате они обычно не прислушиваются к мнению других людей и не приветствуют применения к собственным идеям системы сдержек и противовесов. Они не принимают во внимание информацию, которая им нужна для принятия оптимальных решений, потому что считают, что они правы. Хуже того, они отказываются от оживленных прений, которые помогают бороться с разрозненностью информационных систем и обеспечить защиту от компрометации истины. Ни один из настоящих поборников этики, которых я знаю или с которыми работаю, не отличается высокомерием.
Несоблюдение закона, слабое управление и безнаказанность. Неспособность претворить в жизнь закон, правила или принципы стимулирует неэтичное поведение, поскольку люди могут поверить, что то, что они предпринимают, не несет для них риска – что они могут действовать безнаказанно. Проявлений такого поведения становится все больше и больше, либо увеличивается интенсивность и частотность нежелательного поведения, либо оно охватывает все больше сфер, пока отдельные личности и учреждения проверяют границы дозволенного. Они отталкиваются от вопроса «Что мне сойдет с рук?», а не от вопроса «Какое решение было бы правильным с точки зрения этики?».
В случае скандала с урной для голосования № 13 должностные лица избирательных участков по закону были обязаны сдать избирательные урны, бюллетени и счетные списки в установленный срок. Тем не менее сторонники Джорджа Парра с опозданием подали голоса, изменили числа в счетных листах, вписали туда новые имена и внесли необоснованные изменения – и все это безнаказанно. Во время избирательной кампании 1941 года Джонсон узнал, что достаточно просто подождать, пока сообщат, сколько людей проголосовало за оппонента, а затем добавить столько голосов, сколько понадобится, чтобы его обогнать. Годы спустя, после смерти Джонсона и самоубийства Парра, семидесятишестилетний Луис Салас решил обрести «душевный покой» и раскрыть «коррупционность политики»[294]. В 1977 году он рассказал журналисту информационного агентства Associated Press, как он фальсифицировал результаты выборов ради Джонсона. «У нас там был свой собственный закон, – заявил Салас. – Мы могли сказать главе любого избирательного участка: “Дай нам 80 % голосов, а тому парню 20 %”». Фальсифицировать выборы помогли несоблюдение закона, слабое управление, безнаказанность и другие действующие силы заражения.
Эффективное соблюдение закона и эффективное управление в ситуациях на передовой могут быть чрезвычайно сложными. Как мы видели на примере таких факторов заражения, как редактирование генов и 3D-печать, и то и другое ускользает от обнаружения и опережает закон. Но по крайней мере, важно знать, какие движущие силы вступают в действие.
Неэтичное поведение никогда не прекращается само по себе. Это верно и для движущих сил заражения. Пока мы не приложим усилий, чтобы уничтожить эти движущие силы (или не повернем их на службу добра), они будут только усиливаться и способствовать распространению и мутации неэтичного поведения. Постоянные движущие силы повлияли на наследие Джонсона. Более того, они усиливали друг друга. Стремление к власти и безусловной преданности заставило его пожертвовать правдой, перестать прислушиваться к другим и превратить страх в оружие. Все это происходило в те дни, когда чем-то новым и актуальным считалось