– Казнь – это слишком просто, – сообщил Вадим откуда-то с высоты. – Ты же не думаешь, что я позволю тебе уйти так легко?
– Недооценивать… вашу… фантазию? Никогда, милорд.
«И вашу мстительность, мать ее!»
Какой хриплый, слабый голос. Больно как, высшие силы. Голова кружится. «Слабая ты, воин-феникс. Он еще ничего не сделал, только ударил, а ты уже валяешься на полу и еле сдерживаешь стон. Силы ада!» Ей казалось, что от облаченной в черное фигуры на нее наползает темнота – колючая, жалящая, невыносимая.
– Нравится? – засунув руки в карманы черных джинсов, Вадим смотрел на нее с каким-то почти веселым интересом.
ВАМ нравится, милорд!
Черт, ох черт! Что же это? Она сжалась в комок, пытаясь дышать, тело не слушалось, мышцы тянула-дергала слепящая судорога. Он же просто ударил! Что… что случилось?
– Снял блокировку с твоей птички, – любезно отозвался Вадим. – Тебе все равно не уйти, комната накрыта несколькими щитами, а твой Феникс проголодался, ведь так? Очень…
Господи… о господи!
Девушку затрясло. Феникс? ЕЕ ФЕНИКС? Эти судороги, выгибающие тело, это ощущение, что ее пожирают изнутри… Она просто не узнала эту боль! Потому что никогда эта боль не была такой… Феникс никогда не оставался без еды так долго… Господи. Наверное, она в этот миг выглядела достаточно испуганной. Потому что Вадим наконец выглядел почти довольным.
– Это чтоб комната не казалась тебе курортом, пока я не решу, что с тобой сделать. Наслаждайся каждым прожитым днем, верный мой феникс.
И он исчез.
«Наслаждайся?»
«Каждым днем?» ДНЕМ?
Высшие силы!
Лина сжалась в комок, пережидая дикий спазм – до белой вспышки в закрытых глазах. «Что ж ты так, птичка. Ну, потерпи. Не злись. Прошу.
Вадиму даже не придется посылать ко мне своих умельцев из Службы дознания – она и сама себя отлично помучает!
Будь ты проклят!»
Вспышка ярости, брошенная разгневанным Фениксом, заставила ее бешено садануть кулаком об пол, раз, другой, третий, снова, снова, пока не стихла очередная судорога, пока из разбитых пальцев не стала сочиться кровь.
Он придет снова. Через несколько дней, когда станет совсем плохо. Он ведь только начал. Даже об Алексе ничего не спросил. Он придет…
Будет хуже.
«Терпи».
На белом ворсе ковра медленно таяли капельки крови.
Глава 51Кому горе, кому радость
Мир Земля
Ян
– Имя.
– Ян Долински.
– Возраст?
– Девятнадцать полных лет.
– Род занятий?
– Старший декоратор Дворца.
У дознавателя очень спокойный голос, и лицо тоже. Словно они не в Службе дознания, а где-то в зале перед балом встретились. И беседуют о пропусках и работе штрафных команд или о Летнем дворце.
– Вы преданы Империи?
Нет, все-таки обстановка непохожа. Перед балом декоратор обычно не сидит, пристегнутый к креслу, и не лежат на его висках чьи-то горячие пальцы, от которых по голове растекается неровное покалывание…
– Расскажите о вашей связи с так называемой Темной Лигой.
Преисподняя… Страх схватил за горло как тугая петля. Даже дыхание сбилось. Лига. Этого обвинения он не ждал. Снисходительность к штрафникам, за которую у него уже два предупреждения висело, дуэль, даже присвоение финансов – эти обвинения были привычны, на это у него есть ответ. Но Лига? Лига – это значит, допрос пойдет всерьез. Лига – это даже при оправдании подозрение останется. Лига – это страшно…
– Я не связан… ни с какой Лигой.
Дознаватель поднимается. Свет становится ярче, еще ярче… и приходится закрыть глаза. Совершенно неожиданно приходит помощь, правда странная – на глаза ложится глухая черная повязка.
– Что вы…
– Молчать, пока вас не спросили. – Тон дознавателя по-прежнему ровен и сух, только слышится совсем близко. И теперь не посмотришь. Зачем завязали глаза? Чувствуешь себя беспомощным, слепым. Почти как на алтаре. Ну-ка спокойнее. Пока говорят «вы», не тронут. А он сумеет потянуть время, и тогда Жан сможет… не думать, не думать. Эти пальцы – это ведь телепат? Читают мысли? Не думать про Жана.
– Так вы знаете о Лиге? – Голос слышится уже слева.
– Нет. Слышал.
– От кого?
– Просто слухи. Во Дворце всегда много слухов.
– Не пытайтесь ссылаться на свой статус, Ян Долински. Сейчас вы просто подследственный. И в ваших интересах говорить правду. От кого слышали? Постарайтесь припомнить.
Как кот с мышкой. Хотите правды? Пожалуйста!
– От дознавателя Елены Бруннер. От заместителя моего. От компании вампиров на балу – имен не знаю, но по приглашениям можно найти. От штра…
Проклятие, не успел остановить язык. Штрафникам еще только допроса в Службе дознания не хватает!
– Ну?
– От многих. Проще сказать, кто не сплетничал о «преступлениях против Императора и порядка».
– Ваша невеста принадлежит к Темной Лиге?
– Нет.
– Вы так уверены?
