Точнее, никому, кроме Николаса Руссо.
– Ну… ты лучше нас с Адрианой вместе взятых, – засмеялась я. Николас нашел меня взглядом, и я сглотнула. – Дашь нам как-нибудь пару уроков.
– Ой, с удовольствием! – воскликнула Дженни.
Послышался стук в дверь, и Джианна отвлеклась от разговора с Валентиной Руссо, чтобы открыть.
Вскоре я увидела Кристиана и выпрямилась на стуле. Каштановые волосы, зачесанные назад, темно-синий костюм и красный галстук – образ выглядел располагающим, и только ледяные голубые глаза по-настоящему подходили к той холодной ауре, что его окружала.
Женщины в пентхаусе уставились на Кристиана – даже моя мама распахнула глаза. Все было очевидно: они с таким же успехом могли бы снять трусики и бросить их в гостя. Тем временем взгляд Николаса обжигал мое лицо, но я отказывалась смотреть на него.
Джианна, осознав, кто пришел, раздраженно шмыгнула носом и попыталась выпроводить Кристиана восвояси.
Кристиан остановил ее рукой… и собственным безразличием.
Джианна развернулась, чтобы уйти, но он поймал ее за локоть и притянул к себе.
Я завороженно наблюдала.
Мне не хотелось, чтобы Джианна оказалась в отношениях с Кристианом, поскольку он нужен мне, но было нечто притягательное в том, как идеально одетый агент смотрелся рядом с настоящей катастрофой мира моды, коей являлась Джианна. Они были такими разными, но в то же время… может, не слишком сильно и отличались.
Взяв Джианну за подбородок, Кристиан пристально заглянул ей в глаза, покачал головой с едва заметной гримасой и оттолкнул. Она пробормотала что-то похожее на stronzo[62] и ушла, разозленно стуча шпильками.
Кристиан, вероятно, заметил, что она под кайфом, но Джианну, похоже, не очень-то волновало, что он по этому поводу думал. Интересно, в каких они отношениях? Может, она и ему мачеха. Джианна замужем за мужчиной втрое старше себя, но я ни разу не видела на ее пальце обручального кольца.
Адриана посмотрела на Кристиана и заявила:
– Перфекционист. – Сделала паузу, наклонив голову набок. – Абсолютный гетеро.
Хоть в этом мне повезло.
Глава двадцать третья
У судей, юристов и политиков есть лицензия на воровство. А нам она не нужна.
Нико
Я как раз наливал себе немного виски, когда ко мне подошла Адриана. Я наблюдал, как она взяла графин с водкой и наполнила стакан на три четверти.
Адриана покосилась на меня, отвела глаза, затем снова посмотрела, заметив мой интерес.
– Что?
– Я бы посоветовал с этого момента скрывать алкоголизм.
– В таком случае я должна и дальше продолжать посещать занятия.
– Ты хочешь быть счастливой или находиться в безопасности?
Она моргнула, как будто я задал очень сложный вопрос.
– Я бы сказала – и то, и то.
– К сожалению, такого варианта нет.
Она тяжело вздохнула.
– Я не виновата, что куча народа хочет тебя убить.
«Куча». Это еще мягко сказано.
– Теперь и тебя тоже.
Адриана нахмурилась.
– Что?
– Они захотят убить и мою жену тоже, – объяснил я и добавил: – И еще, вероятно, предварительно изнасиловать пару раз.
Адриана нахмурилась еще сильнее.
– И что же ты собираешься сделать со мной?
Почему-то я знал, что она это спросит. Я безучастно посмотрел на нее. Она заправила за ухо прядь карамельных волос. В карих глазах блестели золотые крапинки, как и у Елены.
Ужасно, но я надеялся, что сходство сестер на этом не закончится.
– То есть ты не станешь меня насиловать? – раздраженно спросила она, поднося стакан к губам и глядя в панорамное окно.
Я тоже посмотрел на город. Вид был неплохой.
– Нет.
– Почему?
– Я часто нарушаю обещания.
Адриана поперхнулась водкой и бросила на меня ошарашенный взгляд.
– Вот здесь я и умру, – пробормотала она и ретировалась.
Меня ее слова даже позабавили, но я покачал головой. Веселый получился разговор с будущей женой. Я ни разу в жизни не насиловал женщин и, конечно, не собирался, но, почему-то, мне очень захотелось испортить беседу. Может, потому что я уже был на взводе, а вечер еще только начался.
Елена находилась на кухне и болтала с Лоренцо: все ее внимание сфокусировалось на нем. Длинные волосы были идеально прямыми, а золотистое платье облегало каждый изгиб. Оно сидело слишком по фигуре и притягивало столько взглядов моих кузенов, чтобы выбесить меня. Даже Лука посмотрел на Елену, с пониманием мне улыбнулся и отсалютовал пивом.
Лоренцо выставлял себя пьяным идиотом. Парень был хладнокровным убийцей, однако во время общения с Милашкой Абелли превращался в размазню. Теперь он потирал шею и, мать его, краснел, а мне достаточно было представить Елену привязанной к кровати Лоренцо в каком-нибудь извращенном садо-мазо отыгрыше, чтобы кровь Руссо выжгла меня изнутри.
