а все то, что он мог мне дать. Но едва представив, как мы поутру будем смотреть друг другу в глаза, стыдливо отводить взгляды и чувствовать, что все-таки предали друг друга, я нашла в себе силы опустить руки и замереть.
– Ийле… как же я по тебе скучал!
– Остановись, Рэйв, – выдавила я, когда альтер нетерпеливо дернул завязки платья и стал жадно выцеловывать мою шею. – Пожалуйста, не надо.
– Что?
– Остановись, прошу тебя, – со слезами на глазах повторила я и посмотрела на его раскрасневшееся лицо. Долгим, уставшим и тяжелым взглядом, встретив который Рэйв вздрогнул и, тяжело дыша, все-таки замер.
– И… Инга?!
Я сумрачно кивнула. Мне показалось, он хотел сказать что-то еще, но тут заметил мои оголившиеся плечи и находящееся в полнейшем беспорядке платье. Окинул взглядом растрепавшиеся волосы. Осознал, что до сих пор прижимает меня к стене, а мои ноги плотно обхватывают его бедра. После чего отстранился, опустил голову и хрипло уронил:
– Прости. Я не хотел.
Да. И ты меня прости. Я напрасно поддалась искушению и допустила мысль, что на моем месте ты мог увидеть именно меня. Но это и впрямь была всего лишь иллюзия. Жестокая шутка. Проверка. Всего лишь очередной обман, в котором одно женское имя было так легко перепутать с другим. И пускай кровь еще бурлит, тело жаждет ласки, а в голове одна за другой проносятся волнующие картинки, нам действительно нельзя. Тебе – особенно, Рэйвен. Ведь это значило бы, что ты предал ту, ради которой проделал такой долгий путь. А раз ты предал Ийле, значит, испытание провалено. В этом ведь был его смысл, не так ли?
Жаль, что я больше не вижу твоих глаз – ты вовремя отступил, не дав мне повода в тебе усомниться. Но одновременно это и облегчение – не знать, о чем ты сейчас думаешь, и не замечать, как неохотно гаснут жаркие искры в твоих расширенных зрачках.
Тебе нелегко, я знаю. Мне, поверь, тоже несладко. Но если мы уступим сейчас, завтра будет только хуже.
– Хочешь, чтобы я ушел? – тихо спросил альтер, когда успокоился и рискнул снова повернуться.
Я молча покачала головой.
– Иди сюда, – выдохнул он, и я, поколебавшись, все-таки подошла, не зная, как теперь на него реагировать. Старательно прислушиваясь к себе. Пытаясь понять. Разобраться, что же это действительно было. Одновременно остро желая и так же яростно протестуя против того, чтобы Рэйв опять меня поцеловал.
Вместо этого он бережно меня обнял и, уткнув нос в макушку, надолго замолчал, рассеянно поглаживая мою напряженную спину и давая время прийти в себя. Ничего не просил, не требовал, не объяснял и не извинялся. Теплый, надежный и понимающий меня гораздо лучше, чем порой я понимала себя сама. Если бы он что-то сказал, я бы, скорее всего, не выдержала. Вспылила. Если бы меня снова коснулись его губы, точно бы поддалась и потом именно его обвинила в глупости. Но Рэйв не сделал ни того, ни другого. Он просто был рядом. Но именно здесь и сейчас это было то единственное, в чем я действительно нуждалась.
Сколько мы так стояли, обнявшись уже не как несостоявшиеся любовники, а просто как близкие люди, которым есть чем поделиться, не могу сказать. Я не засекала время. Но когда Рэйв все-таки отстранился, я уже пришла в себя полностью. А когда он во второй раз спросил, не стоит ли ему уйти, без малейшего сомнения ответила:
– Нет. Если ты побудешь со мной, мне станет намного спокойнее.
Глава 20
Остаток дня мы провели вдвоем, по молчаливому согласию больше не вспоминая о недавнем испытании. Чтобы разрядить обстановку, я попросила альтера изменить интерьер, убрав с глаз долой предназначенную для утех кровать. Однако Рэйв сделал гораздо лучше – преобразовал доставшееся нам помещение в мою маленькую квартирку. Потом сходил в душ сбросить оставшееся напряжение. Я тоже привела себя в порядок. А потом мы до поздней ночи пили на кухне ароматный кофе и мирно беседовали обо всем, что только могло взбрести в голову.
Пожалуй, это были самые лучшие часы за все время, что мы проводили вместе. Мне было хорошо и на удивление уютно. Альтер тоже выглядел расслабленным и вновь поразил меня познаниями о моем родном мире и теми обыденными вещами, которые мы обычно не замечаем в людях, которые ничего для нас не значат. Тем, как он сидит, сложив на столе руки. Как улыбается уголками губ, если решит, что я сказала что-то забавное. Как смотрит в ответ. Наливает себе новую порцию кофе. Ставит на плиту чайник, когда кофе все же закончился. И привычным движением заваривает чай, словно мы уже тысячу раз проводили так время и он успел запомнить, какой крепости напиток мне нравится.
Признаться, после всего случившегося я даже задумалась, а не умеет ли Рэйв читать мысли. Он всегда так мало говорил, но при этом так много спрашивал, так искренне интересовался малозначительными деталями и, наоборот, избегал говорить о самом важном…
Порой мне и вовсе казалось, что он знает больше, чем говорит. Но так это было или нет, Рэйв не захотел признаваться.
