– Как колье?! А платье??
– Не его рук дело. Заставила Веру позвонить Дональду – в записке был телефон – он не дарил.
– Тогда кто?
И я тут же матерно выругался. Саттер!
– Какой богатый словарный запас у советских певцов! – Альдона подошла ближе, положила руки на плечи.
– Чем это ты пахнешь? Какой-то цветочный аромат.
Это «Снежная королева» учуяла духи Розалин Картер. Даже после помывки. Вот это нюх!
– Первой Леди США.
– Ого! Далеко пойдешь.
– Что будем делать? – я провел левой рукой по щеке Альдоны. Другая моя рука легла на ее круглую попку.
– Ты выгоняешь Веру из группы? – ответила вопросом на вопрос девушка.
У меня перед глазами опять встал труп Середы-младшего.
– Пока не знаю. А стоит? У нас на носу гастроли в Японии. Ключевые. Мы не успеем найти и натаскать за это время новую солистку. Меня больше Саттер беспокоит. Что эта сука беспардонная еще придумает?
– О нем не беспокойся.
– Как это так? – моя правая рука сжала приятные округлости. Девушка подвинулась совсем вплотную, возбужденно задышала.
– О нем отец позаботиться – губы Альдоны начали свое путешествие по моей шее, ключице…
– Тогда может быть нам пока позаботиться друг о друге? – я потянул девушку в номер к кровати
Утром мои надежды на то, что скандал не состоится – ну мало ли, оператор (мужчина! уже смешно) не взял правильный фокус – идут прахом. Специально спускаюсь вниз на ресепшн, смотрю заголовки воскресных газет. Как и ожидалось, «ядерная карточка» Картера – на первых полосах. Но на вторых – бюст Веры! Во всех деталях и ракурсах.
Поднимаюсь к Маркову. Чиновник еще не успел продрать глаза – а я уже стучался в его номер.
– Ну в чем дело? – заспанный Андрей Иннокентьевич подтягивает на живот семейные трусы со смешным рисунком в виде маленьких синих дельфинчиков – Ни ночью ни днем нет от тебя покоя, Селезнев.
– Назначьте на завтра пресс-конференцию Красных Звезд.
– Зачем?
– Будем тушить пожар. Григорий Васильевич согласовал.
– И как же будем тушить? – заинтересовался Марков.
– Объявим о кампании по борьбе с раком женской груди. У Веры в больнице умерла бабушка – вот она и вышла на эфир в таком провокационном платье. Дабы привлечь внимание общественности бла-бла-бла.
– Этого мало – задумчиво произнес чиновник – А у нее правда умерла бабушка? – спохватился Марков.
– Андрей Иннокентьевич просыпайтесь! – я оглянулся и подмигнул Вячеславу, который подпирал рядом стенку – Нет никакой умершей бабушки. Я это все придумал. А чтобы не было «мало» – сделаем крупное пожертвование какой-нибудь венской онкоклинике на борьбу с раком. Тысяч 10 долларов.
Я произнес сумму и мысленно чертыхнулся. Явно придется платить из собственного кармана. Щелоков удавится за такие валютные фонды. Эх… дороговатенько мне Вера стала обходиться.
– Хорошо бы на прессуху заполучить какого-нибудь австрийского врача-онколога – Марков почесал лысину – Черт, сегодня же воскресенье! Где я тебе его найду??
Я пожал плечами. Это твоя работа, родной. Просто так такие должности к которым прилагается личный служебный автомобиль, высокая зарплата и загранкомандировки не дают.
– А Вера сможет нормально выступить? Как она там?
– Отпоили успокаивающими. С ней Лада. Будет весь день сидеть в номере и учить заявление. На вопросы журналистов отвечу я сам.
Попрощавшись с озадаченным чиновником, я захватив Альдону, отправился на завтрак. А затем на срочный шопинг. Надо было задобрить Львову подарком. Которую и так ночью «задобрил» улыбающийся Леха.
– Зря ты не взял Верину маму в Австрию – произнесла «Снежная королева», пока мы шли по набережной утренней Вены – Она интриганка, конечно, но держала дочь в ежовых рукавицах. При ней такого скандала бы не было.
– Странно, что с ней вообще такая история случилась – я проигнорировал замечание Альдоны, улыбаясь туристу, который нас фотографировал – Столичная девочка, МИМО, МИД, Комсомолка…
Я почти дословно повторил аргументацию Пельше.
– И что? – на лице «Снежной королевы» появились эмоции – Когда МИМО было гарантом адекватности? Она единственный ребёнок из привилегированной семьи. Спецпайки, билеты в Большой Театр, американские джинсы, куклы Барби, поездки на Чёрное море, спецшкола, МИМО, мажорчик с шаловливыми ручками, работа в Комсомольской Правде…Затем вуаля… и она в Красных Звёздах. Через два месяца поёт на Дне Милиции, записывает видео, общается с Галиной Леонидовной, Чурбановым, Щёлоковым, на песне Года поёт, в Италию едет, в Штаты, затем Англия, теперь Австрия… От такого у любого может сорвать крышу.
– У тебя же не сорвало. И у Лады крыша не едет.
– Менять ее надо – Альдона была на своей волне – И срочно.
Я в обалдении качаю головой. Вот они женские интриги.
– Вы же подруги?
– Подруги так не подставляют!
– Да невозможно ее заменить так быстро. Да и на кого?
– На месте Веры мечтает быть почти всё женское население СССР, от первоклассниц до бабулек у подъезда. Объяви о наборе – очередь до Владивостока выстроится. Ой, смотри какие сумки!
