Собственно, галька здесь была двух видов: в основном невзрачная, овальной формы, матово-серая, однако вдоль кромки волн виднелись и другие камни. Таких же форм и размеров, только словно сделанные из хрусталя. Или же выточенные из гигантских алмазов, на поверхности которых то и дело сверкали загадочные блики, отчего казалось, что камни сейчас оживут.
– Инга? – обеспокоенно спросил все тот же голос, и я медленно подняла заплаканное лицо с бегущими по щекам дорожками слез.
Рэйв…
Конечно, кто бы еще сумел отрастить себе крылья и поймать меня над огромным городом буквально за пару минут до того, как стало поздно? Но раз он здесь, то это означает, что ритуал не закончен. А раз его не закончили, значит, Рэйв больше никогда не станет полноценным?!
– Что же ты наделал… – прошептала я, коснувшись ладонью его щеки.
Альтер устало выдохнул:
– То, что должен. Я больше не могу смотреть на то, как ты умираешь.
– Но твоя скрижаль… теперь ты не сможешь перейти ни в один мир!
– Да мне плевать, – прерывисто вздохнул он, заглянув в мое расстроенное лицо. – Зачем мне сила, если я не смогу удивить ею тебя? И зачем все эти миры, если ты меня в них не встретишь?
Я ошеломленно моргнула.
– Рэйв! Что ты такое говоришь?!
– То, что следовало сказать с самого начала, – шепнул он. – Я люблю тебя… Инга, люблю до безумия. Я схожу с ума, когда тебе больно или плохо. Мне нужны твой смех, твоя улыбка, голос… я все отдам, лишь бы ты была счастлива. И мне будет незачем жить, если тебя однажды не станет!
Я вздрогнула, неверяще уставившись на склонившегося надо мной альтера, но он больше не стал ждать, и мои губы снова обожгло поцелуем. Долгим, тягуче-нежным, лишь самую чуточку страстным и настолько искренним, что не поверить в него было невозможно. Это был почти такой же поцелуй, как тот, который Рэйв подарил мне в коридоре желаний. Но сейчас над ним не довлели ни любовная пыльца, ни сводящие с ума феромоны. Он был здесь, со мной. И все было почти точно так же, как и тогда… за одним-единственным исключением: сегодня я знала, что это был именно мой поцелуй. Вся его забота, прикосновения, сдержанное желание – все это именно мне, а не кому-то другому, дарил прильнувший ко мне мужчина. Самый лучший, внимательный и заботливый. Мужчина, которому я поверила и которого так неожиданно полюбила. Пусть не человек. Альтер, который стал мне дороже всего на свете. И он не пожалел себя, чтобы спасти меня от такого кошмара, который я бы никому не пожелала пережить.
Наверное, именно тогда я все-таки поверила, что все это происходит по-настоящему. И, с головой окунувшись в бескрайнее море нежности, напрочь забыла обо всем на свете. О том, что совсем недавно падала. О том, что была готова умереть. О том, как сомневалась, боялась и глотала соленые слезы. Вместо этого, прильнув к обнявшему меня альтеру, я беззастенчиво ему отвечала. Зарывшись пальцами в его короткие волосы, настойчиво тянула его к себе, ближе, бессовестно наслаждалась… просто пила его поцелуй, как самое лучшее в мире лекарство. И с каждым мгновением чувствовала, как отпускает скопившаяся во мне боль, как уходят без следа грызущая нутро тоска и горечь. Как оживает внутри едва не отлетевшая душа. И как разрастается в ней совершенно новое чувство. Большое, сильное. То самое чувство, которого мне так не хватало.
Он любит… боже! Я и не знала, что это такое счастье – слышать из уст мужчины такие простые и вместе с тем волшебные слова!
– И я тебя люблю, – прошептала я, ненадолго оторвавшись от его губ.
Рэйв слабо улыбнулся, его глаза вспыхнули. И на пару мгновений альтер снова порывисто прильнул, молчаливо благодаря за признание, а затем отстранился, провел кончиками пальцев по моей щеке и спросил:
– Тогда почему ты плачешь, любовь моя?
– Не знаю, – я шмыгнула носом. – Наверное, от счастья?
– От счастья можно плакать, – обняв меня еще крепче, разрешил он. – А вот от всего остального нельзя.
– Хорошо, не буду, – сквозь слезы улыбнулась я и прильнула к его груди, с немалой долей растерянности вспоминая, переживая и привыкая к тому, что между нами произошло.
Рэйв не мешал мне молчать и заново переосмысливать наши с ним отношения. Как и вчера, он просто был рядом. Терпеливо ждал, когда я осознаю все до конца и успокоюсь. Ласково перебирал мои волосы. Тоже, наверное, о чем-то думал. И встрепенулся, только когда я пошевелилась и, осознав одну важную мысль, тревожно на него посмотрела.
– Что? Что ты еще себе придумала?
– Твоя невеста, – с беспокойством напомнила я. – А как же она?
Рэйв тяжело вздохнул:
– Инга, все это время именно ты должна была стать моей невестой. И это тебя я терял каждый раз, когда проваливал очередное испытание.
Я растерялась:
– Прости… я не понимаю…
На альтера стало больно смотреть. Он сгорбился, его красивые крылья поникли. Но прежде, чем он успел что-то сказать, в воздухе пропела невидимая струна, пространство у Рэйва за спиной расступилось, а на каменистый пляж бесшумно ступила немолодая, но на редкость красивая пара: рыжеволосый мужчина со смутно знакомым лицом и такая же рыжеволосая статная женщина, которая посмотрела на нас с затаенной улыбкой.
