План был настолько прост, насколько же и безумен. В течение ближайших нескольких часов Рейчел запросто могла оказаться в одном из казематов пятой секции. Она стянула с плеч рюкзак и поставила его рядом с мусорным баком. До утра здесь не ожидалось никакого транспорта, поэтому таскать его с собой не было никакой необходимости. В рюкзаке лежали три ее паспорта, два рулона клейкой ленты, самодельный муляж бомбы и полуавтоматический «Глок-38».
Папо снова села за руль, повернула ключ зажигания и решительно повела машину в направлении первого охранного пункта. Скосила глаза на часы: без пяти четыре утра. Достигнув заграждения, она затормозила и выключила мотор. Шлагбаум был опущен, но будка охраны пуста. Как видно, этот пост не считался особенно важным, потому и пустовал по ночам. Однако охрана знала, что Рейчел здесь. Крохотный огонек камеры смотрел прямо в салон автомобиля. Всевидящее око, холодный неморгающий паноптикум на столбе возле шлагбаума. Неужели так никто и не выйдет ее встретить?
Прошло десять минут. Наконец шлагбаум поднялся с легким жужжащим звуком. Рейчел проехала еще пятьсот метров, отделявших большие стальные ворота от тюремной стены. Еще через десять минут голубой луч прожектора осветил площадку размером с футбольное поле и троих молодых охранников с автоматами. Один из них приблизился к машине и жестом велел женщине выйти. На нее уставились три черных дула. Папо подняла руки, держа над головой удостоверение. Она двигалась осторожно и старалась не выдавать своего волнения. Стражи и без того были достаточно на взводе, и вид ее ржавого пикапа едва ли мог их успокоить. Хотя парень, который стоял ближе других, как будто расслабился, убедившись, что она приехала одна, – знакомая реакция. Этот охранник кивнул в ее сторону:
– Здесь охраняемая зона. Вынужден просить вас немедленно ее покинуть.
Рейчел улыбалась, не опуская рук.
– Меня зовут Рейчел Папо, я работаю в «Моссаде». Можете проверить мои документы. Я здесь, чтобы встретиться с Янисом Сольманом.
– Но он ничего об этом не говорил. Случилось что-нибудь?
– Дело конфиденциальное и очень срочное.
Трое мужчин обменялись взглядами. Тот, кто стоял ближе к Папо, опустил автомат и протянул руку:
– Ваше удостоверение.
Женщина вручила ему пластиковую карточку, стараясь держаться как можно невозмутимее, а потом оглянулась на машину и опустила голову, глядя на сверкающий песок. Спустя некоторое время в лучах прожектора снова показалась фигура охранника. Двое его коллег стояли поодаль, опустив автоматы. Рейчел улыбалась. Это был самый сомнительный пункт ее плана. Если встретиться с Сольманом не удастся, все полетит к черту. Но какой реакции здесь можно ждать? Женщина, едва не убившая самого важного из его заключенных, приехала к нему с визитом в четыре часа утра. Приоткрылась и снова захлопнулась дверь в пункте охраны, и на площадке появился тот, кто унес удостоверение Папо. Она увидела, как он говорит по рации, не спуская с нее глаз.
– Янис не знает ни о каком срочном деле и велел немедленно удалить вас отсюда, – сказал охранник, опустив рацию.
Дула автоматов снова уставились Рейчел в грудь.
Она мотнула головой:
– Я настаиваю.
Лицо охранника стало раздраженным.
– Мы проверим ваши документы и свяжемся с вашим непосредственным начальником. Ваше поведение беспрецедентно. Вы не можете ни на чем настаивать. Садитесь в свой пикап и отправляйтесь туда, откуда приехали. Вам ясно?
– Могу я, по крайней мере, переговорить с ним по рации? – Рейчел посмотрела на парня, склонив голову набок. – Поверьте, я не приехала бы сюда без крайней необходимости!
Охранник пробурчал что-то и достал рацию. Очевидно, ему не хотелось беспокоить Сольмана еще раз. После короткого диалога с начальником, которого Рейчел не слышала, он молча передал ей трубку. Женщина кокетливо подмигнула парню и нажала кнопку передачи:
– Янис?
– Да, – ответил ей следователь. – В чем дело?
Папо отвернулась, чтобы охранники не могли ее слышать.
– Лев Сольман.
В трубке стало тихо. А потом раздался металлический треск и снова голос Яниса:
– При чем здесь мой отец?
– Я хочу показать тебе одну фотографию. Она была сделана меньше чем два часа назад. Думаю, тебе было бы интересно взглянуть.
– Мой отец дома, он спит. Чем ты, черт тебя подери, там занимаешься?
Рейчел покосилась на охранников. Их позы выражали все большее нетерпение.
– Он действительно дома, в Беэр-Шеве. Точнее, в старом зеленом доме по Тель-Хай, номер семь. Но я очень удивилась бы, узнав, что он спит. Когда увидишь, сам поймешь почему.
– Что? Что такое? – забеспокоился Янис.
– Сейчас ему, как никогда, нужна твоя светлая, умная голова… От кого ему еще ждать помощи, если не от своего маленького еврейского копа? – сказала Папо и замолчала, выжидая.
Раздался щелчок – это Янис нажал на тангенту.
– Передай рацию Элие, – велел он.
Рейчел обернулась к ближайшему охраннику:
– Элия – это вы? Он хочет переговорить с вами.
