— Бадабада, не подходи ко мне близко, ты не мальчик, а оборо, злой дух.
Играть они не перестали, но, когда Бадабада подходил близко к Сереме, она пугалась.
Однажды жители Иасы собрались воевать, сели в лодки и поплыли вверх по реке Ориому. Когда они пристали к берегу, один из предводителей сказал Бадабаде, приплывшему, как и Серема, вместе с ними:
— Ты оставайся стеречь лодки.
Серему тоже оставили у лодок, а воины пошли через лес к селению — еще не рассвело, и все жители спали.
Но Бадабада, вместо того чтобы остаться у лодок, пошел крадучись за воинами. Он нес с собой топор, небольшой нож для отрезания головы и веревочную плетенку, в которой носят отрезанную голову.
Все сели отдохнуть, но Бадабада пошел вперед и пришел в селение первым.
В одной из хижин, возле самой двери, спал старик. Увидев старика, Бадабада к нему подкрался и ударом топора размозжил ему голову. Потом он вытащил тело наружу, отрезал голову и положил ее в свою веревочную плетенку. Никто Бадабады не увидел, и он вернулся на берег. Там он сказал Сереме:
— Давай я заплачу за тебя выкуп, и мы поженимся.
— Ой, Бадабада, мой отец рассердится! — сказала Серема.
— Не рассердится. Возьми эту голову и отдай отцу; скажи ему, что это мой выкуп за тебя.
Он положил голову старика около Серемы, и Серема, чтобы головы не было видно, положила на нее ногу. Бадабада дал ей табака и сказал:
— Раскури трубку.
Серема набила бамбуковую трубку, раскурила ее, и они стали курить вместе. Они были одни, больше никого не было. Когда рассвело, Бадабада взял корзину Серемы, положил в нее голову старика и спрятал корзину в лодке.
Воины Иасы, когда вошли в селепие, убили очень много людей, но отцу Серемы не удалось убить никого. Головы убитых люди принесли с собой, сели в лодки и поплыли назад. Один раз, чтобы отдохнуть, они пристали к берегу. Там предводители положили добытые головы в ряд, пересчитали их и увидели, что одной не хватает. Они стали говорить:
— Нет головы старика! Кто его убил?
Бадабада в это время играл на берегу недалеко от них, а Серема сидела в лодке и молчала. Предводители всё спрашивали:
— Где голова старика? Кто ее взял?
Все начали искать голову, но найти не могли. Бадабада не говорил ничего. Тогда отец позвал его и сказал:
— Раскури трубку.
Они закурили, и отец спросил:
— Бадабада, не ты убил старика? Бадабада сказал:
— Старика убил я, и я отрезал его голову. Пойди в лодку, где сидит Серема, и найди ее корзину — там лежит голова, можешь ее взять.
Отец пошел, отыскал голову и всем ее показал:
— Это мой сын, Бадабада, убил старика! Предводители посмотрели на Бадабаду, посмотрели на отрезанную голову и спросили:
— Это правда, Бадабада? Ты еще маленький, а уже убил старика?
Отец Серемы спросил:
— Откуда эта кровь, Серема, кто тебя ранил?
— О, это Бадабада дал мне голову, и я закрыла ее ногами, — ответила Серема. — Он сказал мне: «Давай поженимся, я убил старика, я отдам его голову за тебя твоему отцу».
Отец Серемы взял голову и сказал:
— Хорошо, женитесь.
На другой день люди Иасы поплыли дальше и вернулись на Кивай. Там они приготовили много еды, и все, довольные, говорили Бадабаде:
— Хорошо, что ты женишься на Сереме — устроим сегодня праздник!
107. Мальчик, который родился после смерти матери
Как-то раз далеко в лесу, в селении Тугиба, люди ловили в реке Тугиба-оромо крабов и собирали моллюсков. Один из мужчин, у котораго жена была беременна, принес ей оттуда несколько моллюсков, но они были очень маленькие, и она пошла на реку поискать для себя моллюсков сама. Она вошла в воду, которая была ей по колено, и начала их искать. Наконец она набрела на огромного моллюска в двухстворчатой раковине с острыми, как ножи, краями. Женщина сунула в раковину обе руки, чтобы вырвать моллюска, но тут створки сомкнулись и крепко зажали ее руки. Вырваться было нельзя, и, когда вода в реке поднялась, женщина захлебнулась.
Через некоторое время руки острыми краями створок совсем отрезало, и тогда тело уплыло. Течение унесло его и выбросило на остров в море, и там, разлагаясь, оно открылось, и из него вышел живой ребенок.
На острове жили старик и старуха. У них было три сына, и как-то ночью одному из сыновей приснилось, что на берегу появился маленький мальчик. Они пошли посмотреть, увидели мальчика и отнесли его к себе домой.
Мальчик начал у них расти, но о том, как он родился, они ему но рассказывали.
Однажды мальчик увидел в воде свое отражение и подумал: «У моих братьев лица похожи на лица родителей, а у меня лицо совсем другое. Может быть, у меня другие родители?»
Однажды ночью дух матери пришел к нему и сказал: «Те, у кого ты живешь, пе настоящие твои мать и отец. Твоя мать я. Раковина моллюска отрезала мне руки, и я умерла. Мое тело течением принесло сюда, а ты в это время был у меня в животе. Селение, где я жила, далеко отсюда, в других местах».
