Но главный козырь был в беременности Милли. Я хотела рассказать, что она залетела не от моего мужа. Но теперь-то я знаю, что она беременна от Берти! А принца я подставлять не хочу, у него свадьба на носу. Всё-таки он мой брат.
– Всегда они всё портят, – произнесла Кэтти, и смачно добавила: – Гады. Но подожди… тебя подставили?
– То есть ты впустила меня к себе, считая, что я убила единорогов Всеотца?
– Пофиг мне на этого Всеотца, – пожала плечами свинопаска. – Знать его не знаю. Я вообще была занята своими делами, как-то и не всплыла в голове эта история. А ты мне сразу показалась честной. Куда лучше придворных козлодраконов.
Кэтти и правда была удивительной.
Я коротко рассказала ей о том, что произошло. Она ахала, удивлённо открывала рот, и даже пару раз стукнула глиняной кружкой о стол, слушая о преступлениях Милли и моих злоключениях.
– Да она же настоящая стерва! И твой муж ей под стать. Идеальная пара! Два дебила это сила.
– Точно. Только вот верят все ей. Она такая умная. Юрист, зельевар и вообще первая красавица. А я изгой. С самого детства меня за дуру считают.
Не могла же я признаться в своём попаданстве.
– Есть у меня пара идеек, – произнесла принцесса-свинопаска спустя пару минут размышлений. – Нужно вывести всех сволочей на чистую воду!
– Я в долгу не останусь, Кэтти! Тоже помогу тебе, чем смогу, – сказала я, приготовившись слушать.
Глава 25. Скандальный развод
План Кэтти привёл в меня неописуемый восторг. Я дополнила его деталями и вуаля! Сомнений в том, что всё может сработать почти не осталось.
Только вот это «почти» грызло меня изнутри.
Да и были пара нюансов, которые мне претили.
Например, я должна была найти общий язык с Милли. Настолько, чтобы она хотя бы немного начала мне доверять. А значит, предстояло снова разыгрывать глупышку Мари.
Но иного способа добиться желаемого не было.
Но я была готова на всё, чтобы доказать свою невиновность и отбелить имя, а значит… в бой!
Именно такие мысли бродили в моей голове, пока я ехала в столицу на следующий день. Наконец-то настал важный день.
Мой развод!
Я даже подумывала отмечать его как свой второй День Рождения. Или День Избавления?
Когда спустя полчаса я вошла в ратушу, где нас с Аароном должны были развести, я уже изрядно нервничала.
Всё задерживалось из-за каких-то проверок и бумажной волокиты. Мне даже три(!) раза приходило уведомление, в котором уточняли, точно ли я хочу развестись с Господином Райдером.
Затем меня вызывал на прошлой неделе на беседу специалист по морали из отдела нравов и пытался отговорить. И только после двухчасовой беседы дело наконец сдвинулось, и дата была назначена.
Мистер Коллинз, который любезно согласился мне помочь в нелёгком и щекотливом деле, поспешил мне на встречу, как только увидел.
Мне было интересно, это Мэллори ему приказал, или он сам снизошёл до такой особы как я? Ответа не было.
– Вот и вы, леди Райдер! – воскликнул юрист, потрясая свои портфелем. – Ваш муж и его… х-м… пассия прибыли.
– Леди Эванс, – машинально поправила я, готовясь к «приятной» встрече. – Куда нам?
– Сюда, пожалуйста, – мистер Коллинз указал мне на коридор, в котором сновало много народу.
– Как у нас дела? – скорее исходя из формальности спросила я.
Все мелочи уже должны были утрясти.
– Отлично, но меня смущает некоторый момент касательно «Драконьего сердца».
Я аж замерла посреди коридора:
– Какой такой момент?
Cердце ухнуло в желудок, ладони мигом вспотели.
– Не переживайте вы так, – успокоил меня юрист. – Я изучал имущество ваше и Господина Райдера, и отметил такой момент… Была зарегистрирована подача заявления на дарственную. Хотели передать владения «Драконье сердце». С пустой строчкой вместо имени. Но ваш муж её так и не подписал.
– Но ведь оно моё, – возмутилась я. – Это моё приданное!
– В том-то и дело. Должно быть какой-то клерк принял заявление по ошибке и указал собственником Аарона. Это ваше приданное. Оно не при каких условиях ему не достается, не волнуйтесь.
Странно.
Мы пошли дальше, но гнетущие мысли не покидали меня. Аарон, конечно, кретин. Но вряд ли стал бы возиться просто так с бумагами. Что ещё за дарственная?
Радует, что мистер Коллинз сказал, что ей не дали ход. А то эти бюрократические ошибки до ручки могут довести кого угодно!
Мы вошли в резную деревянную дверь и очутились в небольшой светлой комнатке.
К моему неудовольствию здесь уже сидели Аарон и Милли, помимо девушки, которая должна была нас развести.
Я окинула любовницу мужа внимательным взглядом.
Очень хотелось спросить, какого фига её вообще сюда пустили? Но я сдержалась, помня о нашем с Кэтти плане.
– Добрый день, – поздоровалась я.
– Жёнушка, – Аарон широко улыбнулся.
Кажется, его обида прошла. Или решил делать вид, что ничего не случилось?
По его лицу вообще казалось, что мы не разводится собрались, а будто вот-вот начнётся наш медовый месяц!
Я зло прищурившись посмотрела на мужа, вспомнив про странное заявление. Вот же скотина! Опять пытался что-то сделать нехорошее, но не вышло.
– Прошу вас, леди Райдер, присаживайтесь на стул, – девушка указала мне на свободное место.
Я оторвала взгляд от мужа и села, мистер Коллинз плюхнулся рядом.
– Готова? – Аарон покосился на меня, словно ожидая, что я брошусь к нему в ноги и начну умолять не оставлять меня.
– Полностью. Жду не дождусь.
– Прошу, вот здесь надо подписать, – девушка протянула мне несколько листов. – А сюда капнуть кровью.
Капнуть кровью?!
Я вопросительно посмотрела на мистера Коллинза, но он кивнул, подтверждая правильность процедуры.
Я передала своему юристу документы на изучение. Аарон пришёл один и пока не стремился изучить то, что предстоит подписать.
Снова вспомнив о плане, я посмотрела на Милли.
Она сидела со скучающим выражением лица и смотрела в окно с отрешённым видом.
– Как дела, Милли? – мне показалось, что мой голос прозвучал неестественно фальшиво.
Скорее должно было быть сказано: «Как дела, Милли? Помнишь, ты хотела меня убить?», или «Как дела, Милли? Помнишь ты увела у своей лучшей подруги мужа, и смотрела как бедняжку Мари с твоей подачи толкают на самое дно жизни?».
Но правды не прозвучало, я проглотила её и запихнула куда поглубже.
Моё время ещё придёт.
Вертихвостка повернулась ко мне и даже причмокнула губами.
– Ты похудела, – в её голосе послышалась зависть.
Милли уже слегка раздалась в талии из-за беременности. Так что я понимала откуда растут ноги у этой зависти.
– Да, я узнала особый способ. Он поможет кому угодно. Простой до невозможности, – небрежно ответила я.
Называется «закрыть рот на замок». Но я понимала, что Милли ждёт от меня чего-то чуть ли не магического. Волшебных травок, или таблеточки.
– И что же это за способ? – она попыталась говорить отстранённо, но в её голосе проскользнул жадный интерес.
– Если хочешь, напишу тебе на листке бумаги, – улыбнулась я. – Я больше не держу на тебя зла. Всё-таки нам больше некого делить.
– Хм, ну напиши. – Милли посмотрела на меня с интересом.
Я взяла лист, перьевую ручку со стола и принялась быстро выводить буквы.
«Берём слизь болотной лягушки, помёт гигантского слизня, гнилые корни плюща, экстракт тухлого яйца ехидны, забродивший сок болотных ягод, измельченные кости дохлых грызунов и немного жабьей кожи.
Всё перемешиваем до однородной консистенции, не забывая проверять запах каждые тридцать секунд! Должно вонять чем-то приторно-тухлым, без кислинки.
Затем добавляем немного воды и намазываем на проблемные зоны. Жир уходит после двух недель регулярного использования».
Я дописала и передала Милли листок. Она принялась изучать. С каждым прочитанным ею ингредиентом, её лицо вытягивалась всё больше, а глаза расширялись.
– Ты уверена? – просипела она, поднимая взгляд.
Я привстала, демонстрируя талию и довольно сильно похудевшую фигуру.
– Действует безотказно!
Милли задумчиво кивнула:
– Попробую.
Я едва не ухмыльнулась, но вовремя себя сдержала.
Конечно, я написала просто белиберду. Но я знала точно – нельзя смешивать помёт слизня с жабьей кожей. Если это сделать и случайно дотронуться до полученной смеси даже пальцем. Он будет вонять неделю минимум. Его потом не отмыть.
Странно, что наш зельевар не обратила на это внимания. Уж не купила ли она часом диплом? Или она специализировалась только на ядах для единорогов?
– Всё! – мистер Коллинз положил договор на стол. – Документы в порядке, леди почти Эванс. Можно подписывать.
Аарон первый бесцеремонно схватил бумаги, быстро поставил везде свою каракулю, капнул кровью, а затем протянул мне.
Я замерла, глядя на документ, который даст мне долгожданную свободу.
Даже не верилось, что я наконец-то избавлюсь от Аарона хотя бы на бумаге.
А потом всего пару месяцев и, если наш с Кэтти план удастся, то и не только на бумаге. Он больше ко мне на пушечный выстрел не подойдёт.
Мечтательно улыбнувшись, я поставила подпись. На этот раз настоящую, я уже научилась мастерски имитировать подпись Мариэллы. А затем протянула руку, взяла тонкую иглу, любезно предложенную мне сотрудницей ратуши, и кольнула палец, слегка поморщившись.
Ярко-алая капля упала на белый лист небрежной кляксой, знаменуя моё избавление.
– Вот и готово, – я подняла голову, вопросительно посмотрев на мистера Коллинза.
Тот кивнул, подтверждая, что процедура завершена.
– Вы официально разведены, – дребезжащим голоском уведомила нас девушка, бросив на меня осуждающий взгляд.
Но мне было плевать на порицание общества. Я чувствовала себя так, будто сбросила с плеч тяжёлый груз.
Подскочив со стула пружиной, я, не сдержавшись, торжествующе посмотрела на Аарона. Он кажется не считал моего посыла, потому что всё ещё пребывал в своих фантазиях, что любая женщина должна мечтать быть с ним рядом.