— И ты так спокойно говоришь об этом?
— А чего волноваться? Если он вдруг решит прогуляться по нашим полям, мы укроемся в городе.
— Ну а если он надумает посетить город?
— Ничего не выйдет. Ариман обвел город магическим кругом. Ажи-Дахака не сможет переступить через эту черту.
— А где находится город?
— Вон там, за холмами. — Крестьянин указал рукой направление. — Мы зовем его Синий город.
— Спасибо, приятель.
Скиф было направился прочь, но его остановил окрик:
— Постой! Ты забыл расплатиться со мной!
— Расплатиться? — удивился Скилл. — За что?
— За ответы, которые я тебе дал.
Кочевник изумился еще более.
— В ваших краях требуют плату за ответы?
— А то как же! Мудрая мысль дорого стоит!
— Это точно, — не мог не согласиться скиф. — Но я не заметил у тебя обилия умных мыслей.
— Плати! — настаивал крестьянин.
— Видишь ли, — примирительно начал Скилл, — еще несколько мгновений назад я был богат, словно лидийский царь Крез до тех пор, пока его не обчистили парсы Куруша. Но, спасаясь от дракона, я был вынужден бросить в воду мой кошель с золотом. У меня не осталось ни одной монетки, чтобы отблагодарить тебя.
— Так ты отказываешься платить?!
— Я бы и рад, но у меня нет денег.
Скилл начал терять терпение.
— Приятель, твоя наглость переходит всякие границы!
— Ах ты, голодранец! Не хочешь платить, тогда получай!
Подняв над головой мотыгу, крестьянин с криком бросился на скифа. Тот едва успел увернуться, иначе мотыга расколола бы его череп надвое. Скилл сорвал с плеча лук, и острая стрела уставилась в грудь нападавшего. Но крестьянин не обратил на эту угрозу никакого внимания и вновь атаковал. Кочевник разжал пальцы правой руки, но — проклятье! — отсыревшая тетива еле-еле послала стрелу вперед; та лишь оцарапала руку противника. Не дожидаясь более точного удара, скиф бросил лук и кинулся бежать, полагая, что острие мотыги вот-вот вонзится ему в спину.
Однако крестьянин и не думал преследовать беглеца. Он посчитал, что незнакомец образумился и оставил свой лук в уплату за полученные советы. Но Скилл придерживался иного мнения. Выхватив из ножен акинак, он двинулся к обидчику.
— Верни мой лук!
— И не подумаю!
В голосе крестьянина звучала столь непогрешимая уверенность в своей правоте, что Скилл на мгновение засомневался. Но лишь на мгновение, ибо лук был для него куда важнее халата или мешка с золотом. Не говоря более ни слова, он напал на крестьянина. Тот оказался неплохим бойцом и поначалу успешно уходил от выпадов Скилла, но вскоре клинок порезал ему правую руку, а затем скиф оглушил врага ударом эфеса по голове. Спихнув неподвижное тело в придорожную канаву, — передохни! — Скилл направился в город.
Синий город был довольно странным местом. Первое, что сразу бросалось в глаза, это отсутствие стен и вооруженной стражи. Скилл поинтересовался у одного из прохожих.
— Почему город не окружен стенами, подобно другим городам? Почему на улицах не видно стражи?
— Нам нечего бояться, чужестранец. Волшебный круг Аримана хранит нас от любых неприятностей. Поэтому нам не нужны ни стены, ни вооруженная стража.
— Но я не видел никакого круга.
— Верно. Он невидим. Когда-то Ариман обвел своим магическим посохом черту, внутри которой и был возведен город. Эта черта навечно предохраняет нас от любых бед.
— Спасибо, — сказал Скилл.
— Не за что, незнакомец. Ты должен мне две серебряные монеты.
Скиф совсем позабыл о мерзком местном обычае требовать плату за каждый ответ. Не вдаваясь в излишние подробности насчет отсутствия денег, скиф двинул горожанина кулаком в челюсть и, когда тот рухнул на землю, обыскал его. Улов оказался не большой — три серебряные монетки, возможно полученные за прежние ответы.
Помимо отсутствия стен и стражи, Синий город обладал еще одной очень привлекательной, с точки зрения скифа, особенностью. Скупые до невозможности горожане были крайне беспечны. Они держали свои кошели поверх халатов и пиршественные чаши прямо у раскрытых окон. Скиф вспомнил воровские навыки, приобретенные во время скитаний по Ионии. Несколько ловких движений, и четыре пухлых кошеля нашли пристанище за широкими отворотами сапог скифа. Две украденные серебряные чаши он тут же на улице продал вполцены какому-то барыге. Теперь он был вполне обеспечен и мог подумать об ужине и ночлеге.
Немного поплутав — он не рисковал более прибегать к расспросам, — Скилл нашел харчевню со странным названием «Лысая лошадь».
— Надеюсь, здесь не кормят кониной!
С этими словами Скилл спустился по выщербленной лестнице в погребок. Посетителей было не много. Они пили имбирное пиво и поглощали нехитрую, но приятно пахнущую стряпню. У скифа засосало под ложечкой. Сев за свободный столик, он заорал:
— Эй, хозяин! Большой кусок мяса и кувшин вина. Тоже большой! У меня был трудный день.
По столу покатилась золотая монета.
— Бегу, мой господин! — завопил стоявший за стойкой толстомордый кабатчик.
Ждать и вправду пришлось не долго. Вскоре перед Скиллом стояла здоровенная миска, доверху наполненная кусками жирной баранины.
