Молодая женщина рухнула на один из диванов и посмотрела на элегантно одетых гостей. Они веселились. А Дейзи казалась самой себе старым ковриком, о который кто-то только что вытер ноги.
Счастливое возбуждение было уничтожено сильным порывом ветра из прошлого. И виной тому был Паскаль Барон.
Она вновь почувствовала себя ненужной и ни на что не годной.
Кто внушил ей мысль, что она способна состязаться с таким профессионалом, как Паскаль? Она обманщица. Неотесанная деревенщина с непомерными амбициями.
— Вы в порядке? — Макс принес бокал шампанского, сел рядом и посмотрел ей в глаза. — Простите. Я не предполагал, что Барон будет участвовать в конкурсе. Вас именно это мучает, правда? Но вы можете расслабиться. Самое худшее уже позади.
— Вам не за что извиняться, Макс, — ответила Дейзи, не отрывая глаз от бокала с шампанским, как будто пузырьки ее гипнотизировали. — Это моя проблема, и я должна справиться с ней. Спасибо, что увели меня от него. Паскаль был… есть…
Она отпила глоток. Макс спросил:
— Скажите, шоколатье, который вас подвел в Париже… это Паскаль Барон?
Дейзи сделала еще глоток шампанского, затем подняла голову и постаралась, чтобы ее голос звучал как обычно. Макс не должен осознать, что повел себя по-идиотски, пригласив ее работать с ним в одной команде.
— О, это было давно. Много воды утекло с тех пор. — Дейзи попыталась отпить еще шампанского, но ее рука дрожала так сильно, что она едва не выронила бокал.
— Я понимаю. — Макс помолчал. — Хотите рассказать об этом?
Его сильные длинные умные пальцы сжали ее руку, и несколько простых слов, которые он произнес, прозвучали с неподдельной искренностью. Ее сопротивление было сломлено.
— Нет. Да. Может быть, — пробормотала она. — Это очень личное.
— Личное или нет, — ответил Макс, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ее кисти, — но завтра вам предстоит участвовать в конкурсе и соревноваться с командой Барона. Поверьте, будет лучше, если вы мне все расскажете. Иначе у нас возникнут проблемы.
Дейзи глубоко вздохнула:
— Конечно, вы правы. Но я не ожидала, что встреча с ним выбьет меня из колеи. Ну хорошо. Впервые я встретила Паскаля в Париже. Мы вместе стажировались в фирме «Высококачественный шоколад Барона». Это было фантастическое время. Самые лучшие восемь месяцев в моей жизни.
— Итак, вы работали с Паскалем. Это замечательно! — Макс нахмурился и вопросительно посмотрел на Дейзи. — Минутку. Почему Паскаль учился у Барона? Я считал его одним из членов семьи.
— Так и есть. Барон, глава фирмы, является представителем пятого поколения шоколатье. Паскаль — его племянник. Итак, я была другой ученицей. Паскаль быстро понял, что я предпочитаю работать на заднем плане, а не быть в центре внимания. Я соглашалась с этим — в конце концов, он племянник шефа, а я всего лишь дочка пекаря из маленького английского городка. Я была просто Дейзи Флинн, возомнившей себя шоколатье. — Она взглянула на Макса, внимательно слушавшего ее. — Я тихая и застенчивая и всегда была такой. Я изо всех сил старалась это преодолеть. Но от старых привычек избавиться очень трудно. Даже сейчас я себя чувствую комфортнее всего в кухне. — Дейзи пожала плечами. — Мы с Паскалем планировали, что я останусь в Париже и через пару лет стану мастером-шоколатье. Но были планы и побольше. Гораздо больше. Идея заключалась в том, чтобы разработать ассортимент шоколадных изделий, маленьких пирожных и печенья, которые будут продаваться во всех магазинах и отелях. Я сочла идею великолепной и в течение многих недель работала каждую ночь с превосходным уникальным шоколадом. И Паскаль… — Дейзи запнулась. — Он нашел для меня дополнительный стимул. Очень личный стимул.
Она посмотрела на Макса. Он пальцем нежно рисовал круги на тыльной стороне ее кисти.
— Возможно, это не будет для вас сюрпризом, — продолжала она. — Дело в том, что через полгода я влюбилась в Паскаля Барона. Моя любовь была очень сильной. — Дейзи фыркнула. — Ведь прямо из колледжа я попала в один из самых романтических городов мира. Однажды в субботний вечер магазин был закрыт, солнце сияло, и Паскаль предложил мне пойти с ним куда-нибудь и выпить по рюмочке. Мы трудились целый день, стоял апрель, цвели деревья. И я сказала «да». — Она задумчиво вздохнула. — Я стала его официальной подружкой. Безумно любящей его подружкой. И наконец у меня появился шанс по-настоящему увидеть Париж. С человеком, которого я обожала. Это было волшебное время. Я утопала в любви. Мы собирались вместе строить наше великолепное будущее, работая бок о бок.
— Мои поздравления, — протянул Макс. — Я вынужден сказать, что меня начинает слегка тошнить — настолько сладко все было. Париж весной? Прекрасно. Я это понимаю. Но все же, что случилось потом? Почему сейчас вы не работаете в фирме Барона? Вы с Паскалем, судя по всему, были отличной командой.
— Жизнь дала мне пощечину и напомнила, что не стоит строить иллюзии по поводу собственного величия. Моему отцу поставили диагноз — рак мозга, и предупредили, что ему осталось жить не более шести месяцев.
