Я вернулась в дом, тепло попрощалась с домочадцами, поблагодарила за приём. В ответ получила искреннюю благодарность от хозяина дома за раскрытие домашнего преступления. Я не стала будить Станислава. Жалко было прерывать его глубокий сон. Я заспешила к машине.
Мне предстояло тщательно приготовиться к поездке, чтобы никаких непредвиденных моментов в моей операции не было. Поэтому я поехала домой.
Но когда я вошла в квартиру, увидела ужасающую картину. У входа на стене висела записка, на которой было написано:
«Тебя ждёт такое же! Молись, скоро увидимся!»
На гвоздике был подвешен шнурок, на котором болтался мой бедный котёнок Найдёныш, которого мне навязал соседский мальчик.
Меня охватила справедливая злость. Ну, это мы ещё посмотрим, что кого ожидает. Какой талантливый преступник! Ничто ему не чуждо! Даже с функцией домушника справился! И отмычкой умеет работать, хотя замок у меня непростой.
Я закопала моего несостоявшегося жильца во дворе. Побеседовала со Светой, которая на этот раз ничего не узрела в нашем подъезде. И начала сборы. Минут через двадцать я была готова. И направилась снова в деревню.
Я ехала по знакомой дороге. Мимо меня пробегали улицы моего родного города Тарасова. Сначала мелькали новые многоэтажки с магазинами и их заманчивыми витринами, затем они незаметно сменились старинными постройками и домами. И вот наконец выезд из города с печально знакомым мне поворотом на Зелёный пруд. А напротив поворота стояла автозаправка. И тут что-то щёлкнуло в моём мозгу. Недалеко от заправки стояла машина-эвакуатор. И я резко остановилась.
Быстро подойдя к ней, я за рулём увидела шофёра, мирно жующего бутерброд. Быстро сунув ему под нос удостоверение на этот случай, я приступила к расспросам.
— Здравствуйте! Мы разыскиваем машину, чёрный Bentley. Поступили данные, что вчера она стояла здесь. Вы её не видели?
Мужик чуть не поперхнулся бутербродом.
— Что, Вадик опять влип? Ведь знал, что лучше с ним не вязаться. Я его знал мальчишкой, у отца его работал. Иногда вместо отца поругивал его. Ну и телефон дал на всякий, мол, звони, паря, помогу с советом. Малый без присмотра рос, поэтому вытворял такое! А вчера звонит мне: «Дядя Паш, там около тебя машина стоит, отвези её на штрафстоянку. Хозяина в ментовку увезли». Ну я погрузил и отвёз. Что он натворил опять?
— Да, мы разыскиваем его. На его счету много преступлений. Так что будьте в следующий раз осторожнее, оказывая услуги таким лицам.
* * *
Дальше я продолжила путь. Что же, изобретательности Вадиму не занимать. Значит, он вовсе не покидал Зелёного пруда, а следил за происходящим. Просто создал видимость своего отъезда. А мы, увидев, что нет машины, решили, что мерзавец укатил. И успокоились и искать не стали. Расчёт верный. Ну прямо как в шахматах, предвидит ход соперника, чтобы сделать неожиданный свой.
Лесной запах, насыщенный хвоей и разнотравьем, сочился в окно. И он сделал своё дело. Я успокоилась, приглушила свою злость. Мне сейчас нужен трезвый рассудок, который поможет, в первую очередь, найти Машу, а во вторую — пресечь деятельность этого мерзавца. И я с удовольствием наслаждалась красивыми видами леса, который в солнечный день выглядел неповторимо.
Моё наслаждение прервал звонок Станислава:
— Таня! Ну почему вы меня не разбудили? Ну где вы сейчас? За вами глаз да глаз нужен!
Секунду подумав, я решила пока оставить для него тайной мои передвижения. Не стоит пока ввязывать его в опасные для жизни мероприятия. Поэтому я замурлыкала ему:
— Извините, Стас! Вы так сладко спали, что я не решилась прервать ваш крепкий сон. Тем более что ваша матушка сказала, что вы недавно заснули. А я вернулась домой и собираюсь по магазинам. Так что смело можете заняться своими семейными и другими необходимыми делами.
— Танюша, вечером увидимся у нас? Или мне заехать за вами?
— Нет-нет! Заезжать не надо! Я когда закончу свой вояж, то сразу позвоню!
А вот в этом я не лукавила. Обязательно позвоню — после своего вояжа!
Я приближалась к месту назначения. Вот уже поворот на грунтовку, и где-то здесь мне предстоит замаскировать свою машину, чтобы не вспугнуть зверя.
Проверив в очередной раз наличие полезных для этого случая вещей в карманах, я поставила телефон на беззвучный режим и продолжила путь пешком. Пройдя лес, я приблизилась к заросшему пруду на окраине села. Сегодня здесь было пусто. Да и неудивительно. Ведь в деревне и оставалось всего два мужика, которые промышляли рыболовством, — Сашка и Егор Матвеевич.
Быстро свернув в сторону заросших огородов, я медленно кралась, внимательно рассматривая движения возле каждого дома.
Первый дом — никакого движения. Егор Матвеевич, видимо, отдыхал.
В следующем огороде заметила свою старую знакомую — бабку Митяя. Она что-то пыталась раскопать и неловко орудовала лопатой, по всей вероятности, хотела накопать себе картошки. Видимо, голодная жизнь её крепко приперла, если она так рано взялась её копать. Осторожно, оставаясь незамеченной, я продолжила путь.
В третьем доме, более цивильно выглядевшем, сидел на лавке мужик и возился с чем-то непонятным для меня. По всей вероятности, это был Сашка. Его я ещё до этого не видела. Предоставив ему возможность продолжать работу, я хотела двинуться дальше. Но в это время из дома к нему вышла дородная баба в платке:
— Саш, да кончай ты эту бестолковщину, потом сделаешь! Обед стынет!
