– Давай-давай, – поторопила его я. – Мне тут кое-что надо сделать. Займет минут двадцать.
Удивленный взгляд парня сменился на хитрый.
– Поможешь? – спросил он, протягивая ко мне руки.
Я подлетела к нему и помогла подняться. Стоял он на ногах очень неуверенно, однако всего несколько дней назад он не мог и этого. Прогресс действительно был просто потрясающим.
Доведя Кирилла до кухни, я усадила его на стул, вручила книгу, а сама отправилась обратно в комнату. Помимо продуктов я накупила еще и кучу гирлянд с батарейками. Выйдя на открытый балкон, я принялась украшать ими все вокруг, а когда закончила, то вытащила из шкафа два раскладных стула, которые заметила еще в тот раз, когда впервые очутилась в это квартире, и поставила их на балконе.
Закончив приготовления, я вернулась на кухню. При виде меня Кирилл отложил книгу и, указав на приготовленные угощения, поинтересовался:
– А выпивать мы что будем?
– Блин! – вырвалось у меня. Про напитки я совершенно забыла.
Кирилл, видя мое отчаяние, лукаво улыбнулся и сказал:
– В шкафу с крупами есть несколько бутылок вина. Выбери, какую хочешь.
Какую хочу? Но я ни разу до этого не пила алкоголь…
Достав первую попавшуюся бутылку, я вслух прочитала надпись на этикетке:
– Красное сухое.
Кирилл сморщился.
– Посмотри еще. Полусладкого нет?
Я послушно залезла в шкаф и достала остальные бутылки. Изучив все этикетки, я помотала головой.
– Ну ладно, – махнул рукой Кирилл. – Оставляй первое. Сделаем глинтвейн. У меня как раз где-то была смесь для него.
Так вместе мы занялись приготовлением глинтвейна. Кирилл сидел на стуле и руководил, а я бегала по кухни, выполняя его приказы. Когда напиток был готов, часы показывали начало двенадцатого.
Переместившись к телевизору, мы уселись на диване и расставили на журнальном столике перед собой новогодние вкусности.
– А это что? – спросил Кирилл, указав пультом на десерт.
– Это сладость, которая каждый раз готовится в нашей семье на Новый год, – с гордостью ответила я. – Взбитая сметана с сахарной пудрой и черносливы, начиненные грецкими орехами.
– Звучит вкусно, – сказал Кирилл и потянулся к шарлотке.
Кто бы сомневался…
Я притянула к себе миску салата и с аппетитом проглотила несколько ложек, глядя на какое-то красочное новогоднее шоу в телевизоре.
– Это…так вкусно, – тихо проговорил Кирилл, глядя на кусок пирога в своей руке. – Прям как у бабушки.
Мои губы сами по себе растянулись в довольной улыбке.
– А ты говорил, что я бездарный повар, – демонстративно фыркнула я.
– Беру свои слова назад.
Мы медленно ели приготовленные мной угощения, время от времени переключая каналы и разговаривая о всяких мелочах. В комнате царил приятный, новогодний полумрак, озаряемый мигающими гирляндами. Их свет отражался на игрушках, которые украшали Мисс Хвою, и от этого они казались еще красивее.
Минут за пятнадцать до полуночи я встала с дивана и принесла нам с Кириллом куртки, а еще мой зонтик. Парень непонимающе уставился на меня.
– Не спрашивай, одевайся. У меня для тебя сюрприз.
– Ты же знаешь, что я сейчас не в том состоянии, чтобы гулять по ночным улицам.
– Мы не выйдем из квартиры, обещаю, – сказала я, протянув Кириллу куртку.
Хмыкнув, он взял ее из моих рук и быстро надел. Следом я подала ему мой зонтик.
– Это будет тебе еще одной опорой, – пояснила я, подставляя ему свое плечо.
Взяв плед, заведомо вылитый в термос глинтвейн и Кирилла, я, нагруженная как ослик, побрела к балкону. Усадив на стул Кирилла, который все еще пребывал в недоумении, я вручила ему плед с термосом, а сама принялась по одной включать гирлянды. Вскоре весь балкон залило мягкое бело-желтое сияние сотен маленьких огоньков.
Усевшись рядом с обалдевшим Кириллом, я накрыла нас пледом, включила в телефоне прямую трансляцию из Кремля и разлила глинтвейн по стаканам.
– Ну как? – спросила я, вручая ему горячий напиток.
– Потрясающе, – ответил он, переводя свой горящий взгляд на меня.
Забирая бокал, он намеренно задержал свои пальцы на моей руке и лукаво улыбнулся.
В этот момент я и ощутила волшебство. То, о котором мечтают все в эту праздничную ночь. Все внутри меня кричало о любви к Кириллу, и я, делая маленькие глотки горячего напитка, смотрела на огоньки гирлянд и удивлялась, почему до этого не понимала, что чувствую к этому человеку? Почему только в этот момент я осознала, что люблю его? Это же так очевидно!
Бой курантов отвлек меня от мыслей и вернул к реальности, в которой Кирилл держал в руках бокал с глинтвейном и смотрел на меня взглядом, от которого я была готова растаять прямо на месте.
Не сговариваясь, мы начали отсчитывать бой часов, а когда куранты пробили двенадцатый раз, радостно заверещали и стукнулись бокалами. Тут же на улице послышались взрывы фейерверков, и темное небо озарилось разноцветными огнями, которые складывались в красивые узоры.
– С Новым годом, – тихо сказал Кирилл. – Спасибо за праздник. Мне уже давно не было так хорошо и спокойно.