Утром мальчик встал и подумал: «Я родом из других мест! Мать сказала мне правду». И он попросил у старика:
— Дай мне лодку, я поплыву за рыбой.
Но он поплыл не за рыбой, а к родным местам. Приемные родители ждали его очень долго, а потом, так и не дождавшись, стали спрашивать сыновей:
— Вы не рассказывали ему о том, как он родился? Но те ответили:
— Нет, не рассказывали.
Дух матери показывал мальчику дорогу, и наконец он приплыл домой. Он встретился с отцом, и тот, уже старый, наполнил водой кокосовую скорлупу, посмотрел на свое отражение, а потом на лицо мальчика, и сказал:
— И правда, твое лицо такое же, как у меня.
Отец очень обрадовался, что у него есть сын, и они стали шить вместе.
108. Как Саи и Утшаэ стали кабанами
Как-то жители селения Гирибуру, недалеко от реки Ориому, охотились на диких свиней и кенгуру, и каждый убил какую-нибудь дичь. Только два брата, Саи и Утшаэ, ничего не убили. Вечером, возвратившись в селение, охотники стали делить добычу, но двум братьям односельчане не дали ничего. Тогда старший брат, Саи, сказал младшему:
— Раз нам ничего не дали, я пойду ночью на охоту один. Наступила ночь, Утшаэ уснул, и тогда Саи пошел в лес. Но подстрелить ему ничего не удалось, и он, вернувшись с пустыми руками, сказал брату:
— Я ничего не добыл, а ведь ходил всю ночь. Следующей ночью на охоту пошел Утшаэ, младший брат, и увидел, что на одном из деревьев дани сидит этерари. До этого Утшаэ никогда не видел этерари, и он подумал: «Кто это сидит там, такой похожий на крокодила?» Утшаэ воткнул в землю стрелу, чтобы заметить это место, а потом вернулся домой и сказал брату:
— Кто-то, не знаю кто, сидит на дереве дани.
— Не говори об этом никому, — сказал старший брат, — мы пойдем туда вдвоем.
Но младший сказал:
— Если нас будет только двое, оно может нас убить. Давай лучше позовем туда всех.
Они позвали односельчан, и все пошли в лес. Младший нашел стрелу, которую вонзил ночью в землю, и сказал людям:
— Посмотрите, что это такое там наверху? Люди посмотрели и закричали:
— И правда, что это? Как бы оно нас не убило!
Все начали стрелять в этерари из луков, и наконец он упал с дерева мертвый. Старший взял себе голову, младший отрезал хвост, а остальное они отдали односельчанам.
Люди вернулись домой, сварили мясо и начали есть. Братья тоже приготовили части, которые взяли себе, но едва старший проглотил последний кусок головы этерари, как эта голова появилась на месте его собственной, и едва младший доел последний кусок хвоста этерари, как такой же хвост вырос и у него. Братья пошли к односельчанам и хотели около них сесть, но те сказали:
— Нет, лучше вы около нас не садитесь.
— Почему? — спросили братья.
И люди им сказали:
— У тебя голова этерари, а у тебя хвост, вот почему мы не хотим, чтобы вы около нас садились.
Братьям стало стыдно, и они вернулись к себе домой. Потом старший сказал:
— Где нам жить? Люди не хотят нас видеть.
Он стал думать об этом, а потом сказал младшему:
— Давай уйдем жить под большой камень.
Братья нашли такой камень, вырыли под ним яму и сделали в ней две постели. Старший притащил в яму кусок ствола пальмы эа, и братья начали есть ее мягкую сердцевину. Тут же кожа у них покрылась щетиной, и они стали кабанами. Саи спросил младшего брата:
— Посмотри, не похож я на кабана?
— Да, — воскликнул Утшаэ, — ты стал кабаном! А я им не стал?
— Стал. Ты совсем как настоящий кабан.
Братья убежали в лес и устроили себе в траве логово. Старший сказал младшему:
— Когда люди придут с собаками охотиться на кабанов, мы их всех растерзаем.
Однажды их односельчане выпили гамоды, совершили кареа и сказали:
— Завтра мы пойдем охотиться на кабанов.
Рано утром они отправились в лес, но попадались им только кенгуру, а кабанов не было. Наконец они увидели двух кабанов, но они не знали, что это Саи и Утшаэ. Они осыпали кабанов стрелами, но те от всех стрел ловко увертывались, а потом бросились на людей. Кое-кто успел влезть на деревья, а остальных кабаны убили. Те, кто вернулся в селение, сказали женщинам и детям:
— Кабаны растерзали многих наших односельчан. Тогда люди решили:
— Лучше мы не пойдем на огороды, а пойдем убьем этих кабанов — уж очень много людей они погубили.
Мужчины взяли луки и стрелы, пошли в лес, отыскали кабанов и начали в них стрелять. Однако кабаны увернулись от их стрел и бросились на охотников. Некоторые залезли на деревья и так спаслись, а другие были убиты. Те, кто спасся, вернулись домой и сказали тем, кто был в селении:
— Теперь нас осталось совсем мало, и скоро кабаны растерзают нас всех.
Мужчины стали пить гамоду, совершили кареа и сказали:
— Завтра мы пойдем и убьем кабанов!
На другой день люди отправились в лес, нашли кабанов и осыпали их стрелами, но те ловко увертывались. Они растерзали всех, только одному человеку удалось от них спастись, и он, вернувшись, сказал тем, кто оставался в селении: