Отлично, – подумала Люси. Скрипуны решили, что Элла, сидевшая в яркой куртке, это она. Всё, как они с Норманом и планировали.
– Пора цап! Ее и куртку, – прошипел третий голос.
Люси заметила в тени какое-то движение. Живот у нее свело от страха, руки покрылись мурашками, а волосы на голове встали дыбом, когда четыре Скрипуна выползли из темноты, и Люси впервые их увидела.
Кожа у них была черной, как патока, и липко блестела, как у слизняка. Уши с прожилками напоминали увядшие капустные листья, длинные острые когти клацали по полу. За каждым тянулся мерзкий хвост, похожий на коричневую банановую кожуру.
Один за другим они встали на ноги. Они были такие маленькие, что помещались под кроватью Люси в полный рост.
Люси прищурилась. Из своего укрытия в шкафу она видела их как на ладони…
Длинные руки у одного из них были, словно веснушками, покрыты болячками.
У другого руки шелушились, и Люси вспомнила, как во время каникул она обгорела на солнце.
У самого пухлого из огромных ушей торчали пучки шерсти, а живот был похож на мяч.
У последнего Скрипуна, явившегося из темноты, на спине были торчащие во все стороны шипы.
Он был главным – Люси сразу догадалась, увидев, как остальные Скрипуны расступались перед ним, когда он скрипел по деревянным половицам на самую середину комнаты.
Люси затошнило. Скрипуны оказались самыми мерзкими существами, которых ей когда-либо приходилось видеть. Но самое отвратительное ожидало ее впереди.
– Глянь-ка сюды! – сказал жирный и круглый, подбирая с пола кусок испорченной пиццы с пушистой зеленой плесенью на корочке. Норман вытащил ее из мусоровоза, решив, что она станет отличной приманкой для Скрипунов. И не ошибся! – подумала Люси и отвернулась, чтобы не видеть, как существо жадно обнюхивает пиццу.
– Шварк енто на место, Вонючка! Мы тута не за этим! – прошипел лидер.
Вонючка? Какое ужасное имя! – подумала Люси. Но тут Вонючка пукнул, и Люси сразу поняла, почему его так прозвали.
– Ворчун, да ты поглядь, како богачество! – воскликнул Вонючка, рассматривая тропу из мусора.
Ворчун? Еще хуже, чем Вонючка! – подумала Люси, но это имя очень подходило существу с шипами на спине и хмурым лицом.
– Ён прав! Цап енто, Ворчун. Оченна прекрасное, не будем…
– Шварк! – выпалил Скрипун с болячками, перебив Скрипуна с шелушащейся кожей.
– Нюхач, цыц, когда я говорить!
– Звиняй, Царапун, звиняй! Опять забывать! – извинился Нюхач.
Ворчун, Вонючка, Нюхач и Царапун. Люси повторила про себя их имена. Омерзительные имена омерзительных существ.
– Лады. Тока быстр-быстр скрипаем! – сказал Ворчун, и четыре Скрипуна стали делать нечто странное. Вытянув липкие руки и ноги, они стали кататься по комнате. Они катались по сочным кускам пиццы, по пустым коробкам из-под хлопьев, по старым бутербродным коркам, по потерявшему пару грязному ботинку, по остаткам ужина и всему остальному мусору, и Люси вдруг заметила, что всё это пристает к их липкой коже.
Когда они накатались вдоволь и встали на ноги, пол был чистый, а Скрипуны покрылись мусором, от липкой головы до пальцев ног.
Это было самое странное зрелище, которое Люси когда-либо доводилось видеть. Четыре необыкновенных маленьких существа, покрытых мусором и грязью!
Ворчун, Вонючка, Нюхач и Царапун посмотрели друг на друга и расхохотались.
Знаешь, Скрипуны смеются совсем не так, как ты или я. Они приходят из мира-наоборот, в котором правильное – неправильно, хорошее – плохо, и где смех больше похож на плач младенца. Они вопили минут пять, радуясь своим гадким находкам, и, как раз в тот момент, когда Люси подумала, что они разбудят Эллу и Нормана, Нюхач сунул маслянистую черную лапу в мешочек, завязанный вокруг его шеи, и достал оттуда еще одну щепотку золотистой пыли.
– Штоб наверняка, – пояснил Нюхач и сдунул Сонную Пыль с ладони. Волшебная пыль снова осела в уголках глаз Эллы и Нормана.
– Вот теперь они нам не мешать, – добавил Нюхач и хрюкнул как свинья.
Сердце Люси бешено забилось. Скрипуны не знали, что она прячется в шкафу, а если бы узнали, то и ее бы осыпали волшебной снотворной пылью.
И тут ей в голову пришла мысль. Вернее, эта идея болталась прямо у нее над головой. На вешалке висел ее купальник, а поверх него – очки для плавания. Она быстро схватила их и надела. Теперь ей была не страшна Сонная Пыль, которая могла случайно залететь в шкаф.
– Ну! Цап вонючу куртку, и айда в Волеб! – прохрипел Ворчун, начиная скрипеть по полу в сторону Эллы.
Три других Скрипуна мрачно двинулись за ним следом, и остановились посреди комнаты. Они подкрались к погруженной в сладкий сон Элле, протянули лапы, схватили куртку и направились прямо к тому месту на полу, которое было помечено буквой С.
Туда, куда Люси и хотела, чтобы они пришли…
Глава 12Ворчун, Вонючка, Нюхач и Царапун
Люси посмотрела наверх, на свисавшую с потолка тяжелую корзину для белья, затем вниз – на четырех Скрипунов.
