– Я правда смогу, я тебя не брошу, – отчего-то насупился пацан, а его глаза в темноте блеснули, словно на них попал солнечный лучик. – Шагу отсюда не ступлю, если тебе так будет спокойнее.
Я проследила, как мой защитник усаживается рядом и берет меня за руку, а затем улыбнулась. И правда, с чего я посчитала его слабым? Смелый, решительный… настоящий мужчина. Просто еще маленький, но это со временем пройдет.
На этой мысли я, как ни странно, заснула, чувствуя себя в полной безопасности. А когда снова открыла глаза, то обнаружила, что все уже в сборе, Рэйв и Таль проворно увязывают вещи, на полу передо мной стоит открытая банка тушенки с воткнутой туда пластиковой вилкой. А маленький Кин с очень серьезным видом сидит рядом и по-прежнему держит меня за руку.
Честное слово, когда я это увидела, мне стало неловко. Похоже, мальчик так ответственно отнесся к моим страхам, что до утра даже не прилег. С моей стороны было настоящим свинством принимать от него такую помощь. Поэтому я встала, смущенно перед ним извинилась, быстро чмокнула маленького героя в щеку и убежала умываться, чувствуя, как горят от стыда щеки.
Впрочем, когда я вернулась и принялась за завтрак, никто из троицы не вымолвил ни слова. А когда я собралась, они так же молча двинулись к выходу, стараясь побыстрее покинуть мрачные подземелья. Я при этом подумала, что, раз уж этот мир такой неприветливый, то может, нам и не стоило отсюда уходить? Подземелья давали хоть какую-то защиту – от ветра, песка и бурь, даже от животных. Но Кин, когда я тихонько его об этом спросила, так же тихо ответил:
– Нет. Нужно постоянно двигаться, иначе вытеснение начнется гораздо раньше.
Больше вопросов я не задавала и постаралась не сорваться с неудобной лестницы, чтобы Рэйву больше не пришлось меня ловить. И, надо сказать, мне это удалось. Правда, уже выбираясь на поверхность, я умудрилась зацепиться ногой за край люка и чуть не грохнулась, но выбравшаяся на поверхность первой Таль успела подхватить меня под локоть. После чего в своей манере пробурчала:
– Да что ж ты все убиться-то норовишь?
– Извини, – покаянно вздохнула я, отводя глаза.
– Стой тут, не двигайся, – велела девица, мельком оглядев нагромождение камней вокруг. – С таким везением, как у тебя, глаз да глаз нужен, иначе или сама убьешься, или нас под монастырь подведешь.
Мне стало чуточку обидно, но в чем-то Таль была права: я существо, не слишком приспособленное для походов, экстремальных видов спорта или выживания в непривычных для себя условиях. В детстве и особенно в подростковом возрасте родители упорно пытались приучить меня к туризму, велосипедам и ночевкам в лесу, но со временем поняли: это совершенно не мое. Я исключительно городской житель. Люблю комфорт, уют и тишину. И спальный мешок в моих вещах нашелся лишь потому, что после переезда на новую квартиру, пока я не приобрела диван, спать было попросту не на чем. Потом я про мешок забыла, убрав в дальний угол шкафа. А Рэйв каким-то чудом нашел. Так что да, сейчас мне лучше было постоять в сторонке, дожидаясь появления остальных, а потом смирно топать за ними к машине, которая за ночь, благодаря буре, превратилась в настоящую дюну.
– Вот же черт, – пробормотала Таль, когда обнаружила на месте нашего транспортного средства гору темно-красного песка. – Еще, того и гляди, и не заведем теперь.
– Раскапывайте двери, – велел Рэйв, подойдя к капоту и одним движением сгребя с него огромную песчаную гору. – Сейчас попробуем ее оживить.
Пока он со скрипом открывал капот, мы с Кином бросили рюкзаки и, обмотав лица платками, принялись руками счищать с машины песок. Он был еще теплым, словно не успел остыть за ночь, неприятным на ощупь и каким-то особенно колючим. Пожалуй, если бы Таль не достала из мешка кожаные перчатки, я бы точно все руки исцарапала. А так ничего, справилась. Хотя все время, пока сгребала песок в сторону, с недоумением косилась на девицу.
Что за шутки? Вчера она у Кина вещи не взяла, вечером тоже ничего не сделала, чтобы помочь нам обустроиться, утром мальчик опять взгромоздил на спину тяжеленный мешок, а Таль даже не пошевелилась. Да и сейчас она отступила в сторону, не желая участвовать в раскопках. А Рэйв почему-то не сделал ей замечания.
– Что-нибудь видишь? – словно услышав мои мысли, спросил из-под капота мужчина.
Таль, еще раньше отступившая в сторону, напряженно всмотрелась в даль:
– Пока тишина. Но на горизонте что-то виднеется, так что, ребят, вам лучше поторопиться.
Я беспокойно обернулась, но в той стороне, куда смотрела девица, не увидела ничего особенного. Желтое небо, убегающее в бесконечность песчаное поле и едва-едва просматривающаяся лента старой дороги, до которой нам еще надо будет добраться.
– Таль из нас самая зоркая, – пропыхтел Кин, спешно очищая бампер. – И чутье у нее на неприятности очень развито. Поэтому всегда на стреме стоит. Помоги-ка, надо колеса откопать.
