Рейно кивнул:
– Ты первый.
Сёдерквист прошел по закругляющемуся коридору, в центре которого текла лента эскалатора, и вдруг замер, побледнев. Навстречу ему, мимо витрины с куртками «Барбур», смеясь, бежала маленькая девочка. Она совсем не походила на Мону и была старше ее, и Эрик тряхнул головой, встретив вопросительный взгляд Рейно. В голове у него крутилась одна и та же мысль: все уже случилось, ничего не изменишь. Внезапно в атриуме вспыхнул свет, и на стене заплясали желто-зеленые лучи прожекторов. Шоу началось. Сёдерквист мысленно выругался – теперь они никогда не найдут злоумышленника! Невозможно отыскать человека в многотысячной толпе, если не знаешь, как он выглядит. Да и кто сказал, что он вообще здесь? В конце концов, их источник – сон, горячечный бред, галлюцинация…
Рейно схватил Эрика за рукав и кивнул на компанию, сидящую на скамейке поодаль. Там сидели двое. Дама, на вид лет пятидесяти с лишним, в красном платье, и мужчина в черном костюме и белой рубашке, который выглядел помоложе. Сёдерквист пожал плечами – ничего подозрительного. Женщина дремала, прикрыв глаза. Ее сосед или спутник читал книгу.
– Часы! – крикнул Эрику в ухо Рейно, и только тогда тот заметил на руке мужчины черные электронные часы. И хотя этот человек сидел довольно далеко, Сёдерквист увидел мелькающие на циферблате цифры. Обратный отсчет…
00:04:49, 0:04:48, 0:04:47…
Рейно напрягся.
– Я его вырублю.
Но Эрик схватил его за рукав куртки:
– Подожди, слишком большой риск. Он поднимет всю шайку, прежде чем мы успеем что-нибудь сделать. Нужно подстраховаться, понимаешь? Мы должны предупредить остальных.
Рейно поморщился и вытащил телефон:
– О’кей, я звоню Свену.
Сёдерквист стал наблюдать за мужчиной на скамейке. Тот листал книгу, заложив ногу за ногу. Его спокойствие было удивительно. В конце концов, где он прячет этот шар? Эрик не видел, как ни вглядывался, ни оттопыренного кармана, ни очертаний спрятанного под рубахой круглого предмета.
– Черт подери, здесь нет связи! – застонал Рейно. – Попробую возле эскалатора. Стой здесь и не спускай с него глаз. – Он махнул мобильником и потрусил в направлении лестницы.
Эрик проводил его взглядом. Друг Эберга встал у перил, кивнул – что должно было означать, что связь там хорошая, – и поднес мобильник к уху. Сёдерквист оглянулся на скамейку. Теперь там сидела только дама в красном. Мужчина исчез.
Карл завершил разговор и наклонился к Свену и Ханне, на чьих лицах плясали желто-зеленые блики прожекторов:
– Они нашли его.
Музыка гремела. Журналист жестикулировал, не будучи уверен, что его расслышали.
Сальгрен кивнул:
– Куда идти?
Эберг показал на второй этаж, в угол над кафе «Энтре»:
– Туда.
Все трое переглянулись. Каждый понимал, что стои́т на кону в этой игре. Карл быстро смешался с толпой, Ханна и Свен старались не отставать.
Эрик пробирался между людьми, огибая перила, в сторону атриума, но человека в черном костюме нигде не было. Смотреть на часы Сёдерквист не решался. Неожиданно перед ним снова встала маленькая смуглая девочка, которая затем побежала, смеясь и петляя между гостями. Эрик последовал за ней. Свет прожекторов слепил глаза. И мигал – поминутно весь зал погружался в полную темноту. Перед глазами Сёдерквиста мелькало платьице девочки с красно-синими цветами и прыгали две тугие черные косички. Внезапно она остановилась, и их взгляды встретились. Девочка улыбнулась, а потом пригнулась и просунулась в группу женщин, сгрудившихся вокруг бронзовых перил. Эрик, задыхаясь, обвел взглядом зал.
И тут он увидел его. Мужчина в черном перегнулся через перила и как будто наблюдал за шоу в атриуме. Книги у него больше не было. Левую руку мужчина держал в наружном кармане пиджака, на лице его плясали голубые блики.
Эрик огляделся в поисках Рейно, а потом покосился на часы – оставалось три минуты. Человек в черном переменил позу. Он вытащил руку из кармана и смотрел на толпу в атриуме. Времени на сомнения не оставалось. Во сне у Сёдерквиста не было шансов против него, но это реальность, не сон. Он рванулся, расталкивая локтями толпу, и сжал кулаки. Террорист обернулся. Эрик ударил его в грудь – достаточно сильно, чтобы оттолкнуть от перил. Толпа закричала и отпрянула в разные стороны. Несколько человек упали на пол. Сёдерквист удержался на ногах и попытался схватить своего противника за руку, в которой тот, скорее всего, держал шар. Мужчина в черном остановился и посмотрел ему в глаза. В следующий момент раздался щелчок – и мир на несколько минут погрузился в мертвую тишину. Люди вокруг замерли в самых неестественных позах. Террорист ударил Эрика головой, и тот упал на перила, а потом поднялся, закрывая лицо руками. В носу и в глазах у него пульсировала боль. Он попробовал сосредоточиться на противнике, но его колени обмякли. А в кулаке одетого в черное человека что-то блеснуло, и Эрик почувствовал нестерпимое жжение в правой руке. Ноги у него окончательно подкосились. Зал снова погрузился в темноту, в которой возник силуэт с занесенным для нового удара ножом в поднятой руке.
