Агу-ногон-абаха набрала с собой живой воды и поехала дальше.
По дороге увидела она трех умиравших от голода и усталости юношей. Брызнула она на них живой водой — и юноши тотчас же ожили, стали сильными и бодрыми. Стали они благодарить ее и сказали:
— Мы — ба́торы[40]-невидимки. Когда мы захотим, никто не может увидеть нас. Если тебе будет нужна наша помощь, позови нас, трех сильных баторов, и мы во всем поможем тебе!
Агу-ногон-абаха попрощалась с баторами-невидимками и поехала дальше.
Едет она и видит: лежит на дороге умирающая желтая собака.
Спросила девушка собаку:
— Что с тобой приключилось? Отчего ты умираешь?
Собака отвечает ей:
— Сидела у дороги женщина и варила чай, переливала его из одного котла в другой. Подозвала меня эта женщина, дала мне выпить чаю — я и отравилась.
Тогда Агу-ногон-абаха брызнула на нее живой водой, собака мгновенно выздоровела, замахала хвостом и сказала:
— Когда тебе будет нужна моя помощь, крикни: «Гуни́р-шара-нохо́й!» Я сейчас же прибегу и помогу тебе. Я могу быть невидимкой, когда пожелаю, и никто, кроме тебя, не будет знать, что я помогаю тебе!
Поехала Агу-ногон-абаха дальше. Ехала она долго и наконец, после утомительного пути, приехала к высокому дворцу Эсэгэ-малана.
Привязала девушка коня красным шелковым поводом к серебряной коновязи, у которой стояли уже две оседланные лошади, и вошла во дворец.
Поздоровалась Агу-ногон-абаха с Эсэгэ-маланом и говорит ему:
— Я приехал сватать твоих дочерей!
А у Эсэгэ-малана уже сидят двое юношей — они тоже приехали сватать его дочерей.
Эсэгэ-малан спрашивает Агу-ногон-абаха:
— Как тебя зовут, юноша? Из какой ты страны? Та ему отвечает:
— Я приехал с северной стороны, а зовут меня Гарьюлай-мэргэн.
Эсэгэ-малан угощает всех трех женихов и оставляет у себя ночевать, а сам думает, кого выбрать в зятья.
Поутру Эсэгэ-малан сказал женихам:
— Хочу я позабавиться, на борьбу посмотреть и определить, кто из вас всех сильнее. За самого сильного я и выдам своих дочерей.
Испугалась Агу-ногон-абаха: не знала она, как борются баторы, боялась, чтобы во время борьбы не узнали как-нибудь, что она женщина.
А тоненький рыжий конь говорит ей потихоньку:
— Позови на помощь одного из трех баторов-невидимок.
Она так и сделала. Не успела позвать — тотчас явился невидимый молодой батор и помог ей одолеть в борьбе ее противников.
Тогда Эсэгэ-малан решил:
— Вот кому я отдам моих дочерей! Из женихов он самый сильный!
Но раньше захотел он посоветоваться с шаманкой — узнать, хорошему ли жениху отдает он дочерей.
Шаманка погадала и говорит:
— И красив, и силен этот жених, только он не мужчина, а девушка! Вот за кого ты хочешь отдать своих дочерей!
Удивился Эсэгэ-малан и захотел еще раз испытать Агу-ногон-абаха. Приказал он женихам стрелять в цель.
Тогда девушка призвала на помощь второго батора-невидимку, и он помог ей. А двое других женихов промахнулись и не попали в цель.
После этого Эсэгэ-малан решил посмотреть, кто из женихов лучший наездник.
«Если это девушка, а не мужчина, — рассудил он, — ее конь придет последним».
Агу-ногон-абаха пошла к своему тоненькому рыжему коню и спросила:
— Что мне теперь делать?
Конь сказал:
— Позови желтую собаку-невидимку Гунир-шара-нохой. Она мне невидимо поможет — задержит других коней.
Собака Гунир-шара-нохой в тот же миг явилась на зов. Она вертелась в ногах у коней других женихов и помогла этим тоненькому рыжему коню обогнать их.
Эсэгэ-малан обрадовался и говорит:
— Неправду сказала старая шаманка, что он не мужчина! Разве женщина может так скакать на коне?
Но шаманка погадала и опять говорит:
— Не мужчина это, а девушка!
Тогда Эсэгэ-малан придумал еще одно испытание. Он сказал:
— Есть у меня три амбара, в каждом из них сидит по медведю. Запрем всех трех женихов в эти амбары. Если Гарьюлай-мэргэн — девушка, то она не справится с медведем, и медведь одолеет ее, задавит.
Заперли всех трех женихов в амбары с медведями и ждут: что будет?
Тогда девушка призвала на помощь третьего батора-невидимку. Он тотчас явился на зов, поднял угол амбара и сунул под него медведя. Медведь тут же и околел.
Утром Агу-ногон-абаха вышла из амбара целой и невредимой, а двух других женихов вынули мертвыми.
Старшая дочь Эсэгэ-малана плюнула на женихов и перешагнула через них. Средняя дочь Эсэгэ-малана тоже плюнула и перешагнула. Младшая дочь плюнула и перешагнула — и оба жениха ожили.
А шаманка все свое твердит:
— Эсэгэ-малан хочет выдать своих дочерей за девушку! За девушку хочет выдать!
Тогда Эсэгэ-малан придумал еще одно испытание. Дал он женихам по котлу, в которых было смешано красное и белое просо, и сказал:
— Разделите к утру белое и красное просо так, чтобы в одной кучке было только белое, а в другой — только красное.