Ей потребовалось ровно сорок три минуты, чтобы пройти все пункты контроля. Когда Рейчел наконец припарковалась возле главного тюремного корпуса, небо над пустыней уже окрасилось в нежно-розовый цвет. Строгая женщина в бежевой униформе встретила ее у входа и проводила в пустой кафетерий.
– Кофе? – предложила она.
Папо кивнула и с благодарностью приняла горячую чашку. Кофеин был кстати. Рейчел сомневалась, что ей удастся вздремнуть хотя бы на часок в ближайшие сутки. Она села за белый пластиковый стол и положила перед собой смартфон. Спустя несколько минут дверь распахнулась, и в комнате появился Янис – с красными глазами и взъерошенными волосами. На нем были майка и джинсы.
– Что, черт возьми, произошло? – воскликнул он и продолжил, поскольку посетительница не торопилась с ответом: – Я пытался дозвониться до отца, но он не отвечает. Я разбудил Соню, его соседку. Она стучала ему в дверь, но безуспешно. Где он?
Рейчел не торопясь взяла со стола «Блэкберри».
– Там, где я и сказала. Дома.
– И почему он молчит?
– Он не может говорить.
Не обращая внимания на лицо Яниса, женщина пролистала в смартфоне несколько снимков, выбрала нужный и поднесла дисплей к носу Сольмана. Тот ахнул, и его глаза вспыхнули.
– Почему он связан? И что, черт возьми, у него такое на груди?! – охнул он и тут же еще сильнее возвысил голос: – Отвечай! Что за дрянь у него на груди?
– Это детонаторы, две штуки, – спокойно объяснила Рейчел. – Один сработает, если он попытается сдвинуться с места. Другой – GSM-триггер. Другими словами, я могу взорвать его дистанционно, при помощи мобильника.
Янис устало опустился на стул и схватил смартфон. По его лицу Папо видела, что с ним происходит. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил снова:
– Я могу арестовать тебя, здесь и сейчас. Твой телефон у меня, следовательно, ничего взорвать ты не сможешь. А потом отправить к отцу команду саперов.
Рейчел улыбнулась:
– А кто тебе сказал, что я одна? Кто-нибудь другой позвонит. И потом, неужели ты доверишь какому-то прыщавому призывнику…
– Но почему?! – застонал Янис. – Что я тебе такого сделал?
Папо взяла смартфон и взглянула на картинку. Лев Сольман сидел, привязанный к стулу. То, что было прикреплено к его груди – две пачки из-под сигарет, немного изоленты и батарейка с мигающим диодом, – и в самом деле выглядело устрашающе. На расстоянии, во всяком случае. Рейчел не использовала даже муляж бомбы. Он остался в ее рюкзаке на автобусной остановке.
Это была игра на выбывание. Если соседке или кому-нибудь другому удалось бы проникнуть в квартиру, они нашли бы Льва Сольмана живым и невредимым, хотя и привязанным к стулу на кухне. Время работало против Рейчел.
– Почему? – переспросила она Яниса. – Да потому, что моя младшая сестра сейчас в том же положении, что и твой отец. И я не остановлюсь ни перед чем, будь уверен.
– Я… Видишь ли… Мне и в самом деле жаль, что с твоей сестрой случилось такое… Мне страшно жаль, поверь. Мы сделаем все возможное, мы обязательно отыщем способ…
– Что бы вы ни сделали, это не спасет Тару, – оборвала женщина Сольмана. – И я не намерена больше дискутировать на эту тему. Слушай меня.
Янис не отвечал.
– Все очень просто, – продолжила Папо. – Мне плевать, как ты будешь выкручиваться, но ты должен немедленно выдать мне Акима. После того как он будет у меня в машине, ты получишь номер, по которому сможешь заблокировать взрывное устройство.
– Я должен… что? – механически переспросил мужчина.
– Передать мне Акима Катца. Он уедет отсюда вместе со мной. Можешь объявить, что он сбежал, или еще что-нибудь.
Янис вытаращил на нее глаза:
– Ты понимаешь, что говоришь? Это самый ценный из наших заключенных.
– И за него отвечаешь ты, не так ли? Делай что хочешь – солги, убей, состряпай какую-нибудь бумажку…
– При всем моем желании – ничего не получится, – оборвал Сольман разведчицу. – Слишком много бумажной волокиты. Я не смогу.
Рейчел остановила на нем долгий взгляд. Она попыталась сделать грустное лицо, и это ей, по всей видимости, удалось. С сожалением качая головой, женщина взяла «Блэкберри» и откинулась на спинку стула, а потом выбрала из памяти один из номеров и включила микрофон. Первый сигнал огласил комнату. Янис вскочил со стула.
– Ты… ты не можешь…
– Детонатор отреагирует на восьмой сигнал. И знаешь почему? Потому что это любимое число моей сестры.
Сольман бросился вперед, чтобы вырвать у женщины смартфон. Рейчел спокойно отвела руку в сторону. Раздался второй сигнал.
– Ты глубоко ошибаешься, если полагаешь, что я блефую. Мне, знаешь ли, глубоко наплевать, что будет с твоим отцом. Я всего лишь изыскиваю способ заполучить назад сестру.
Когда прозвучал третий сигнал, Янис схватился за голову.
– Я не могу, пойми…
Ответом ему был четвертый сигнал. Теперь уже и Папо начала нервничать. Успех авантюры был под угрозой, Янис срочно должен был на что-то р