Элия проводил меня к машине и открыл мне дверь.
– Сначала ты должна спросить Кассио.
Я устроилась на пассажирском сиденье, Элия сел за руль. Набрала номер Кассио, но в трубке звучали только короткие гудки. Лука недавно приехал в город, чтобы встретиться с Кассио и Мансуэто. Все уже были в курсе, что Мансуэто не жилец. Возможно, Кассио был на встрече с коллегами, младшими боссами и со своим Доном.
– Мы не можем ждать, пока я до него дозвонюсь. Это срочно.
Элия быстро кивнул и выехал из подземного паркинга. На дорогах были ужасные пробки, и с каждой секундой я все больше нервничала. Как всегда, Кассио сам мне перезвонил.
– Ты в порядке? – Тревога в его голосе согрела мне сердце.
– Да, в порядке. И ребёнок тоже. Не волнуйся. Я еду к моим родителям.
– Что случилось?
Я терпеть не могла врать Кассио, но не видела другого выхода.
– У мамы сегодня случился нервный срыв. Я просто хочу убедиться, что она в порядке, к тому же они давно звали меня в гости.
– В твоем состоянии это не слишком утомительно?
Я фыркнула.
– Я беременна, а не больна.
– Будь осторожна. Я так понимаю, Элия с тобой?
– Ну конечно. И у моих родителей тоже есть телохранители, не говоря уже о Кристиане, который тоже там будет.
– А вот это радует. В отличие от твоего отца, твой брат толковый мужик.
Я всегда вставала на защиту отца, но сегодня не сказала ни слова против.
– Я вернусь завтра утром. Поужинаю там и останусь переночевать.
– Хорошо. – ответил Кассио. На заднем плане слышались мужские голоса. – Я люблю тебя, – тихо добавил он, чтобы никто, кроме меня, не слышал.
– Я тоже тебя люблю.
Я нажала отбой, Элия пристально на меня посмотрел.
– Что-то такое, что мне следует знать?
– Нет. – Я постаралась смягчить резкость ответа улыбкой.
Скверно, что Мансуэто сообщил отцу.
Зная папу, он, вероятнее всего, уже поделился новостями с Кристианом и мамой. Это был лишь вопрос времени, когда информация расползется подобно лесному пожару. Мне даже думать не хотелось о том, как это отразится на Даниэле и Симоне.
Спустя какое-то время меня укачало, и я заснула. Когда мы подъехали к дому моего детства, Элия разбудил меня, вышел из машины и открыл мне дверь.
Мама с папой стояли на крыльце, оба сияли, как дети в рождественское утро. Хотелось бы мне, чтобы причина их радости была не в том, что может поломать жизни людей, которых я люблю больше всего на свете.
Я подошла и порывисто обняла их. Кристиан ждал своей очереди, стоя чуть в стороне.
– Ты с каждым днём становишься все больше.
– Разве можно говорить такое женщине? Ты один?
– Наш дом захватил грипп. Я последний выживший.
Я улыбнулась, но улыбка тут же поблекла, когда наши с отцом взгляды встретились.
– Ты, наверное, голодна, – нетерпеливо сказала мама, увлекая меня за собой в столовую. Я коротко кивнула Элия, давая понять, что он свободен, и тот отправился в помещение охраны.
Мы расселись за столом, и как только прислуга принесла ужин и удалилась, я начала разговор.
– Я полагаю, папа уже сказал тебе?
Кристиан мрачно кивнул. На его напряженном лице отразилось неодобрение.
Мама поджала губы.
– Джулия, ты должна быть рада. Это такой шанс для тебя.
Я выгнула бровь. Какой такой шанс? Я младшим боссом становиться не собираюсь.
– Я не хочу, чтобы об этом кто-нибудь узнал.
– Ты должна хотеть блага для своего ребёнка, – с упреком в голосе сказал папа.
– Да неужели? – Я сорвалась. – Именно поэтому ты выдал меня замуж за мужчину, которого сам же называл самым безжалостным младшим боссом Семьи и который почти вдвое старше меня? Что из этого благо для тебя или для меня, пап?
Лицо отца стало каменным. Он уткнулся взглядом в свою тарелку. Мне стало немного стыдно за свои слова. Несмотря на все его недостатки, я его любила, и он был лучшим отцом, чем большинство мужчин нашего мира.
– Ты как с отцом разговариваешь? Прояви хоть каплю уважения, – прошипела мама.
Я отрезала кусочек говяжьей вырезки, пытаясь успокоиться. Сохранять хладнокровие стало труднее с тех пор, как в игру вступили гормоны беременности.
– Я тебя уважаю, но твои амбиции могут всё погубить. Мне неважно, кем станет этот ребёнок. Я хочу для него только блага, но кто сказал, что в нашем мире для этого обязательно становиться боссом?
– Джулия, ты вечно витаешь в облаках. И мне это в тебе нравится. Но как мужчина я не могу позволить себе этих иррациональных мечтаний. Мне слишком хорошо известны реалии нашей жизни. И правда в том, что все, что имеет значение, – это власть. Я не потерплю, чтобы сын лживой шлюхи стал младшим боссом. Наш внук встанет во главе Филадельфии и никто другой.
– Папа, – нахмурившись, начал Кристиан.
– Нет. Больше я не собираюсь это обсуждать. В следующем году ты станешь младшим боссом, тогда и будешь решать, но пока в этом доме и в этом городе мое слово – закон. Ради того, чтобы наша кровь правила Филадельфией, я сам готов рассказывать правду каждому члену Семьи.
Я отложила вилку и поднялась.
– Если это действительно так, сегодня мы видимся в последний раз.
Кристиан взял меня за руку.
– Останься. В твоем состоянии тебе не стоит без отдыха пускаться в обратный путь.
– Я в порядке. Не беспокойся обо мне. Я не хочу оставаться в этом доме ни одной секунды.
Отец поднялся из-за стола.
– Все это я делаю ради нашей семьи. Когда у тебя родится сын, ты поймешь и тогда скажешь мне спасибо.
Я с горечью улыбнулась, и на глаза навернулись слёзы.
– Ты ошибаешься, но я знаю, что вам с мамой этого никогда не понять. Вам не дано.
– Ты должна быть благодарна, – прошептала мама таким тоном, как будто я разбила ей сердце. Я была сыта по горло этими играми.
– Благодарна я только за то, что не унаследовала ваши амбиции. Я никогда не стану делать из собственных детей пешек в этой чудовищной игре за власть. Ни Даниэле, ни Симону, ни Габриэля. – Я положила ладонь на живот. – Потому что все они мои дети, и я, как воин, буду биться за каждого из них, чтобы защитить от ужасов этого мира, даже если эти ужасы примут облик моих родителей.
– И это за все, что мы сделали для тебя? Да как у тебя язык повернулся? – резко зашептала мама.
– Все, что вы для меня сделали? – рявкнула я. Живот прострелило острой болью, но я не стала обращать на него внимания. – Вы выдали меня за Кассио, чтобы он помог отцу сохранить своё положение. Вы собственную племянницу из тех же соображений выдали за монстра из Лас-Вегаса, и от меня же еще ждёте благодарности?
Я отвернулась, прижимая руку к животу, чувствуя, как глухо стучит сердце под рёбрами. Элия ждал меня в холле, накрыв одной рукой пистолет.
– Советую убрать руку с пушки, если хочешь дожить до завтра, – прогрохотал Кристиан.
Элия проигнорировал его угрозу и подошёл ко мне, подхватив меня под локоть.
– Джулия, ты в порядке?
Я вяло кивнула.
– Отвези меня домой. Больше мне здесь делать нечего.
Элия вывел меня на улицу, захватив по пути мое пальто. Кристиан пошёл за нами. Я опустилась на пассажирское сиденье, а брат наклонился к открытой двери.
– Напиши, как доберетесь домой, чтобы я знал, что ты в порядке.
Я слабо улыбнулась ему.
– Как бы мне хотелось, чтобы младшим боссом сейчас был ты.
– Даже в этом случае я не смог бы помешать папе растрезвонить эту новость. Ты наших родителей знаешь. Это их шанс.
– Да, знаю.
– Я в любом случае попробую ещё раз с ними поговорить.
За эти годы между Кассио и Кристианом установилось хрупкое перемирие. Друзьями они так и не стали, но проявляли взаимное уважение. Кристиан никогда не стал бы трубить о том, что узнал, даже если эта информация потенциально могла улучшить его положение.
– Не трать напрасно время, – посоветовала я и захлопнула дверь.
Сейчас только один человек мог гарантировать молчание моих родителей. Человек, которого отец боялся, как дьявола, и не только из-за того, что он был его Доном.
– Лука ещё в Филадельфии?
Элия нахмурился.
– Кажется, да. Встреча назначена на поздний вечер. В Нью-Йорк он должен вернуться только завтра утром.
– Выясни, где он сейчас, и отвези меня к нему.
Элия полоснул по мне взглядом.
– Ты не можешь ни с того ни с сего прийти к Дону.
– Этот самый Дон кроме всего прочего мой кузен. Время для семьи у него найдётся, ведь так?
– Джулия, что происходит? Ты можешь мне доверять, иначе Кассио не выбрал бы меня для твоей охраны.
– Я тебе доверяю. – Я отвернулась к окну. Элия хороший парень и, несомненно, прекрасный солдат и телохранитель.
– Но ты не хочешь говорить мне, в чем дело?
Я прислонилась лбом к прохладному стеклу.
– Я не могу.
В первую очередь Элия солдат Кассио. Он ему предан. Именно поэтому он все сообщит Кассио в тот же момент, как узнает сам.
– Потому что ты не хочешь, чтобы узнал Кассио, – с подозрением произнес он.
– Элия, отвези меня к Луке. Это все, что тебе нужно знать.
Элия поджал губы, но взял телефон и позвонил кому-то, чтобы узнать, где сейчас Дон. Когда мы вернулись в Филадельфию, оказалось, что Лука находится в отеле.
– У тебя есть телефон Луки? – спросила я, когда мы зашли в роскошный вестибюль отеля Ritz Carlton.
– Нет, Джулия. Не каждому солдату Дон даёт свой номер. У него в подчинении тысячи людей. До сих пор я с ним даже ни разу не разговаривал.
Я подошла к ресепшн и улыбнулась администратору. Выяснить у неё, в каком номере остановился Лука, я не смогла. Она отказалась давать такую информацию.
– Тогда позвоните в номер и сообщите ему, что его кузина Джулия хочет увидеться с ним.
Женщина позвонила, поговорила с ним и кивнула.
– Хорошо, мистер Витиелло. – Она положила трубку и вежливо улыбнулась мне. – Президентский люкс на тридцатом этаже.
Я направилась к лифтам, и Элия, покачав головой, пошёл следом.