– Сова моя, Совушка, сойди в избу да покажи, как надо в горшок садиться, как крышкой накрыться.
Рассердилась Сова да как прыгнет в трубу и в котёл угодила! Задвинула Маша заслонку, а сама села ковёр дошивать. Как вдруг задрожала земля, зашумело всё вокруг, вырвалась у Маши из рук иголочка:
– Бежим, Машенька, скорей,
Открывай трое дверей,
Бери ковёр-самолёт,
Беда на нас идёт!
Схватила Машенька ковёр-самолёт, открыла Совиным пёрышком двери и побежала. Прибежала в лес, села под сосной ковёр дошивать. Белеет в руках проворная иголочка, блестит, переливается шёлковый моточек ниток, совсем немножко остаётся дошить Маше.
А Баба-яга вскочила в избушку, потянула носом воздух и кричит:
– Сова моя, Совушка,
Где ты гуляешь,
Почему меня не встречаешь?
Вытащила она из печки котёл, взяла большую ложку, ест и похваливает:
– До чего девчонка вкусна,
До чего похлёбка жирна!
Съела она всю похлёбку до самого донышка, глядит – на донышке Совиные пёрышки! Глянула на стенку, где ковёр висел, а ковра-то и нет!
Догадалась она тут, в чём дело, затряслась от злости, схватила себя за седые космы и давай по избе кататься:
– Я тебя, я тебя
За Совушку-Сову
В клочки разорву!
Села она на своё помело и взвилась в воздух; летит, сама себя веником пришпоривает.
А Машенька под Сосной сидит, шьёт, торопится, уж последний стежок ей остаётся. Спрашивает она Сосну высокую:
– Сосна моя милая, далеко ли ещё Баба-яга?
Отвечает ей Сосна:
– Пролетела Баба-яга зелёные луга,
Помелом взмахнула, на лес повернула…
Ещё пуще торопится Машенька, уж совсем немного ей остаётся, да нечем дошить, кончились у неё нитки шёлковые. Заплакала Машенька. Вдруг, откуда ни возьмись, – Шелкопряд:
– Не плачь, Маша, на тебе шёлку,
Вдень мою нитку в иголку!
Взяла Маша нитку и опять шьёт.
Вдруг закачались деревья, поднялась дыбом трава, налетела Баба-яга как вихрь!
Да не успела она на землю спуститься, как подставила ей Сосна свои ветки, запуталась она в них и прямо около Маши на землю упала.
А уж Машенька последний стежок дошила и ковёр-самолёт расстелила, только сесть на него остаётся.
А Баба-яга уже с земли поднимается. Бросила в неё Маша ежиную иголку – прибежал старый Ёж, кинулся Бабе-яге в ноги, колет её своими иголками, не даёт с земли встать. А Машенька тем временем на ковёр вскочила, взвился ковёр-самолёт под самые облака и в одну секунду домчал Машеньку домой.
Стала жить она, поживать, шить-вышивать людям на пользу, себе на радость, а иголочку свою берегла пуще глаза. А Бабу-ягу затолкали ежи в болото, там она и затонула на веки вечные.
Удивительный дом
Удивительный наш дом,
Чудеса творятся в нём:
К нам шутник какой-то влез.
Зонтик дедушкин исчез.
В тёплом мамином халате
Спали куклы на кровати,
Крепко спали – не слыхали,
Как халат тихонько сняли.
Положили на порог
Коврик маленький для ног,
А приходим со двора —
На пороге нет ковра!
Не ложится в спальне Катя:
Вдруг исчезнут все кровати?
Мама спрашивает строго,
Отчего хрустит дорога
Из буфета до порога.
Постучит сирень в окошко —
Катя смотрит в тёмный сад.
Прыгнет кошка, звякнет ложка,
«Кто там? Кто там?» – все кричат.
Петя сделал два засова:
Напугали и его.
Только самый младший, Вова,
Не боится никого.
Он шагает спозаранок
По двору, как петушок.
У него хрустит в карманах
Сладкий сахарный песок.
У забора за сараем
Есть весёлая семья.
Вову любят, Вову знают,
Вову ждут его друзья.
Из халата лезет вата,
Зонт раскинулся шатром,
Тихо возятся щенята
В тёплой ямке под зонтом.
Ежинка
В глубокой прохладной ложбинке,
Где летняя травка свежа,
Привольно живётся Ежинке,
Единственной внучке Ежа.
Весь день она тихо играет,
Шуршит прошлогодним листом,
Еловые шишки бросает
И дремлет в тени под кустом.
Однажды надвинулась тучка,
Стал ветер деревья качать,
И Ёжик любимую внучку
Заботливо вышел встречать.
И вдруг, запыхавшись, Зайчишка
Бежит, перепуган до слёз:
– Скорее! Какой-то мальчишка
Ежинку в корзине унёс!
Мелькали берёзы и ёлки,
Зелёный кустарник и рожь.
Подняв, как оружье, иголки,
Бежал, ощетинившись, Ёж!