— А где вино? — грозно спросил кочевник.
Лицо кабатчика расплылось в улыбке.
— Уважаемый господин должен заплатить мне за ответ.
— Сколько? — мысленно помянув всех дэвов, ахуров и иже с ними, спросил Скилл.
— Две серебряные монеты за два ответа.
— Почему два?
— Я ответил на вопрос: сколько. А теперь уважаемый господин должен мне три монеты.
Ворча, Скилл вытряхнул из кошеля требуемую сумму и расплатился, после чего потребовал:
— Вина!
— В моей харчевне нет вина. Здесь подают лишь имбирное пиво.
— Хорошо, тогда пива. Большой кувшин. И смотри, кабатчик, чтоб было холодное и неразбавленное!
— Будет исполнено! — Ловко зажав между пальцев золотую монетку, кабатчик удалился.
Не дожидаясь, пока принесут пиво, Скилл впился зубами в кусок мяса. Поначалу он глотал почти не разжевывая, по мере насыщения стал есть медленнее, выбирая куски помягче и посочнее. Мясо оказалось неплохим, а пиво холодным, хотя, право, оно не стоило трех монет, уплаченных за ответы. Утешало лишь, что эти деньги достались даром.
Насытившись, Скилл отодвинул от себя опустевшее блюдо и начал бесцеремонно рассматривать соседей, не забывая при этом прикладываться к кувшину с пивом.
Горожане, сидевшие за ближайшими столиками, не заинтересовали скифа. Это были типичные скряги, готовые удавиться из-за мелкой серебряной монетки. Порядком поношенная одежда их выглядела так, будто ее только вчера достали из пронафталиненного сундука, дважды выстирали и трижды прогладили. Попивая жидкое пиво, скряги искоса поглядывали на Скилла, чей помятый вид не мог не привлечь внимания, но в разговоры не вступали.
Но в харчевне был человек, мало походивший на местного жителя. Прямой нос, каштановые волосы, небольшая с проседью бородка — все это выдавало в нем иноземца, скорее всего эллина. Несмотря на почтенный возраст, глаза человека были необычайно живы, что свидетельствовало об остром уме. «Эллин», как мысленно окрестил его скиф, кидал в его сторону заинтересованные взгляды. Наконец незнакомец не выдержал и пересел за столик Скилла.
— Не возражаешь.
Фраза звучала как утверждение. Как и Скилл, этот человек уже наверняка имел не одну возможность убедиться, что в Синем городе опасно задавать вопросы.
— Пожалуйста! — радушно ответил Скилл.
— Я вижу, ты гость.
— Да, ты не ошибся. Да и ты, по-моему, тоже.
— Точно! — Человек широко улыбнулся. — Никак не могу привыкнуть к этой идиотской манере требовать плату за любой вопрос-ответ. Предлагаю, раз уж мы оба гости в этом городе, будем отвечать друг другу бесплатно.
— Идет! — обрадовался Скилл.
Скиф приложился к кувшину, а «эллин» тем временем внимательно рассматривал его лицо. Наконец он сказал:
— Если меня не подводят глаза, ты родился в одном из северных кочевых племен. Ты киммериец?
— Почти угадал. Я — скиф. А кто ты?
— Эллин. Меня зовут Дракон.
— Дракон? — удивленно переспросил Скилл. — Какое странное имя!
— Странное? Ничуть. Лет двадцать тому назад мое имя гремело по всей Элладе. Каждый эллин знал имя Дракона, великого афинского законодателя.
— Постой, постой… — Скилл наморщил лоб. — Где-то я действительно слышал твое имя. Точно! Философ Ферон как-то называл мне имя Дракона, но только, по его словам, ты жил не двадцать, а сто лет тому назад.
Дракон покачал головой:
— Как летит время… Я хотел сказать: как летит время в этом городе. Всего десять лет здесь и целых сто на земле. Умерли дети, ушли в землю внуки…
— Но как ты очутился здесь?
Смахнув с ресниц печальную слезинку, Дракон выразительно посмотрел на кувшин. Скилл перехватил этот взгляд и заорал:
— Хозяин, еще пива!
Заказ был тут же выполнен, и Дракон начал говорить.
— Благодарю. — Он сделал глоток. — Я родился в Афинах в знатной семье. Мои родители очень заботились обо мне, я получил блестящее образование. Происхождение, незаурядный ум, храбрость быстро выдвинули меня в ряд самых выдающихся людей города. Уже в тридцать лет я был избран архонтом. Когда начались беспорядки, учиненные безумцем Килоном, я был в числе тех, кто руководил осадой Акрополя. Сторонники Килона были безжалостно перебиты, и народ доверил мне навести порядок. Твердый порядок! Чтобы не допустить повторения кровавых смут в будущем, я установил новые законы, согласно которым любое, даже самое незначительное преступление сурово каралось. Украл гроздь винограда с участка соседа — распрощайся с рукой, покусившейся на чужое добро; увел чужого быка или коня — прочь с плеч голову! Чернь возмущалась, но не долго — за мной была сила. В Аттике восстановились покой и порядок. Но, победив в схватке с людскими пороками, я не смог устоять пред недовольством богов, решивших, что я стремлюсь сокрушить их алтари. Громовержец Зевс сослал меня в подземный мир. И вот я здесь уже долгих десять лет, а на земле минуло целое столетие. — Тяжко вздохнув, Дракон наклонился к кувшину, кадык на морщинистой шее быстро задвигался.