– Да уж, просто чудесно получилось, – сухо отметила Джианна, вероятно, услышав нашу вялую перепалку с Адрианой. – Ну и зачем ты его пригласил?
Ее зрачки были настолько расширены, что вокруг них остался лишь мизерный карий ободок. Меня передернуло. Мне будто снова было пятнадцать, и я только что обнаружил маму с широко распахнутыми безжизненными глазами.
– Кого? – безразлично спросил я, хотя уже знал ответ.
Она прищурилась.
– Кристиана.
– Не твое дело, кого я приглашаю в свою квартиру, Джианна.
Я бы не стал его приглашать, будь у меня уважительные причины, особенно после того, как Елена пускала на него слюни. У чувака симпатичная физиономия, и тот факт, что Милашку Абелли он заинтересовал, раздражал меня сильнее, чем следовало.
– Я не хочу его тут видеть, Туз. – Она кисло наблюдала за тем, как Кристиан разговаривает с моим дядей Джимми.
– Мне плевать, – отозвался я.
Джианна возненавидела Кристиана с самой первой встречи. То, что он из ФБР, безусловно возглавляло список причин, но она также оказалась полной его противоположностью по всем пунктам. Она фыркала от его перфекционизма, а Кристиана перекашивало от ее беспардонности.
Нежный смех Елены донесся до моих ушей и ударил прямо в грудь.
Я стиснул зубы.
Лоренцо совершенно точно не был, мать его, остроумным!
– Ты пялишься не на ту сестру. Твоя – вон там. – Джианна указала белым наманикюренным ноготком на Адриану, которая сидела рядом с Бенито, закинув ноги на диван. – Она, небось, до сих пор не может прийти в себя после твоей угрозы про изнасилование.
Я хмыкнул, когда Адриана хихикнула над чем-то увиденным в телефоне Бенито.
– Ага, она выглядит травмированной.
В Адриане чувствовалось нечто холодное и бесстрашное, однако именно перспектива секса со мной до такой степени ее напугала, что девушка, похоже, даже собиралась из-за этого умереть. Наверное, стоило запомнить угрозу на будущее: ведь невеста была той еще штучкой, а мне могло понадобиться что-то весомое.
Если честно, о близости с Адрианой я вообще не думал. Все сексуальные мысли сводились к ее сестре, особенно с тех пор, как Елена ткнулась в меня задом в той самой манере, которую все мужчины на свете понимали как разрешение.
Елена не постеснялась показать, что дала бы мне себя коснуться, но рассудок вернулся ко мне, когда она положила свою руку на мою – и я почувствовал кольцо на ее пальце.
Елена любила какого-то мужчину. Носила дешевую безделушку, как будто колечко было с бриллиантом.
Я захлебнулся горечью. Она просто хотела секса и собиралась меня использовать. Когда я все понял, почувствовал то, с чем не сталкивался ни разу в жизни: я был легко заменим. Вот что меня разозлило.
Но вопрос: «А ты меня уважаешь?» – который она задала своим мягким, нежным голосом, преследовал меня днем и ночью. Где бы я ни был.
Всегда находилось слабое место, которое рано или поздно убивало Руссо.
Безрассудство. Идиотизм. Склонность к незащищенному сексу с дешевыми проститутками. Отца сгубила жадность до денег.
Я начинал подозревать, что меня погубит Елена Абелли.
Я хотел трахнуть ее и осквернить для всех остальных. Обломать ей крылья и воссоздать заново, чтобы она стала зависеть от меня. Я хотел быть ей нужным. Это темное, собственническое и опасное чувство пробирало меня всякий раз, когда она попадалась мне на пути.
Елена Абелли оказалась моей слабостью, и я не собирался, черт возьми, позволить ей меня убить.
Но вот необходимость вытрахать ее из своих мыслей поглощала, и уже плевать, если она будет представлять на моем месте кого-то еще. Эту жажду мне просто необходимо утолить. А когда я закончу, никого другого Елена вообще не вспомнит.
Джианна покачала головой, каким-то образом глядя на меня сверху вниз, хоть она и была на голову ниже меня на каблуках.
– Ужасная идея, – сказала она.
– Какая?
– Спать с Еленой.
«Иисусе».
Отец Елены находился в паре метров от нас, хоть и был слишком поглощен разговором, чтобы подслушивать.
– Джианна, – предостерегающе начал я.
– Что? Ты ведь об этом думал.
– А о чем я думаю сейчас? – Джианна мнила себя ясновидящей, когда принимала наркотики, то есть большую часть времени.
Она поджала губы.
– Что ты хочешь меня придушить.
Я вскинул брови и глотнул виски.
– Понятия не имею, как я умудрилась с тобой переспать, – вздохнула она, наблюдая за гостями.
Я тоже не имел понятия, хотя мог только радоваться, что все случилось исключительно по ее инициативе. Кстати, мы были настолько пьяны, что о процессе у меня почти не осталось воспоминаний.
Мой взгляд задержался на Тони, которого отчитывала мать. Меня слегка позабавило, что он притащил Дженни, которая на данный момент пыталась продать моей тетке косметику «Мэри Кей».