— О нет. Извините меня. Это тяжелая ситуация.
— Папа приехал в Париж и прожил там со мной целый месяц. Это было замечательно. Паскаль очаровал папу, шеф Барон водил нас в лучшие рестораны Парижа, в магазине мы работали вместе и говорили, говорили… А потом я узнала о болезни папы и поняла, что должна поехать вместе с ним в Англию.
— Почему-то мне кажется, что ваши грандиозные планы потерпели крах, — заметил Макс.
— Мы с папой знали, как драгоценна каждая минута, проведенная вместе. И мы веселились. Много-много смеялись и веселились. Самым лучшим развлечением была совместная готовка. Это отличалось от жизни в Париже, но мне нравилось. — Пальцы Дейзи сжали руку Макса. — Было очень тяжело видеть, как быстро он увядает. Я молилась, чтобы каждый день длился дольше. Я винила себя за свои амбиции. Я пыталась говорить об этом с папой, но он утверждал, что любит меня и не хочет, чтобы я вернулась в «Пекарню Флинна» и повторила его судьбу. Папа похоронил амбиции, чтобы обеспечить свою семью. Он дал мне возможность в совершенстве овладеть профессией, но больше всего он хотел, чтобы я была счастлива. Ведь в Париже меня ждали любимый человек и новая прекрасная жизнь.
Дейзи встала и подошла к каменной балюстраде, глядя, как заходящее солнце скрывается за высокими дубами.
Макс мгновенно поднялся и встал позади нее. Она прошептала:
— После того как папа умер, я выяснила, что он уже давно знал о своем диагнозе, но вначале решил мне ничего не говорить. Он знал, что тогда я вернусь к нему вместо того, чтобы наслаждаться жизнью своей мечты. В Париже. Видите ли, он очень сильно меня любил. Именно поэтому он продал пекарню. Тем самым он отрезал мне путь к отступлению. Мне было некуда идти, только вперед. Подумать только, он знал, что умирает, а я в это время сидела с Паскалем в уличном кафе.
Макс обнял ее за талию, и она прислонилась к его груди. Дейзи было очень комфортно. Но удовольствие смешивалось с печалью, вызванной воспоминаниями.
— Я чувствовала себя виноватой, Макс. И невыносимо эгоистичной.
Макс прижался подбородком к ее плечу и крепче обнял:
— Но это было его решение. Он хотел, чтобы его маленькая девочка была счастлива. Как отец, я могу понять это. Я бы, наверное, поступил на его месте так же. Должно быть, он был замечательным человеком.
— Да, папа был замечательным человеком. И чем больше я об этом думала, тем яснее понимала, сколь многим он пожертвовал, чтобы дать мне дом и безмятежную жизнь — особенно после того, как моя мама умерла. Он мог устроиться кондитером в ресторан, но зарплаты там столь низки, что это было нереально. Папа отказался от своей мечты ради дочери. И это сокрушило меня, Макс. Полностью сокрушило. — Дейзи покачала головой и судорожно вдохнула прохладный воздух, пытаясь унять жжение в горле.
— Вам требовалось время, чтобы справиться с горем, — мягко произнес Макс. — Что произошло, когда вы немного свыклись с потерей? Вернулись ли в Париж, чтобы с дьявольским рвением взяться за дело и заглушить свои страдания работой?
— Нет. В том-то и была проблема. Я была парализована. Моя энергия, когда я могла провести целый день среди шоколада и когда для меня блаженством было искать идеальные пропорции фундука, сливок и сахара для пралине, испарилась. Вся моя работа и вся моя жизнь казались незначительными и неважными. Цель, к которой я стремилась, утратила привлекательность. — Она опустила руки на холодный камень балюстрады. — Только в одном я была уверена: в Париже меня ждет Паскаль. Как-то утром я бросила свою сумку в машину и поехала во Францию. По дороге начала вырисовываться восхитительная картина будущего. — Дейзи сжала кулаки. — Какой дурой я была!
— Что случилось? За время вашего отсутствия изменились обстоятельства?
Дейзи кивнула:
— О да, обстоятельства изменились. Я приехала поздно ночью, весь день проведя за рулем и думала, что любящий бойфренд встретит меня с распростертыми объятиями. Я не предупредила Паскаля о своем приезде. Я собиралась устроить ему сюрприз, ведь он умолял меня вернуться поскорее, потому что скучает… Да, это в самом деле оказался сюрприз. Я не буду утомлять вас отвратительными подробностями. Скажем так, он ночевал не один. Новая ученица его дяди была красивее и богаче меня. И она заняла мое место. Я не могла в это поверить.
Макс притих, пока Дейзи смахивала слезы.
— Какова была ваша реакция? — наконец поинтересовался он.
— Реакция? Я совершила поступок, которого он от меня не ожидал. Я устроила скандал. Я кричала, я неистовствовала, плакала и визжала. Затем я побросала свои вещи в чемодан, а Паскаль пытался оправдываться тем, что это, дескать, моя вина, что я бросила его на три месяца как раз тогда, когда ему нужнее всего была моя помощь в создании нового бизнеса. Я помню, как стояла ночью на улице, у дверей его дома, с чемоданом и парой сумок, чувствуя, как земля уходит из-под ног. По тротуару шли люди, и мне трудно было поверить, что они пр