Сказав эту зловещую шутку, она открыла громадный рот и облизала губы с такой улыбкой, от которой у бедной Фраголетты пробежал мороз по коже. Легко себе представить, что за обедом было не очень весело. Старуха ела с большим аппетитом жаркое из кошки, студень из мышей и компот из репы; Фраголетта погрызла корку хлеба и вся в слезах легла на жёсткий соломенный тюфяк, брошенный для неё в углу. К счастью, она была в таком возрасте, когда сон сильнее горя, и тотчас же заснула.
2
На другой же день после этого печального происшествия началась неволя Фраголетты. Каждое утро она должна была меети и натирать полы во всем доме, готовить обед, прислуживать за столом, мыть посуду и, что было хуже всего, помогать во время туалета своей ужасной госпоже. Фраголетта мучилась по целым часам, завивая три волоса, оставшиеся на голове колдуньи. После этого нужно было чистить ее два больших зуба, пудрить и румянить её и налеплять мушки. Бедняжка считала себя счастливой, если в течение всей этой процедуры отделывалась тремя или четырьмя пощёчинами.
Но, несмотря на такую суровую жизнь, Фраголетта с каждым днём росла и хорошела, хотя и не делалась лучше; она не принадлежала к числу тех добрых существ, которые принимают удары, целуя наносящую их руку. Нет, кровь её кипела; она мечтала только о мести. Старуха это замечала; люди всегда боятся тех, кому причиняют страдания. Часто в то время, когда Фраголетта причёсывала её, колдунья подумывала, не воспользуется ли её служанка первым удобным случаем, чтобы задушить её, и не благоразумнее ли предупредить опасность.
Однажды Фраголетта показалась колдунье ещё красивее, чем обыкновенно, и сердце её переполнилось завистью и злобой.
— Возьми эту корзинку, — сказала она девочке, — ступай к фонтану, наполни её водой и принеси мне. Если ты этого не исполнишь, я тебя съем.
Бедняжка побежала стремглав; она воображала, что корзина волшебная, и колдунья, по своему обыкновению, забавляется, пугая её. Она погрузила корзину в воду, но как только вынула её, вода потекла, как из лейки. Три раза пыталась Фраголетта достать воды; но труд её был напрасен. Она поняла, наконец, что людоедка хочет её съесть.
От злости и отчаяния Фраголетта принялась плакать. Вдруг она слышит, что кто-то ласково говорит ей: "Фраголетта, Фраголетта, о чём вы плачете?" — Она подняла голову и увидала красивого юношу, который нежно смотрел на неё.
— Кто ты, — спросила Фраголетта, — и как ты знаешь моё имя?
— Я — сын колдуньи; меня зовут Белебон. Я знаю, что вас хотят во что бы то ни стало погубить; но это не удастся; я обещаю вам. Поцелуйте меня, и я наполню корзину водой.
— Поцеловать сына колдуньи? Никогда! — сказала гордо Фраголетта.
— Хорошо, я не буду так жесток, как вы, — отвечал молодой человек.
Он дунул три раза на корзину, опустил её в воду и вынул совершенно полную; ни одна капля не вытекла.
Фраголетта возвратилась домой и, не говоря ни слова, поставила корзину с водой на стол. Колдунья побледнела как смерть и, пристально посмотрев на молодую девушку, сказала:
— Разве и ты умеешь колдовать? — Потом, стукнув себя по лбу, она прибавила: — Ты видела Белебона; он помог тебе, признайся.
— Вы должны сами знать, потому что вы колдунья.
Вместо ответа мегера дала ей такую пощёчину, что Фраголетта должна была схватиться за стол, чтоб не упасть.
— Ладно, ладно, — закричала колдунья. — Мы увидим, чья возьмёт. Лучше смеяться последами, чем первым.
На другой день лмдоедка сказала Фраголетте:
— Я полечу в Африку я возвращусь к вечеру. Видишь этот мешок с зерном? Изволь сделать так, чтобы, вернувшись, я нашла вместо него готовый хлеб. Это не труднее, чем наполнить водой корзину. Если не исполнишь этого — берегись.
С этими словами она вышла, злорадно посмеиваясь, и заперла дверь на ключ.
— Теперь я погибла, — воскликнула молодая девушка. — Могу ли я смолоть зерно, замесить хлеб и испечь его? У меня нет ни мельницы, ни печи, да и времени мало.
Она начала из всех сил колотить в дверь, чтобы выломать её и убежать.
Ей отворил Белебон.
— Фраголетта, Фраголетта! — сказал он. — Ведь я желаю вам только добра. Поцелуйте меня, я испеку хлеб и спасу вас.
— Поцеловать сына колдуньи, — сказала Фраголетта, — никогда!
— Вы безжалостны, Фраголетта, но я не могу все-таки допустить, чтобы вы погибли.
Он свистнул, и тотчас же из всех щелей стали вылезать крысы и мыши. Крысы отнесли зерно на мельницу и прибежали назад с мешком муки; мыши принялись месить тесто; крысы растапливали печь. Когда колдунья возвратилась, все было готово; румяные хлебы лежали грудой до самого потолка.
— Негодная, — сказала старуха, — ты виделась с Белебоном; он помог тебе, признайся.
— Вы должны сами знать, потому что вы колдунья.
Трах! Людоедка размахнулась было, чтобы влепить пощёчину, но Фраголетта наклонилась, и старуха стукнулась носом о стол.
— Ладно, ладно, — закричала она, посинев от бешенства и боли, — мы увидим, чья возьмет. Лучше смеяться последним, чем первым.
3
Через два дня старуха, приняв самый веселый вид, позвала Фраголетту:
— Дитя мое, пойди к моей сестре, попроси у нее шкатулку и принеси мне.
— Разве я знаю, где живет ваша сестра и как ее зовут?
— Нет ничего легче, — отвечала колдунья. — Иди все прямо, пока не дойдешь до потока, перерезывающего путь. Ты перейдешь его вброд и немного дальше увидишь старый замок с железной решёткой Там живёт моя сестра Виперина. Ступай и торопись, дитя моё.
— Что за чудо, старуха в хорошем настроении! — подумала Фраголетта и беззаботно отправилась в путь. Дорогой она встретила Белебона, который поджидал её.
— Куда вы идёте? — спросил он.
— Я иду к сестре хозяйки попросить шкатулку.
— Несчастная! — воскликнул Белебон, — Вас послали на погибель. Ни одно живое созданье не выходило ещё живым из замка Виперины. Но я могу спасти вас. Поцелуйте меня.
— Нет, я никогда не поцелую сына колдуньи.
— Фраголетта, Фраголетта, какая вы неблагодарная! Но я люблю вас больше себя и, несмотря на всё, спасу вас. Слушайте хорошенько, Когда вы будете на берегу потока, скажите: "Прекрасная речка, позволь мне перейти через твои серебристые струи". Потом возьмите эту бутылку с маслом, этот хлеб, верёвку и метёлку. Когда вы подойдёте к решётке замка, намажьте маслом петли у двери; она отворится сама собой. Большая собака с лаем бросится на вас, киньте ей хлеб; она остановится. На дворе вы увидите бедную женщину, которая должна доставать воду из колодца, привязывая ведро к своим волосам. Предложите ей верёвку. Поднимитесь тогда по лестнице. В кухне вы встретите другую женщину, которая должна чистить печь языком. Дайте ей метёлку и войдите в комнату, где спит Виперина. Шкатулка стоит на шкафу; возьмите её и бегите как можно скорей. Если вы меня послушаетесь, то не погибнете.
Фраголетта запомнила всё, что сказал ей Белебон. На берегу потока она сказала: "Прекрасная речка, позволь мне перейти через твои серебристые струи”. И нимфа потока ответила ей самым ласковым голосом: "Переходи, милая девушка!” Воды расступились, и Фраголетта могла пройти, не замочив ног. Решётка, намазанная маслом, растворилась сама собой. Собака бросилась на хлеб, повертелась на месте и улеглась, положив морду на лапы и ласково поглядывая на Фраголетту. Обе женщины с радостью приняли принесённые ею подарки, и наша героиня тихонько вошла в комнату, где храпела Виперина. Фраголетта подбежала к шкафу и взяла шкатулку; сердце её страшно билось. Она уже считала себя спасённой, как вдруг колдунья проснулась. Фраголетта была уже на лестнице.
— Эй, кухарка, — закричала Виперина, — убей эту воровку!
— Как бы не так! — отвечала несчастная жертва. — Она дала мне метёлку, а вы заставляете чистить печь языком.
— Работница, схвати эту воровку и утопи!
— Как бы не так! — отвечала несчастная жертва. — Она дала мне верёвку, а вы заставляете вытаскивать вёдра волосами.
— Собака, съешь её!
— Как бы не так! — сказала дворняжка, не поднимая головы. — Она дала мне хлеба, а вы морите меня голодом.
— Дверь, затворись!
— Как бы не так! — сказала решётка. — Она намазала маслом мои петли, а вы оставляете меня на съедение ржавчине.
Колдунья одним прыжком слетела с лестницы; но решётка, радуясь, что может свободно двигаться, поминутно отворялась и затворялась, и в ту минуту, когда Виперина хотела выйти, захлопнулась с такой силой, что чуть-чуть её не раздавила.
Фраголетта бежала не оглядываясь; но, несмотря на свой страх, она не забыла, однако, сказать приветствие речке и перешла её, как и в первый раз. Виперина прибежала к берегу вслед за ней.
— Ну, грязный ручей, расступись, — закричала она, — или я тебя высушу.
Поток расступился, но когда Виперина дошла до середины, вода вдруг поднялась, хлынула на колдунью и потопила её в одну минуту. Нимфа отомстила.
Возвратясь домой, Фраголетта отдала шкатулку своей свирепой госпоже. Можно себе представить, какую мину сделала людоедка! "Это опять штуки Белебона! — подумала она, — но я сумею отомстить. Лучше смеяться последним, чем первым!"
4
В тот же вечер она велела Фраголетте лечь спать в своей комнате.
— Запомни хорошенько, — сказала она ей, — в курятнике три петуха: красный, чёрный и белый. Сегодня ночью когда они запоют, ты мне скажешь, который из них пропел. Берегись, если ошибёшься; я разом проглочу тебя.
— Белебона не будет здесь, я погибла! — подумала Фраголетта.
В полночь пропел петух.
— Какой петух пропел? — спросила колдунья.
— Белебон, — прошептала Фраголетта, — скажи мне, какой петух пропел.
— Если вы поцелуете меня, я скажу, — отвечал ей чей-то шёпот.
— Нет.
— Жестокая, я не хочу, чтоб вы погибли. Это пропел красный петух.
Колдунья соскочила уже с постели и подошла к Фраголетте.
— Отвечай, или я тебя съем.
— Это пропел красный петух, — сказала вся дрожа Фраголетта.