– Завтра я отвечу на все твои вопросы, – с грустной улыбкой сообщил альтер, когда я все же набралась смелости его спросить.
– Почему не сегодня?
– Я не уверен, что это будет безопасно.
– Но ты же прошел испытание, – озадачилась я. – Все закончилось, разве нет?
– Завтра я должен буду вернуть отцу скрижаль и взамен получить то, ради чего все это затевалось. Можешь считать, что я суеверный. Но до завтра ничего тебе не скажу. Так будет лучше.
– Твоя скрижаль! – спохватилась я. – Она же в кармане была, когда мы… когда ты перекинулся! Она что, осталась в Миране?!
Рэйв снова улыбнулся и показал пустую ладонь, на которой внезапно появился и начал стремительно разгораться серебристый огонек. Сперва он был совсем крохотным, как искра. Затем разросся в уже вполне приличную точку. А через пару минут на ее месте над рукой альтера зависла самая настоящая скрижаль. Правда, выглядела она совсем не такой, какой я ее помнила.
В последний раз, когда Кин ее доставал, это была обычная галька, тут и там покрытая разноцветными вкраплениями. А теперь вся ее поверхность была расцвечена ярко блестящими искорками, словно невзрачный камень обсыпали клеем, а затем обмакнули в ведро с драгоценными камнями. Размеры у скрижали почти не изменились – как и раньше, она только-только умещалась на ладони Рэйва. Только за то время, что он проходил свой загадочный ритуал, заметно преобразилась, облагородилась и теперь напоминала ценный экспонат из королевской сокровищницы.
Перехватив мой растерянный взгляд, Рэйв негромко рассмеялся:
– Чему ты так удивилась? Мы же умеем изменять пространство.
– Ты все это время хранил ее в себе?!
– Когда научился менять облик, да. Так надежнее.
– А как же тогда?..
– Прежде чем начать ритуал, я капнул на нее пару капель своей крови, – пояснил Рэйв. – Поэтому все, что происходило со мной, затронуло и скрижаль. Здесь записано все, что я делал, через что прошел, о чем думал и чего желал. Когда отец ее прочтет, он должен будет принять решение, достоин ли я ритуала передачи силы. Если да, то больше никаких ограничений не будет. Если же нет…
Я осторожно дотронулась до сверкающей в руках альтера скрижали и непроизвольно вздрогнула: она была теплой. Как будто живой. Впрочем, если в ней и правда все это время жила капля крови хозяина, то, наверное, так и должно быть?
– Пожалуй, мне пора, – с сожалением произнес Рэйв, и скрижаль, сверкнув напоследок всеми цветами радуги, снова исчезла. А мужчина поднялся из-за стола и, поставив в мойку грязную чашку, выразительно покосился на краешек виднеющегося из-за угла дивана. – Тебе, наверное, нужно отдохнуть. День выдался насыщенным. Ты поприсутствуешь завтра на финальной части ритуала?
Я моментально насторожилась:
– А надо?
– Я бы хотел, чтобы ты это увидела, – едва заметно улыбнулся Рэйв. И я не нашла в себе силы ему отказать. Да и интересно мне было: каково это, когда чистокровный альтер вступает в полную силу? Чем вообще закончится этот странный обряд? Грандиозным фейерверком? Праздничным обедом? Каким-нибудь чудом? Как конкретно будет происходить процесс передачи, если Рэйва сочтут достойным следующей ступени? И еще мелькнула мысль, что если все же ничего не выйдет, то ему, наверное, понадобится поддержка.
Не знаю, какие у альтеров, так сказать, критерии допуска, но лично мне было все равно, есть у него сила или нет. Рэйв был ее достоин, так я считала. Но если со мной не согласятся его родные, то от общения с ним я не откажусь. Для меня ценность того или иного разумного определялась не размерами кошелька и не шириной магических возможностей. Лишь бы человек был хороший, а все остальное мне откровенно до лампочки.
Когда Рэйв вышел в коридор и взялся за ручку входной двери, мне отчего-то стало неуютно. Не то чтобы предчувствие дурное появилось, но как-то разом вспомнилось, что в отношении трансформации альтер все еще не слишком стабилен. А в этом мире даже Таль с Кином ему не помогут. Завтра он обещал, что проведет меня в белый мир. Но до завтра еще дожить надо. А если с ним за ночь что-то случится?
– В чем дело? – нахмурился Рэйв, когда я загородила ему дорогу.
– Не думаю, что это хорошая идея – расставаться накануне важного мероприятия. Непонятный мир с непонятными правилами… мне будет спокойнее, если ты переночуешь здесь.
– А тебя не смутит мое присутствие?
Я только фыркнула:
– Раньше же не смущало?
Правда, деликатно умолчала о том, что раньше мы не теряли голову в присутствии друг друга и не оказывались в одном шаге от того, чтобы перевести отношения в горизонтальную плоскость.
Вероятно, Рэйв тоже об этом подумал, потому что уставился на меня с откровенным сомнением. Полагаю, ему было намного сложнее, чем мне. И в тот момент, когда надо было остановиться. И потом, когда нам обоим пришлось справляться с последствиями прогулки по коридору желаний. У мужчин это происходит несколько иначе, поэтому его беспокойство я прекрасно понимала. Но в то же время рисковать его будущим и своим возвращением не хотела, поэтому, пока альтер колебался, я решительно захлопнула дверь и строго на него посмотрела.