– Вот так, – довольно сказал господин тар Ррэге, швырнув себе под ноги что-то овальное, тяжелое и блестящее. – Пожалуй, тут ей самое место.
Я сперва опешила, а потом поняла – да это же скрижаль! Правда, пару минут назад она выглядела немного иначе, но ошибиться невозможно – это была именно она! Скрижаль Рэйва! Когда же мой взгляд упал на разбросанные тут и там такие же сверкающие «бриллианты», мою голову озарила еще одна догадка. И я в полнейшей оторопи оглядела сверкающий пляж, с трудом осознавая одну простую вещь. Оказывается, все это, все, что тут валялось бесполезными камнями, когда-то принадлежало молодым альтерам! Но вместо того, чтобы хранить эти камни – свидетельство с таким трудом полученного могущества, их просто-напросто выбросили на пляж, словно ненужное барахло!
– На самом деле в ней нет ничего ценного, – перехватив мой обалдевший взгляд, сообщил отец Рэйва. – Скрижаль – всего лишь маяк. Указатель того, что мы движемся правильно. Но когда путь заканчивается, необходимость в маяке отпадает. И он возвращается туда, откуда альтер его взял. В промежуточный мир. В исходную точку, где много-много веков и тысячелетий назад зародился и стал самостоятельным самый первый созданный нами мир.
Пока я изумленно таращилась на старшего альтера, Рэйв поднялся на ноги. И, заслонив меня собой, хмуро уставился на родителей.
– Не сердись, мой мальчик, – на удивление тепло улыбнулась ему мать. – Свое единственное и самое важное испытание ты уже прошел и доказал, что достоин женщины, которую любишь.
– Как вы могли так со мной поступить? – сжал зубы Рэйв.
– Прости, родной, – повторила рыжеволосая леди. – Но по-настоящему ваша сила раскрывается лишь в момент самых сильных эмоций. С твоей любимой ничего бы не случилось, но ты должен был верить в то, что это не так.
– Что значит, не случилось бы?! – воскликнула я, тоже поднимаясь с земли.
Леди тар Ррэге ласково мне улыбнулась.
– Если бы наш сын принял неверное решение, поутру ты бы проснулась в своей постели в полной уверенности, что видела обычный сон. Ты бы забыла его лицо, другие миры, всех, кого там встретила, и прожила обычную жизнь без ненужных тревог и волнений. Однако, на свое счастье, Рэйвен выбрал правильно. Предпочел остаться без скрижали, но сохранить тебя. В этом и было его настоящее испытание. И он его, к моей искренней радости, с честью прошел.
– Исп-пытание?! – прочти прошептал Рэйв, переводя раздраженный взгляд с одного родителя на другого.
– Все правильно, сын, – спокойно кивнул господин тар Ррэге. – Альтер, не сумевший даже с девятой попытки завоевать сердце любимой женщины, несостоятелен как мужчина. А мужчина, готовый без колебаний променять жизнь возлюбленной на мифическое могущество, недостоин своей силы.
– Так он… все-таки прошел? – неверяще пролепетала я.
– Он на чистом наитии отрастил крылья и рискнул упасть вслед за тобой, – снова улыбнулась леди тар Ррэге. – Полет – самое сложное умение в арсенале альтера. Без подготовки спрыгнуть со скалы нередко означает потерять не только здоровье, но и жизнь. Но Рэйвен рискнул. Он смог тебя спасти. И вернул вас обоих сюда, в изначальный мир. Как бы он смог это сделать, если бы его сила не пробудилась?
Я подняла взгляд на Рэйва, но тот выглядел таким же растерянным, как и я. Но потом в его глазах мелькнуло понимание.
– Иногда, чтобы взлететь, не нужны никакие крылья, – медленно проговорил он. – А порой лишь падение может спасти от смерти… Дирршасс был прав. И он действительно видел наше будущее.
– Он сказал, что я все делаю правильно, – вздрогнула я. – И еще советовал не сомневаться… иными словами, верить. Верить тебе!
Рэйв глубоко вздохнул и, не стесняясь родителей, привлек меня к себе.
– Как он и говорил, я совершил массу глупостей. И целых восемь раз ошибался, прежде чем смог тебя спасти.
– Дракон намекнул, что ошибки будут и дальше…
– Да. Но самую главную я планирую исправить прямо сейчас.
– Любите друг друга, дети, – с понимающей улыбкой сказала леди тар Ррэге, неожиданно отступив в сторону. – Ты хорошая девочка, Инга. Я буду рада познакомиться поближе. Ближайшие два года мы еще проведем в белом мире, а потом… найдете нас где-нибудь в зеленом спектре. Или в голубом. Я всегда любила моря и океаны. Кстати, Рэйвен, береги свое сокровище. Эта девочка была готова умереть за тебя. И если ты когда-нибудь ее обидишь, я тебе, как мать, этого не прощу.
Меня крепко обняли, а затем альтер уткнул нос в мои волосы и шумно выдохнул.
– Больше никогда.
А когда его родители так же незаметно, как появились, исчезли, отстранился, обнял мое лицо и тихо добавил:
– Я обещал рассказать тебе правду, Инга. И на сто процентов уверен, что она далеко не вся тебе понравится. Ты можешь отказаться меня слушать, и я не буду ни на чем настаивать. А можешь рискнуть, и тогда, возможно, узнаешь то, чего предпочла бы не знать вовсе. Так или иначе, я приму любое твое решение. И если ты скажешь, чтобы я молчал…