В витрине магазина Scheer, действительно, стояли очень миленькие женские сумочки. Одна, из крокодиловой кожи, мне глянулась особо. Я бы и маме такую купил.
– Подожди секунду с сумками – я схватил Альдону за руку, отошел подальше от охраны сделав знак Вячеславу – Как понимать, что твой отец «позаботится» о Саттере? Переговоры же идут. Да и не принято у КГБ с ЦРУ напрямую друг друга… – я замялся, не зная какое слово подобрать. Мочить? Убивать?
– Витя! – Альдона накрыла мою руку своей – Ну откуда я знаю, как сработает ПГУ и отец? Ты главное, не волнуйся. Как говорил в Бриллиантовой руке Лелик – «Все будет без шума и пыли». Месть – блюдо холодное. Бондианы не будет. Саттера подкараулят, но только чуть позже и совсем в другом месте. Дождаться его выезда в дружественную СССР страну и устроить ему там «козу» с теми же самыми наркотиками совсем не сложно. Тюрьма на арабском востоке – это даже хуже смерти.
Меня неприятно поразил цинизм Альдоны. Нет, я конечно, понимал чья она дочь и кто ее воспитывал, но вот так в лоб…
Глава 3
Вернувшись с прогулки в отель, мы уже в лобби нос к носу столкнулся с Гором. Майкл изменился. Причесал свою гриву волос в модный хвостик, отпустил небольшие усики. Что не изменилось – так это индивидуального пошива шикарный костюм-тройка и лаковые туфли. Модник!
– Виктор! Как я рад – Гор слегка приобнял меня, настороженно покосился на охрану, поцеловал руку Альдоне.
– Привет, Майкл! Вот это сюрприз – я посмотрел на небольшой чемодан в руках продюсера – Какими судьбами в Вену? Селитесь в наш отель?
– К тебе прилетел. Сразу как услышал, что вы в Австрии – Гор покосился на стойку ресепшена, где лежали газеты со скандальными фотографиями. Мы со «Снежной королевой» автоматически посмотрели туда же.
– Слышали уже? – я скрипнул зубами – Подвели мы вас с этим визитом на Канал 1.
– Подвели? – удивился Гор – Я не ослышался? Да это самый лучший пиар после взлетевшего платья Мерлин Монро. На следующей неделе мы удвоим продажи пластинок в Штатах и Европе.
– Правда? – я покачал головой – Не бывает плохого пиара кроме некролога?
Первая засмеялась Альдона. Продюсер вслед за ней – Очень точная пословица, никогда такой не слышал. Мы можем переговорить приватно?
– Конечно, пойдемте ко мне в номер.
Под хмурым взглядом Вячеслава, мы поднялись на наш этаж, попрощались с Альдоной и зашли внутрь.
– Леш, посторожи пожалуйста, чтобы никто не беспокоил.
Мамонт приветливо кивнул Гору и протиснулся в дверь мимо нас. Мы же уселись за столик, на который Гор выложил чемодан. Щелкнул замком, откинул крышку. Внутри были плотно уложены пачки с долларами. Я мысленно застонал. Ялта, часть вторая. Сорвался в ванную – включил громко воду. Не дай бог слушают.
Гор же сиял.
– Тут триста тысяч долларов! Специальная премия для Красных Звезд. За выдающиеся – я не побоюсь этого слова – успехи! Пластинки идут на ура, тур в Японию уже оплачен, деньги поступили на наши счета на прошлой неделе. Переведем оговоренную часть обычным способом в ваш итальянский банк, а это небольшие, но приятные бонусы.
– Я не могу этого взять – жаба внутри меня вцепилась в потроха и начала их крутить.
– Почему же? Из-за – продюсер помялся – Проблемы в Союзе? Мы слышали кое-что о ваших делах.
– И из-за них тоже.
– Но ведь у вас высокие покровители.
– Именно поэтому я на свободе, прилетел в Австрию и совсем скоро лечу в Японию. Но деньги взять не могу.
– Что же делать? – растерялся Гор – Мне депонировать их в банк?
– Банковские счета теперь под контролем наших компетентных служб – я тяжело вздохнул – Нам, конечно, достанется от этого небольшой процент…
Жаба внутри разбушевалась.
– Возможно, я смогу для вас сделать что-нибудь на эти деньги? – поинтересовался американец – Какие-нибудь покупки?
– Это же огромная сумма. На нее самолет купить можно.
– Только очень небольшой – рассмеялся Гор.
– Или квартиру!
Шестеренки в моей голове заработали, жаба довольно заурчала.
– Купите на мое имя пентхаус в Вене. Где-нибудь напротив Оперы. Готовый. С отделкой, мебелью… Оплатите вперед его содержание. Скажем на десять лет.
– Нет проблем. По доверенности?
– Точно! Завтра заглянем к нотариусу и я вам выпишу доверенности на сделки от моего имени.
– Вот и замечательно! А теперь давайте обсудим гастрольный график в Японии.
Вена провожала нас проливным дождем. Капли воды били в иллюминатор пока самолет Аэрофлота набирал высоту.
– Эх… Даже с фанатами не удалось встретиться – вздохнул Завадский в соседнем кресле – По ТВ показывали, что они нас ждали на встречу в музыкальном магазине Рок-шоп.
– У меня это австрийское ТВ вот уже где – я ткнул ладонью под горло – Ты помнишь того долговязого мужика на пресс-конференции?