Я в последний раз покосилась на суровую девицу, но потом мысленно махнула рукой. Раз уж у этих троих заранее были распределены обязанности, то мне ли вмешиваться? Лучше и впрямь делать то, что могу, и постараться не усиливать то подспудное раздражение, которое вызывала самоуверенная девица.
Тем временем из-под капота донесся странный звук, словно кто-то продувал огромную трубу, и в следующий миг оттуда вырвалось целое облако песчаной пыли.
– Таль, заводи, – донесся приглушенный голос Рэйва.
Девица тут же покинула свой наблюдательный пост, нырнула в машину, благо переднюю часть Кин уже отрыл. После чего повернула ключ зажигания и удовлетворенно кивнула, когда движок, пару раз чихнув, все-таки заработал. Минут через пять машина стронулась с места. А еще через полчаса благополучно вырулила на древнюю трассу, хотя лично я, хоть убей, так и не смогла понять, каким образом Таль отыскала дорогу, которую после бури полностью занесло. А главное, почему, если вокруг трассы громоздились сплошные барханы, само полотно выглядело относительно чистым? Это что, магия какая-то? Или же высокие технологии?
Жаль, что подсказать было некому. А через некоторое время особенности дорожного полотна и вовсе перестали меня заботить, потому что глазеющий в окно Кин вдруг вскрикнул:
– Рэйв! Смотри, облако на горизонте!
Я поспешила прильнуть к стеклу и тревожно замерла, обнаружив, что из пустыни, пока еще только на границе видимости, на нас надвигается большое темно-красное облако. То ли пыль поднялась, то ли еще одна буря…
– Боюсь, это уже по наши души, – буркнула Таль и выжала педаль газа до упора, не отрывая глаз от дороги.
– Сзади тоже пыль поднялась, – через мгновение сообщил Кин. – И с другой стороны что-то приближается.
Рэйвен, быстро обернувшись, помрачнел.
– Ты прав. Похоже, это и впрямь местные жители очнулись. И я не думаю, что нам стоит с ними встречаться.
Глава 4
В следующие полчаса мы почти не разговаривали. Машина стремглав летела по захламленной дороге. Таль то и дело выкручивала до упора руль, виртуозно обходя попадающиеся на пути препятствия, которых с каждым километром становилось все больше, и не сбавляла скорость даже тогда, когда во мне все сжималось от ощущения быстро приближающейся гибели.
При этом качество дорожного покрытия ухудшалось так стремительно, словно мы неслись посреди минного поля. Тут и там виднелись огромные воронки, похожие на следы взрывов. Завалы стали попадаться гораздо чаще, и в них начала прослеживаться определенная система. Порой это были уже не просто завалы, а настоящие баррикады, к счастью частично разрушенные. Среди них стали попадаться остатки громоздких механизмов, покрытые копотью металлические балки. Порой мне даже казалось, что я узнаю обломки гигантских роботов и остовы машин, быть может, даже военных. Но «Форд» пролетал мимо них с такой скоростью, что детали рассмотреть никак не удавалось.
При этом Таль, как ни странно, оказалась прекрасным водителем. Она чувствовала автомобиль так, словно сидела за рулем с раннего детства. Умудрялась, не сбавляя скорости, огибать препятствия, объезжать особо большие ямы и проскочить даже там, где другие неминуемо бы застряли. И это на маленьком «Форде». На безнадежно разбитой дороге. И все это она проделывала с таким невозмутимым видом, словно стрелка спидометра не стремилась к отметке «сто двадцать», а сзади и с боков нас не настигала непонятная буря.
Поскольку машину немилосердно трясло и периодически подбрасывало на кочках, то мы с Кином были вынуждены вцепиться руками в передние кресла и пригнуть головы, чтобы не пробить макушками потолок. Но помогало мало – нас все равно швыряло по салону и периодически вжимало то в двери, то в сиденья. А то и пыталось сбросить на пол. Я всего за десять минут умудрилась набить пару десятков шишек, оцарапала руку, рассадила коленки. А уж сколько синяков успел набить легковесный пацан, даже подумать было страшно.
Впрочем, мы не жаловались: с каждой проходящей минутой подозрительное облако на горизонте становилось все шире. А когда в нем стало прослеживаться совершенно отчетливое движение, Рэйв досадливо сплюнул:
– Мы едем слишком медленно.
Машину тряхнуло на очередном ухабе, и мы с Кином тревожно переглянулись, услышав раздавшийся под днищем скрежет, за которым последовал мощный удар.
– Похоже, бензобак пробило, – неестественно ровно сообщила Таль, глянув на стремительно поползшую вниз стрелку, обозначающую уровень топлива.
– Фигово, – напряженно заметил Кин, заглянув подруге через плечо. – Оторваться уже не сможем.
– Мы бы и так не смогли. Эти, кем бы они ни были, движутся слишком быстро.
– Значит, надо искать место для боя, – хмуро бросил Рэйв.
Девица фыркнула, и мотор «Форда» снова взревел.
– А то я не знаю! Лучше бы, конечно, найти возвышенность, но боюсь, у нас мало времени. И я пока вижу только один вариант.
– Какой?
– Впереди овраг. Большой. Если там нет моста, то нам крышка.