Подавшись порыву, я накрыла его ладонь своей и сказала:
– Хочу, чтобы все твои печали и кошмары остались в том году, а в этом ты видел только хорошие и добрые сны.
Кирилл взглянул на наши руки и в задумчивости произнес:
– Я бы хотел избавиться от кошмаров, но они сняться мне с детства, и я ничего не могу с этим поделать.
– Но я думала, что это из-за того, что с тобой недавно случилось…
Я непонимающе уставилась на Кирилла. Он не сводил взгляда с наших рук.
– Эти кошмары совершенно иные. Они ощущаются физически и причиняют боль. А те, что я вижу с детства, лишь бередят душу, – тихо сказал он. – Я начал видеть их, когда пропал брат. Страшные картины его смерти, его мучений. Сначала я каждую ночь просыпался в страхе, но со временем привык, и кроме грусти эти сны ничего уже во мне не вызывали.
– Ты поэтому набил на руке ловца снов?
Кирилл кивнул.
Я допила глинтвейн, поставила бокал на пол и вскочила с места. Подошла к периллам, схватилась за них и стала любоваться непрекращающимся фейерверком.
– Красота какая! – выкрикнула я. – Так и хочется подойти поближе!
Кирилл поднял на меня взгляд, и его губы тронула легкая улыбка. Обрадовавшись ей, я радостно запрыгала и завертелась на месте, но вдруг оступилась и, не удержавшись, полетела спиной к периллам. Время словно замерло. Я увидела отблески салюта на стеклах и почувствовала, как позвоночник ударился о железные перилла. Доля секунды и я поняла, что мое тело перевернулось и начало падать головой вниз.
– Алиса!
Истошный крик Кирилла затмил даже звуки взрывающихся фейерверков. Мгновение – и он схватил меня за талию и прижал к себе. Тяжело дыша, я крепко обняла Кирилла и уткнулась лицом в его куртку. Не знаю, сколько мы так стояли под небом, которое то и дело озаряли разноцветные огни. От страха я потеряла дар речи, и Кирилл, кажется, тоже.
Когда я успокоилась и смогла дышать тихо и ровно, то подняла голову и посмотрела Кириллу в лицо. Он с волнением рассматривал меня, все еще продолжая крепко обнимать за талию. Глядя в его серо-голубые глаза, я вдруг поняла одну поразительную вещь…
– Ты сейчас думаешь о том же, о чем и я? – в волнении произнесла я, не в силах оторваться от его пронзительного взгляда.
Сглотнув, Кирилл сдавленно кивнул и хрипло сказал:
– Я очень хочу тебя поцеловать…
– Да нет же, балда! – Я стукнула его рукой по плечу. – Ты стоишь!
Взгляд Кирилла из блаженного сделался недоумевающим. Не выпуская меня из объятий, он уставился вниз, на свои ноги, и тихо ахнул. Однако тут же начал терять равновесие, и я поспешила подвести его к стулу.
– Ты стоял! – радостно объявила я. – Даже более того – ты сам встал и подлетел ко мне как метеор! Это же потрясающе! Мне надо побольше падать, тогда ты очень быстро встанешь на ноги.
– Обалдела? – злобно зыркнул на меня Кирилл. – У меня чуть инфаркт не случился! Больше не пущу тебя на балкон.
Глядя на его недовольную физиономию, мне вдруг захотелось смеяться. А потом я вспомнила слова, которые он произнес, обнимая меня…
– Ты серьезно? – тут же спросила я.
– Конечно! Знаешь, как я испугался?!
– Да нет, я не про инфаркт, – отмахнулась я.
– А про что?
– Про поцелуй…
Сказав это, я почувствовала, как к щекам прилило тепло. Кирилл молчал. Смотрел на меня лукавым и одновременно жгучим взглядом.
– Да, я был серьезен, – наконец сказал он.
Мое сердце воспарило от его слов.
– Но твои мысли не сошлись с моими, – продолжил Кирилл, недовольно надув губы. – Так что…
– Ну я же не говорила, что не хочу этого! – возмутилась я.
– Тогда скажи это, – прошептал Кирилл.
Наклонившись к моей шее, он легонько коснулся ее губами, словно дразня. По всему телу пробежали мурашки. Тихо ахнув, я потянулась к Кириллу и запустила пальцы в его волосы.
– Я хочу, – дрожа, выдохнула я.
Кирилл довольно ухмыльнулся и, проведя рукой по моим распущенным волосам, прижал меня сильнее к себе. В предвкушении я прикрыла глаза и подалась вперед. Кирилл легко прикоснулся губами к моим губам и медленно, мягко поцеловал меня. Нежная сладость окутала меня, перетекая сверху вниз, разжигая в груди и животе пламя. Мой рот сам по себе приоткрылся, и язык Кирилла мгновенно скользнул меж моих губ. Из-за переполняющих меня чувств я задыхалась. Мне не хватало воздуха, но прерывать из-за этого поцелуй совсем не хотелось. Это был мой первый раз, и я не думала, что целовать любимого человека может быть так приятно, так опьяняюще прекрасно.
Однако эти прекрасные мгновения прервал зазвонивший телефон Кирилла. Недовольно отстранившись от меня, он принял вызов и тут же улыбнулся – звонила его сестра.
Втянув носом морозной воздух, я вдруг почувствовала, что без горячих губ Кирилла начинаю стремительно замерзать.
После сестры Кириллу позвонили еще несколько друзей и коллег с работы. Когда он закончил принимать поздравления, мы переместились в теплую комнату. Включили Гарри Поттера, устроились в обнимку на диване и смотрели фильм до тех пор, пока не захотели спать.