— Как мне быть? — спрашивает, опечалившись, Агу-ногон-абаха своего коня.
Тоненький рыжий конь и говорит ей:
— Позови на помощь муравьиного хана, и он поможет тебе!
Выслушала Агу-ногон-абаха совет коня, приободрилась, пошла во дворец и села рядом с женихами. Эсэгэ-малан велел принести три котла со смешанным просом и поставил перед женихами.
Агу-ногон-абаха неслышно позвала на помощь муравьиного хана: «Приди, муравьиный хан, и помоги мне!» Он тотчас же явился с множеством муравьев, и они быстро разделили все ее просо на две кучки: в одной — белое, в другой — красное. А двое других женихов так и не смогли разделить просо и уехали домой ни с чем.
— Пойдете ли вы замуж за славного Гарьюлай-мэргэна? — спросил Эсэгэ-малан дочерей.
Дочери согласились.
Сказал им отец:
— Возьмите с собой половину всего моего имущества.
Но дочери ответили:
— Не нужно нам твое имущество, дай нам только один серебряный ковшик, с помощью которого можно получать какие угодно кушанья и напитки!
Сыграли они свадьбу. Долго пировали, много угощенья съели. Только на девятый день разъехались гости. Стала и Агу-ногон-абаха собираться домой.
— Я давно выехал из дому, — говорит она Эсэгэ-малану, — не знаю, что там делается: не угнал ли кто мой скот, не порушил ли дом. У кого есть родина — тот должен торопиться на родину, у кого есть дом — тот должен заботиться о доме!
Эсэгэ-малан согласился и отпустил Агу-ногон-абаха домой и целых три дня ехал с ними, провожая своих дочерей. Потом распростился он со всеми и вернулся обратно домой.
Едет Агу-ногон-абаха в свою сторону с тремя дочерьми Эсэгэ-малана. Днем они едут вперед, а вечером останавливаются на ночлег. Дочери Эсэгэ-малана при помощи серебряного ковша готовят вкусные кушанья. Поедят они, поговорят и спать улягутся.
На одном привале дочери Эсэгэ-малана стали говорить между собой:
— Давайте испытаем еще раз Гарьюлай-мэргэна! Положим ему на грудь огонь, когда он будет спать. Если это девушка — она вскрикнет от боли, если это мужчина — он молча сбросит огонь и снова заснет.
Так они и сделали — положили огонь на грудь Агу-ногон-абаха. Но она молча сбросила огонь и опять заснула.
Тогда дочери Эсэгэ-малана говорят:
— Нет, это мужчина, а не девушка! Но отчего голос его так похож на женский, почему он такой нежный и высокий?
На другую ночь придумали они новое испытание.
Поймали дочери Эсэгэ-малана змею и положили ее на шею Агу-ногон-абаха. Но та спокойно сбросила ее с себя и снова заснула.
— Нет, это мужчина, а не девушка! — решили дочери Эсэгэ-малана.
Долго они ехали, наконец доехали до источника живой воды, сами напились и коней напоили — и стали они красивее прежнего, а кони их стали еще сильнее и быстрее. Благополучно спустились они с высокой, крутой горы и поехали дальше.
Агу-ногон-абаха говорит трем дочерям Эсэгэ-малана:
— Я поеду вперед, чтобы привести в порядок дворец и встретить вас как подобает. А вы поезжайте по моим следам. Где я начерчу круг — там ночуйте, где сделаю черту на дороге — в ту сторону и поезжайте, никуда не сворачивайте!
И Агу-ногон-абаха ускакала вперед.
Приезжает Агу-ногон-абаха домой, а дома все в порядке, дворец благополучно стоит на прежнем месте.
Осмотрелась Агу-ногон-абаха и тотчас же поскакала к своим многочисленным табунам. Поймала она там белоснежную кобылицу, надела на нее поводок и поспешила к горе Ангай.
Здесь она принесла белую кобылицу в жертву горе Ангай и стала просить ее:
— Раскройся, гора Ангай, чтобы я могла взять кости моего брата Гарьюлай-мэргэна!
Гора Ангай раскрылась.
Агу-ногон-абаха взяла кости своего брата, и гора Ангай закрылась снова.
С останками брата Агу-ногон-абаха вернулась домой, привязала тоненького рыжего коня к серебряной коновязи и сняла с него седло и потник. Принесла она их во дворец, расстелила шелковый потник на кровати, серебряное седло поставила в изголовье, на эту постель положила кости Гарьюлай-мэргэна.
Потом написала девушка на бумаге все, что сделала. Бумагу эту привязала она к гриве тоненького рыжего коня, а сама убежала в лес и обратилась там в зайца, чтобы скрыться от гнева дочерей Эсэгэ-малана.
Приехали три дочери Эсэгэ-малана ко дворцу Гарьюлай-мэргэна и ждут, скоро ли выйдет встречать их муж. Долго ждали они напрасно и наконец решили войти во дворец.
Видят они: лежат на ложе по правую сторону очага человеческие кости, и ни одного живого существа во всем дворце нет.
Догадались обо всем три дочери Эсэгэ-малана и говорят:
— Обманула нас хитрая девушка! Она привезла нас к умершему человеку, кости которого лежат тут, возле очага!
Две старшие дочери сказали:
— Поедемте домой! Что нам тут делать?
А младшая говорит:
— Как мы поедем домой из такой далекой страны? Что скажем нашему отцу? Не лучше ли нам оживить этого человека, раз мы можем оживлять мертвых? Оживим и увидим тогда, что нам делать.