Еще… один… шаг… – подумала Люси, и я вас…
И она запустила ловушку для Скрипунов. Закрученная вокруг вешалок скакалка развязалась и со свистом вырвалась из платяного шкафа, так быстро, что Люси и не заметила, как она пролетела по комнате. Корзина для белья с грохотом рухнула с потолка и накрыла Скрипунов.
– НИ! – прорычал Ворчун.
– ОЙ! – пробормотал Вонючка.
– ПУСТИТЬ МЕНЯ! – пропищал Царапун.
– НАС ЦАП-ЦАП! – провизжал Нюхач.
Скрипуны в панике орали. Люси выскочила из шкафа. Сердце в ее груди дребезжало как будильник.
– Енто ребятенка! – прохрипел Ворчун. – Сидей в шкафу!
– Фулиганка! – выругался Вонючка.
– От непослуха! От маленька…
– …дрянь! – крикнул Нюхач, перебив Царапуна, ударившего его по голове. – Звиняй-звиняй!
Ворчун сунул лапу в мешочек на шее Нюхача и вытащил щепотку золотистой пыли. Он дунул прямо в лицо девочке, и Скрипуны со злорадством смотрели, как пыль летит по воздуху и тянется к Люси золотистыми пальцами, как будто сама находит цель. Но на этот раз Сонная Пыль попала не в глаза, а на стекла очков для плавания и, бесполезная, осыпалась на пол.
Нюхач в ужасе вздохнул и потерял сознание. Ни одному ребятенку – прости, ребенку – не удавалось противостоять Сонной Пыли.
– Ты, маленька фокусница! – плюнул Ворчун.
– Видал-видал? У ребятенка чудесаты наглазники от Пыли! – в панике пробормотал Вонючка.
Царапун пихнул Нюхача в живот.
– Нюхач! Нюхач! Это я, Царапун! Приди…
– …в себя! – сказал Нюхач, приходя в себя.
– Хитрющща мелка ребятенка! – прорычал Ворчун, глядя на Люси.
Вдруг он начал царапать когтями пол через плетеную решетку перевернутой вверх дном корзины, которая с трудом вмещала в себя четверых. Другие Скрипуны последовали его примеру, отталкиваясь когтями от пола. Корзина начала медленно перемещаться по полу в сторону кровати, а Норман спал и некому было навалиться на нее и остановить.
Люси заставила себя победить страх и пробежала через всю комнату. Она запрыгнула на корзину, придавила ее к полу и Скрипуны снова стали пленниками.
– Отпускай нас! Пускай-отпускай! – завопили Скрипуны.
– Нет, я вас не выпущу! – сказала Люси, сидя верхом на корзине с монстрами. Ее голос дрожал от волнения. Ей было очень страшно, ведь она не видела, что замышляют Скрипуны у нее под ногами, но слезть с корзины не могла, ведь иначе они бы разбежались. Когда она перегнулась через край и заглянула в корзину, Скрипуны спрятались в тень. Люси видела лишь их длинные, мерзкие лапы, царапающие пол.
Люси очень хотелось зажечь свет, но выключатель находился на другом конце комнаты. Если бы только у нее был…
ФОНАРИК НОРМАНА!
Он лежал на кровати рядом с ним, но сможет ли она до него дотянуться?
– Что ребятенка творит? – испуганно пробормотал Вонючка.
– Не видайт! – прорычал Ворчун.
– Кудай-то лезет, – прохрипел Царапун.
– АААААААААЙ! Яркий! Яркий! – отчаянно завопил Нюхач, когда Люси включила фонарик и посветила им сквозь решетку корзинки, пытаясь рассмотреть Скрипунов.
– Долой свет, гадка ребятенка! Горячо!!! – вскрикнул Ворчун и съежился, прячась от света.
Люси почувствовала вонь, запахло палеными волосами. Она поняла, что Скрипунам не просто не нравился свет от фонарика. Он причинял им боль. Он их обжигал.
– О, мне так жаль! – извинилась Люси и тут же выключила фонарик. Эти существа были отвратительны, но мучить их Люси не собиралась. Ни одно существо этого не заслуживало.
– От так, хороша ребятенка, – вздохнул Вонючка, дуя на ожоги. – Поднимай ловушку, мы уходить. Не трогать тебя и твоих друзей, – добавил он, буравя Люси своими глазками-бусинками.
– Элла! Норман! – позвала Люси, вспомнив вдруг о друзьях. Она слегка подтолкнула Эллу, лежавшую рядом с корзиной. – Элла, это я, Люси! Ты меня слышишь?
Но Элла не открыла глаза. Она мирно спала и сопела во сне.
– Эй, не будить-трясти спящ ребятенок, – посоветовал Нюхач. – Не будить, кого усыпила Пыль. Не то в башке всё перемешаться.
– В голове перемешается? От пыли? – озадаченно спросила Люси.
– Да, ребятенки засыпайт от чуть-чуть Пыли! И нам без проблемов скрипеть повсюду…Ой! – вскрикнул Нюхач, потому что Ворчун ткнул локтем в его круглый живот.
– Цыц, болотна голова! Лишне людям говорить! – рассердился Ворчун.
– Нет! Не молчи! – попросила Люси. – Для этого я вас и поймала. Мне нужны ответы, и вы никуда не уйдете, пока я их не получу!
Скрипуны замолчали, и Люси почувствовала, что они переглядываются в корзине под ее ногами.
– Ничо не сказать ребятенку, – твердо сказал Ворчун. – Ждать-пождать еще Скрипуны. Они приходить и освободить нас! – добавил он громче.
– У тебя ща быть мусорна куча проблем! – коварно улыбнулся Царапун.