Не уверен. Анжелика. Лика. Он чувствовал, что не все так просто с Ликой, что за ее фразой «кое-кому надо помочь» скрывается что-то крупное, но… не думать, не думать. Он законопослушный подданный, он ничего не скрывает, просто думать будет о другом.
– Уверен. Анжелика никогда не говорила и не делала ничего противозаконного. Она предана Повелителю и своему клану.
Лика… нежные губы и шелковые волосы, горячие руки – и растерянные глаза, когда в разгар поцелуев на пол вдруг падает несколько ножей, и негодующий шепот, что из-за него у нее полностью пропадает самоконтроль. Лика…
Пальцы на висках чуть вздрагивают, и покалывание становится болью. Пока терпимой.
– Похоже, вы не слишком откровенны со Службой дознания, подследственный Долински. – Голос становится иглой… иглами; они впиваются в руки у локтей, под кожу льется вязкий холод. – Это поможет вам быть искренней.
Мир Земля
Зоя
– Почему нельзя? – Зоя почувствовала себя так, словно ей испортили праздник. – Гэс, ведь подозреваемых как хочешь можно! Все знают!
Да что за сволочизм? Эти дни она летала как на крыльях – и Лигу к ногтю наконец прижали, и Дим про свою дрянь узнал много разного. Узнал, что она, Зоя, права была насчет феникса и ненаглядного Лешика. Права! Она права, так-то вот! Она даже увязалась за штурмовым отрядом, и угадала же! Это она, она прижала эту мерзавку! Как почуяла. И хоть не вышло прикончить своей рукой, зато Зоя лично, своими глазами видела, как Дим прихватил свою бывшенькую. Вот радости было! А сейчас, если хорошо попросить, братец, может, и поиграться даст. Если с умом, если вовремя подойти, то ты у меня узнаешь, дрянь такая, как портить принцессе настроение своими подарками. Только надо чуть выждать – пусть братик сначала сам на этой дряни отыграется. Пару деньков потерпеть, а потом он обязательно отвлечется, и можно будет разрешение попросить. Ну в крайнем случае тайком пройти. Никто не стукнет, проверено. Вон к Лешке сколько раз тогда шастала – и ничего, сошло же. А пока можно с кем-то другим поразвлечься. Арестовано-то много.
Так что в Службу дознания она примчалась еще с утра, забыв и про «выход», и про все остальное. Одежду специальную подобрала.
И вдруг – ее не пустили на первый же допрос!
– То, что знают все, не обязательно является правдой, – терпеливо ответил дознаватель Гэс. – Милорд Дензил дал указание, что «можно» только после приговора. В крайнем случае – когда есть железные доказательства. А тут пока одно подозрение. Вот обследуют его телепатически, выкопают связь с Лигой (если есть), выжмут нужную информацию – тогда и можно будет… Возможно!
– Но…
– А пока нет.
– Но почему?
– Да потому! От ваших развлечений подследственный, скорей всего, рехне… мм… потеряет рассудок, а в спятивших мозгах даже телепат ничего полезного не выкопает. Потому и запрещено нам, временно…
– Ну тогда я хоть поговорю с ним. А?
«Он у меня и разговор нескоро забудет!»
– Нельзя… Зоя… ваше высочество… Просто нельзя. Донесут.
Вот дрянь!
– Ну хоть посмотреть? Мм?
Кто откажет принцессе?
Во всяком случае, не дознаватель третьего ранга. Так что время для свидания с высокомерно-почтительным красавчиком Зоя получила быстро. И даже успела немного с ним пообщаться. Правда, эти поганцы подлипалы никакого инструментария не дали, пришлось развлекаться больше обещаниями, да и то не вышло надавить как следует – только нащупала, чем его зацепить, как Дензил заявился. И вежливо так предложил вернуться во Дворец. Шефа дознавателей Зоя не то чтоб побаивалась, но…
В общем, пришлось уйти, не позабавившись как следует.
Но одну шалость Зойка таки себе позволила. Наклонилась поближе – близко-близко, чтоб ощутить дрожь, – и шепнула в самое ухо:
– Скоро встретимся… Я даже брата твоего в гости приглашу.
Глава 52Недобрые сны и черная явь
Мир Ангъя
Алекс
Нет!
Он рванулся, но понял, что снова скован. Попытался дернуться – бесполезно, перенестись – и, холодея, осознал, что снова бессилен. Магию отобрали. Опять отобрали. А любимая тонула в нескольких метрах от него, тонула в чем-то белом, в ледяном каком-то крошеве, задыхалась, билась… И откуда-то он знал, что это все, что она больше не воскреснет, – и не мог даже руку протянуть!
Лина-а!
Белая волна накрывает лицо… темные глаза…
Лина!
Алекс захлебнулся криком… и проснулся. Ночь. Темнота, прорезанная высокими узкими прямоугольниками «окон».
Тишина. Только грохот сердца, его собственное и хриплое дыхание.
Еще секунду темный морок сна цепко держал его в холодных лапах. Он машинально обвел взглядом пол, ожидая увидеть белый ковер льда и полынью с холодным, ледяным крошевом, белесую не-воду, в которой пропало ее лицо… Он приподнялся на локте – ничего. Обычный пол из теплого коричневатого камня, мягко светятся плинтусы по периметру комнаты, «зеленая стена», увитая десятками разных растений, навевает прохладу и свежесть. И никаких белых кусков льда.