— Так вам, бабам, всё бестолковщина! А чем мне прикажешь рыбу ловить? Иль сама пойдёшь? Вишь, щучина сеть порвала? Скоро закончу и приду! Нюрк! Аль ещё по чём соскучилась?
— Ой-ой-ой! Только об этом и думаю! А рыбачить вечером пойдёшь?
— Знаю, о чём ты думаешь, только стесняешься сказать! Не боись, не обижу! Но к ночи ближе, после рыбалки!
Сашка загоготал.
— Ладно, Нюрка! Ты Вадику-то закажи масла. Что-то уха надоела. Хочется жареной рыбки. Да и Никитишне пару рыбок обещал. А то коня с голода двинет. Ей теперя помочь некому, сидит унучек её. Хоть и от него толку мало было, но всё-таки наведывался. А теперь и вовсе никому не нужна.
— А я и смотрю — она за картошку принялась! А картошка-то ещё как горох! Пойду ей из подвала пяток картошин дам. У нас ещё хорошая.
— Иди, иди!
И Нюрка удалилась — видимо, в подвал. А Сашка продолжил свою починку. А я последовала дальше.
Следующий дом тоже был довольно крепеньким. Но на улице и во дворе никого не было. Чуть-чуть подождав, я решила пройти дальше, оставив разведку этого дома на потом.
За ним был дом-развалюха. Скорее всего, там никто не жил, судя по отсутствию следов и буйно разросшемуся сорняку.
Дальше дом был покрупнее предыдущих. И сорняка практически не было, а следов было много.
Я затаилась между кустами смородины, которые заманчиво чернели мелкой ягодой. Но движения около дома не было. Чуть погодя я нашла себе другое пристанище, ближе к дому. Спряталась за поленницу дров, которые были кем-то заботливо нарублены на зиму. Поленница была под навесом, чтобы дожди не попадали на дрова, и она меня надёжно укрывала со всех сторон. И, как оказалось, не зря я поменяла дислокацию.
Минут двадцать спустя из дома вышел парень с кружкой и прямиком направился к кустам смородины. Парень был довольно молодой и, скорее всего, городской, судя по одежде. Он начал срывать ягоды, методично складывая их в кружку. Время от времени он ссыпал горсть ягод в рот, наслаждаясь их кислинкой в жаркую погоду.
Я так загляделась на это поглощение ягод, что было не заметила мужика, который появился у огорода:
— Эй, Малой, кончай жрать! Ты девку ширнул?
Парень от неожиданности чуть не выронил кружку. Он подскочил из-под куста и пошёл навстречу мужику.
— А вы, Григорий Дмитриевич, так быстро обернулись! А девка и в себя ещё не приходила. Вадим сказал, что пока не надо.
— Много знает этот Вадим! Мне неприятности не нужны. Давно бы её спровадили. Что вы с ней копаетесь? А где он сам?
— Да он поехал каких-то рыбаков искать. Давно уехал. Наверное, скоро будет.
— Ох и упрямый черт! Ведь сказал ему — шут с ними и с этими деньгами! Всех всё равно не прихватизируешь! Ладно, слушай и запоминай! Мне опять отъехать надо, но Вадику скажи, чтобы сегодня с девкой вопрос решил. А завтра срываемся отсюда. Жарко здесь становится.
И они исчезли в доме.
Так, слава богу, Маша жива. Правда, неизвестно, в каком она состоянии. Но что жива — это плюс. Но что это за мужик, который имеет какую-то власть над Вадимом? Григорий…
Господи! Да неужели его папенька воскрес из мертвых? А я-то думаю, кого мне этот мужик напомнил! Скорее всего, он инсценировал свою кончину. Интересно, как ему искусно удалось сделать это? Скорее всего, ему нужно было замазать смерть своей жены. А всё-таки кто её убил? Папа или сын?
Ну да не будем углубляться в решение этой загадки. Ею потом займутся следственные органы. А мне своих забот хватает.
Тут с улицы раздался голос Нюрки:
— Вадик! А Вадик!
— Что тебе? Нет его!
— Дык я хотела маслица в городе попросить его прикупить. А он где?
— А тебе какое дело? Ладно, вали с богом! Куплю тебе масла.
Голоса стихли. А спустя ещё минут десять зазвучал мотор машины. Скорее всего, папенька поехал на свои промыслы.
Вот теперь наступает моё время.
Я тихо прошла по еле видной стёжке, которая за лето уже успела зарасти повиликой и осотом. Подойдя к двери, я тихонько постучала. Почти сразу дверь распахнулась и на пороге появился тот самый парень, который любит смородину.
«Что надо?» — это единственное, что он успел спросить. А дальше мой любимый электрошокер «спецназ-классик» сделал свою работу. И парень с открытым от удивления ртом завалился на ступеньки дома. Я решила скрасить его отдых, оттащив его на безопасное расстояние за дом в огород на травку и на всякий случай связав ему руки.
Я осторожно вошла в дом, хотя знала, что хозяев уже нет. Войдя, я никого не обнаружила. На первый взгляд — пусто. Но, приглядевшись, недалеко от печи обнаружила кольцо, которое при поднятии открывало вход в подпол. Естественно, я открыла крышку и быстро спустилась. Подвальное помещение встретило меня холодным духом плесени и затхлости. В углу на соломе и на каких-то тряпках кто-то лежал. Я включила фонарик и, как и ожидала, увидела Марию Антонову. Она лежала тихо. И даже при таком слабом освещении я увидела огромный синяк на лице и кровоподтек у губы.