Это был сон. Мужчина без лица приносил Сёдерквиста в жертву. Но вот откуда-то сбоку взметнулась нога в огромном ботинке – и нож упал на пол. Эрик, кряхтя, принял сидячее положение – слишком обессилевший, чтобы понять, что случилось. Огромная тень заметалась перед его глазами. Похоже, это был Рейно. Человек в черном пригнулся, закрывая лицо, – судя по всему, друг Карла ударил его локтем.
В следующий момент на террориста налетела какая-то тень, и он упал спиной на перила. Эрик чувствовал, что истекает кровью. Музыка продолжала греметь еще оглушительнее, чем раньше. Публика внизу ликовала. Лучи прожекторов, теперь уже красные, словно молнии, скрещивались на стене. Сёдерквист прищурился, стараясь сфокусировать взгляд. Перед глазами у него нарисовались два силуэта – Рейно и прижатого к перилам мужчины в черном костюме. Голова Эрика склонилась к плечу, и тут он увидел левую руку мужчины. Безвольно висевшую вдоль тела, но тем не менее сжимающую маленький круглый предмет.
– Рука, Рейно… – прохрипел Сёдерквист. – Останови его…
Но друг Эберга не мог его слышать. Эрик прикрыл глаза и рванулся вперед. Мужчина в черном сделал выпад в сторону, и когда Рейно отскочил, перевернулся и, перегнувшись через перила животом, разжал пальцы. Хрустальный шарик блеснул в красных лучах прожектора. Он падал на глазах у Эрика – неестественно медленно, будто сквозь толщу воды.
Рейно закричал и ударил своего противника коленом между ног. Тот рухнул на пол. Сёдерквист прикрыл глаза – остальное уже не имело значения. Весь мир перестал существовать для него – за исключением маленького хрустального шарика, только что разбившегося о мраморный пол атриума. Надежды не осталось, она вытекла вместе с кровью Эрика. Звуки стихли, и свет померк – похоже, он все-таки потерял сознание. А потом почувствовал на себе чьи-то руки. Они притянули его к себе и дотронулись до раны над запястьем, но Эрик слишком устал, чтобы сопротивляться. Все свершилось. Попытка изменить будущее потерпела неудачу. Ливень уже обрушился на головы смертников.
– Эрик, Эрик… Как ты?
Мягкие пальцы касались его лица, волос, груди… Потом кто-то взял его за плечи и посадил, прислонив к стене. Лицо Сёдерквиста окутала волна нежных цветочных запахов – лимон, бергамот, фрезия… «Виктор и Рольф»… Мужчина открыл глаза и встретил обеспокоенный взгляд Ханны.
– Господи… Ты потерял так много крови… Тебе срочно нужно в больницу.
Эрик огляделся. Он сидел на белом полу в луже темно-бордового цвета, прислонившись спиной к бордюру. Пальцы его сжимали какую-то красную тряпку – вероятно, изначально она имела другой цвет.
Ни Рейно, ни мужчины в черном не было видно. Музыка стихла. Шоу закончилось, во всех смыслах. Сёдерквист сглотнул. Вирус выпущен на волю. Он уже витает в этом воздухе… и ведет разрушительную работу в телах людей, ни о чем не подозревающих и толпящихся внизу, как скот, обреченный на заклание. Может, удастся вызволить отсюда хотя бы Ханну? Нет, слишком поздно… Перед глазами у Эрика снова появилось лицо Карла, и он собрался с последними силами:
– Ты что-то сказал?
Эберг наклонился к его уху:
– Один-ноль в нашу пользу.
Эрик выпрямился. Карл кивнул в сторону Свена, сидевшего в стороне на корточках. Сальгрен вытянул руку, в которой блеснул маленький стеклянный шарик. Совершенная сфера – без единой царапины или пятнышка.
Журналист хмыкнул:
– Кто сказал, что у геев не бывает чувства мяча?
– Ты поймал его простыней, – улыбнулся Свен.
– Это здесь при чем? – Карл скорчил обиженную мину.
Эрик наморщил лоб:
– А что с тем типом, которого ударил Рейно?
– У него закружилась голова, – пожал плечами Сальгрен. – Рейно отвел его к охраннику; наверное, вызовут полицию… Тебе лучше убраться отсюда до их прихода, – добавил он, подмигнув.
Карл и Свен опустили его на заднее сиденье «Вольво», и Эрик почувствовал невероятное облегчение, коснувшись лбом холодного стекла. Ханна сидела рядом и держала его за руку. Ее муж тяжело дышал. В боку у него кололо, и по телу разливалась сонливость. Судя по выражению лица Свена, положение и в самом деле было серьезное.
«Вольво» выкатил на дорогу и помчался по Хамнгатан. Малейший толчок отзывался обжигающей болью в руке Сёдерквиста. Они направлялись в Каролинскую больницу – Сальгрен уже предупредил своих коллег. Эрик вспомнил о Рейчел, которая спасла ему жизнь. В распечатке, которую он принес ей, упоминалась какая-то сестра, «акти». Не за ней ли так спешно отбыла Рейчел? Эрик прикрыл глаза и вдохнул цветочный аромат. Запах Ханны. Он дышал им все это время.
Гиллиот, Израиль
Меир Пардо нашел наконец спасение от всевидящего ока дымовой сигнализации – на крыше. Он стоял рядом с параболической антенной, смотрел на извивающуюся внизу трассу и курил трубку. Лицо его овевал легкий утренний бриз, и к сладковатому табачному запаху примешивался свежий соленый ветерок.