В прохладной пыли на дороге
Он след мальчугана искал.
Он по лесу бегал в тревоге
И внучку по имени звал!
Стемнело… И дождик закапал,
Живого следа не найдёшь.
Упал под сосной и заплакал
Измученный дедушка Ёж!
А дедова внучка сидела
За шкафом, свернувшись клубком.
Она и взглянуть не хотела
На блюдце с парным молоком!
И утром к зелёной ложбинке
Из города дети пришли,
И дедову внучку Ежинку
В корзинке назад принесли.
Пустили на мягкую травку:
– Дорогу домой ты найдёшь?
– Найдёт! – закричал из канавки
Взволнованным голосом Ёж.
Заячья шапка
Жил-был заяц. Шерсть пушистая, уши длинные. Заяц как заяц. Да такой хвастунишка, что во всём лесу другого такого не сыскать. Играют зайчишки на поляне, прыгают через пенёк.
– Это что! – кричал заяц. – Я могу через сосну перепрыгнуть!
Играют в шишки – кто выше подбросит.
А заяц опять:
– Это что! Я на самую тучу закину!
Смеются над ним зайцы:
– Хвастунишка!
Пришёл как-то в лес охотник, убил хвастливого зайца и сделал из его шкурки шапку. Надел сынишка охотника эту шапку и давай ни с того ни с сего перед ребятами похваляться:
– Я лучше самой учительницы всё знаю! Мне любая задача нипочём!
– Хвастунишка! – говорят ему ребята.
Пришёл мальчик в школу, снял шапку и сам удивляется:
– С чего это я, право, расхвастался?
А вечером пошёл он с ребятами с горки кататься, надел шапку и опять давай хвастать:
– Я сейчас с горки скачусь прямо на тот берег озера!
Перевернулись на горе его санки, слетела с головы мальчика шапка и закатилась в сугроб. Не нашёл её мальчик. Так без шапки и домой вернулся. А шапка осталась лежать в сугробе.
Пошли как-то девочки хворост собирать. Идут, меж собой сговариваются друг от дружки не отставать.
Вдруг видит одна девочка – лежит на снегу белая пушистая шапка.
Подняла она её, надела на голову да как задерёт кверху нос!
– Что мне с вами ходить! Я сама больше вас всех хворосту соберу и скорей дома буду!
– Ну и ступай одна, – говорят подружки. – Экая хвастунишка!
Обиделись и ушли.
– Без вас обойдусь! – кричит им вслед девочка. – Одна целый воз притащу!
Сняла шапку – снег отряхнуть, оглянулась вокруг и ахнула:
– Что я в лесу одна делать буду? Мне и дороги не найти, и хворосту не собрать одной!
Бросила она шапку и пустилась подружек догонять. Осталась заячья шапка под кустом лежать. Да недолго пролежала она там. Кто мимо шёл, тот и нашёл. Кто увидал, тот и поднял.
Посмотрите вокруг, ребятки, нет ли на ком из вас заячьей шапки?
Пёрышко
У Миши было новое перо, а у Феди старое. Когда Миша пошёл к доске, Федя обменял своё перо на Мишино и стал писать новым. Миша это заметил и на переменке спросил:
– Зачем ты взял моё пёрышко?
– Подумаешь какая невидаль – пёрышко! – закричал Федя. – Нашёл чем попрекать! Да я тебе таких перьев завтра двадцать при несу.
– Мне не надо двадцать! А ты не имеешь права так делать! – рассердился Миша.
Вокруг Миши и Феди собрались ребята.
– Жалко пёрышка! Для сво его же товарища! – кричал Федя. – Эх ты!
Миша стоял красный и пытался рассказать, как было дело:
– Да я не давал тебе… Ты сам взял… Ты обменял…
Но Федя не давал ему говорить. Он размахивал руками и кричал на весь класс:
– Эх ты! Жадина! Да с тобой никто из ребят водиться не будет!
– Да отдай ты ему это пёрышко, и дело с концом! – сказал кто-то из мальчиков.
– Конечно, отдай, раз он такой… – поддержали другие.
– Отдай! Не связывайся! Из-за одного пера крик подымает!
Миша вспыхнул. На глазах у него показались слёзы.
Федя поспешно схватил свою ручку, вытащил из неё Мишино перо и бросил его на парту.
– На, получай! Заплакал! Из-за одного пёрышка!
Ребята разошлись. Федя тоже ушёл. А Миша всё сидел и плакал.
Весенний дождик
Дождевые лужицы
На земле.
Вьются капли весело
На стекле,
По крылечку прыгают,
Как горох.
Спать ложатся капельки
В тёплый мох.
Дождевые лужицы
На земле.
Голубые бусинки
На стебле,
Тучки тёмно-синие
В небесах,
Птичек потревоженных
Голоса…
Дождики, пролитые
На поля,
Ваши капли чистые
Пьёт земля,
Пьёт и поит зёрнышки,
Словно мать,
Чтобы людям хлебушка
Больше дать.