- Убейте их!
Жаль, видеть я не могла, только слышать. Крики. Стук металла. Смачные плюхи. Стоны.
А я таращилась в каменный потолок.
Над головой пролетел гномий топорик. Судя по звону металла о камень, мимо.
Потом ножик. Не знаю, чей. Но этот - попал.
О! Сковородка. А она-то чья?
- Ы-ы-ы, - простонала Иттрия где-то совсем близко. Решила меня добить, чтобы не досталась врагу?
И глухое "шмяк". Кажется, Иттрию вырубили. Так ее!
О, и маникюрные ножниц просвистели! Дайте угадаю, тут Пайпер? Получила-таки свою сенсацию!
А потом - "бздынь". Звон хрусталя. И это точно были не бокалы с шампанским!
И вопль Титана: "Любимая, я иду к тебе!"
Да сколько можно-то?
А потом родной и любимый голос позвал: "Ирэн!"
Бум-м-м-м.
Титан - вот шустрый, уже и добежал! - грохнулся поперек меня.
Уф-ф-ф! Тяжелый.
И все смолкло. Только тихонько поскуливал жрец.
- Погоди, - забормотала Пайпер, ловко орудуя чем-то острым. - Я изоленту разрежу.
Ыть!
- Давай я сначала Титана с нее сниму, - хладнокровно предложил Молибден.
Я чуть не прослезилась. Спаситель!
- Сейчас помогу, - пообещал Стефан, и вдвоем они кое-как справились с этим быком.
Уф. Как хорошо дышать!
Меня освободили от пут. Прислонили спиной к стеночке. Титана уложили поблизости.
По пещере туда-сюда бегали люди в камуфляже, Пайпер что-то строчила в блокноте, сержант деловито вязал руки Иттрии. Короче, все при деле.
Мы победили!
На корточки рядом со мной присел Стефан. Волосы у него были растрепаны, рукав пиджака обгорел, а в руке... сковородка? К ручке ее изолентой - синей, это важно! - примотана высохшая женская кисть. Тонкая такая, с перстеньком.
Я моргнула. Мерещится?
Стефан заметил мой обалделый взгляд. Хмыкнул, отложил сковороду и осторожно укрыл меня своим пиджаком.
- Это твоей прабабушки, - объяснил он преспокойно. - Сама она не могла появиться на месте, где творились серьезные обряды. Немедленно бы развоплотилась, независимо от направленности оных... Так вот, миссис Ферра завещала похоронить ее с фамильной сковородой в руке. Дескать, наследники не достойны такой ценности.
- Дура, - емко прокомментировала... мачеха? Она-то как здесь очутилась? - Из-за этой выходки дух ее не смог найти покоя. Ферра лишилась посмертия, пока не найдет преемницу. На вот, напои ее.
В ладонь Стефана лег небольшой пузырек темного стекла.
И он, без тени сомнения, поднес его к моим губам!
Э-э-э. Мы так не договаривались. А вдруг отравит? Как-никак, ее деверя не без моей помощи в тюрьму закатали.
- Пей, - буркнула она и взгляд отвела. - Злого там нет, ребенком своим клянусь.
- Мы вряд ли смогли бы тебя отыскать без помощи миссис Ванадии, - заметил Стефан негромко. - Она сумела запустить поиск по волосинке, которую ты обронила в их доме. Поначалу ничего не выходило, но потом вдруг сработало.
А, это когда меня из гроба вытряхнули! Не зря я, выходит, Иттрии зубы заговаривала? Дала спасателям время.
Но мачеха-то какова! И ведь сохранила же тот волосок. Зачем, интересно? Ладно, какая теперь разница.
Я послушно сглотнула - благо, на простейшие физиологические функции паралич не распространялся - и закашлялась от едкой горечи.
- Тьфу! Что за гадость!
Возмутилась - и лишь тогда поняла, что сказала это вслух. Хрипло, надсадно - но вслух!
Стефан взял меня за плечи, заглянул в лицо.
- Ты как? - просто спросил он.
Ответить я не успела.
Под стеночкой завозился Титан. Сел. Потрогал шишки на голове (на лбу от меня, на затылке от Стефана). Обвел удивленным взглядом пещеру.
- Где я? Что происходит? Стефан? Молибден?
Кажется, присутствие друзей здорово его успокоило.
Молибден вскинулся.
- Слава богам, ты пришел в себя!
А я вздохнуть боялась, чтобы не спугнуть чудо. Никаких "Ирэн, любимая!", никакого дикого огня в глазах! Любопытство, опаска, недоумение - обычный набор, в данных-то обстоятельствах.
- Но как?! - выдохнула мачеха. - Его же должна была расколдовать Ирэн!
Стефан хмыкнул и пожал плечами.
- Кажется, я знаю. Я ведь, можно сказать, выступал доверенным лицом Ирэн. Принял сковороду от ее имени и должен был ей передать. Видимо, магия сочла это достаточным.
- Снятие приворота по доверенности? - пробормотала я потрясенно. - Погоди, я ведь не подписывала никаких бумаг!
Стефан отчего-то... смутился? Глаза отвел, и кончики острых ушей покраснели.
Ой, что-то он темнит. И мне это не нравится. Прямо очень-очень не нравится!
- Приворота? - пробормотал Титан, потер лоб и глубоко задумался.
Ура, сработало! Молибден принялся что-то вполголоса ему объяснять. Сдается мне, Титан нескоро теперь надумает жениться. О детях и говорить нечего. Прогадали его родители... и сами дураки!
Я не прислушивалась. Требовательно смотрела на жениха. Может, сковороду в руки взять? Для солидности?
- Ну-у-у?
Стефан вздохнул, поднял на меня виноватый взгляд и сказал:
- Я подделал свидетельство о нашем браке. И действовал в твоих интересах как законный муж.
Что? Нет, что-о-о-о?!
- Где нужно расписаться? - спросила я.
- Чтобы признать брак недействительным, тебе достаточно... - начал Стефан.
- Ты не понял, - перебила я и улыбнулась ему широко, радостно. - Я спрашиваю, где нужно расписаться, чтобы стать мужем и женой по-настоящему?
Он замер.
- Ты хочешь?.. А как же свадьба? Разве девушки не мечтают о торжественной церемонии? Кроме того, твое добровольное волеизъявление...
Пришлось зажать ему рот.
- Церемонии, которую организует твоя мама? Бр-р-р! - и передернулась. - И вообще, я хочу свою собственную свадьбу! А не такую, о которой мечтают другие.
Глаза Стефана вспыхнули.
- Я люблю тебя, - сказал он просто и поцеловал мою ладонь. - Какую свадьбу ты хочешь?
- Ну-у-у, - протянула я весело и высунулась из его объятий. - Эй, мистер, как вас там? Вы же настоящий священник?
Сморщенный старикан в жреческих одеждах - комбезе из парчи и шапочке наподобие гайки - оторопело кивнул. Даже причитать перестал.
- Д-да, - выговорил он с запинкой.
- Вот и замечательно, - обрадовалась я. - Вы-то нам и нужны! Как вы смотрите на то, чтобы нас быстренько обвенчать? А мой... уже муж взамен будет защищать вас в суде? Соглашайтесь, он отличный адвокат.
Ну правда же, почему контрабандисту и убийце можно, а сектанту нельзя?
Дедок только моргал.
Плечи Стефана затряслись.
- Любимая, - сказал он дрожащим от смеха голосом. - Ты бесподобна! И уже распоряжаешься мной, как самая настоящая жена.