Выждав пару мгновений, я обозначил себя, и крикнул, что Тонса и Карна нет. Больше тянуть было нельзя, ведь увидев незнакомое лицо на своей стоянке, Охотники могли решить, что стоянка захвачена и все убиты. И быстро отреагировать непредсказуемым образом.
— Их вообще нет, — добавил позже.
И начал снимать щит с наружных ворот. На незнакомый голос отреагировали сначала молчанием, потом несколькими командами, смешки прекратились, караван остановился.
Я встал у входа, как часовой, держа копье острием вверх.
Как свой.
Через мгновение у ворот появилась пара взрослых, матерых мужиков, очень похожих на Тонса. Они внимательно осмотрели меня, копье и уставились взглядами в сторону стоянки, ожидая, наверно, когда выйдут хозяева.
По ограждению прошла дрожь. Скосив взгляд, я увидел, что меня взяли на прицел двое молодых парней, один с арбалетом, другой с луком, совсем небольшим по размеру. Арбалет навели на меня, лучник контролировал пространство перед кустами.
— Охотничий, — подумал я про себя.
Первый мужик, коренастый, с дырой между зубами снова позвал охотников, пока, не обращая на меня внимания.
Наверно, думает, что Тонс решил разыграть их.
Я отставил копье и рукой показал направление, добавил, что там лежит Тонс. Помедлив, показал в сторону могилы, где лежал Карн, обозначив, кто там похоронен.
Старшие каравана все равно не двигались, ожидая чего-то. Я добавил, что Тонс сегодня погиб от Корта, а Карн — уже давно от другого Корта. Тут от стоянки крикнули, что никого нет и все в порядке.
Главный каравана, судя по интонации, спросил меня, кто я такой и что тут делаю. Он был невысокого роста, широкоплеч и коренаст. На загорелом, почти бронзовом лице видны были два длинных, пересекающихся шрама, проходящие по верху лба и левой скуле. В нем чувствовалась недюжинная сила и уверенность. Отвечать хотелось прямо, как своему старшине роты в армии.
Второй был повыше и, как-то, более ловкий, не рассчитывающий на одну силу. Он обогнул меня, мимоходом забрал копье, заодно достав нож из ножен.
Я максимально убедительным голосом, поведал — кто я такой, как попал на стоянку. Особо подчеркнул, что Тонс взял меня на работу Носильщиком. Я тут уже полтора месяца. До сегодняшнего утра мы с Тонсом вместе работали, били дичь и сушили мясо.
Охотник давно объяснил мне, что у него такие полномочия есть, пусть по потенциалу я и не тяну.
Главный свистнул и караван начал заходить в лагерь. Он состоял из восьми низкорослых лошадок, повыше пони, и десятка человек, еще пара мелких собачонок вертелись под ногами.
Взрослыми выглядели те, кого я уже видел и один охотник, ждавший в лагере.
Остальные были — Носильщиками, совсем молодыми парнями.
Молодые остались сторожить у входа, а меня отвели к навесу и поставили перед Старшими, которые устроились за столом. Остальные быстро обыскали лагерь, погреба, платформу и принесли к столу одну шкуру, поразившую их до крайности. Отрапортовали, сколько примерно добычи готово, и кинули кошелек Тонса и мой рядом.
Старшие осмотрели кошели и уставились на шкуру. Когда ее развернули, они не сдержали восхищенного ругательства, притом оба сразу. Забыв про меня, они подробно изучили шкуру, померили ее, поискали дефекты и, обалдевшие, вернулись за стол.
Теперь на меня смотрели уже по-другому, как на человека, не поддавшегося соблазну убежать с таким сокровищем. И, наверно, присутствовавшем при ее добыче.
Начали было допрос, но я сразу заявил, что надо срочно идти к телу Тонса.
Сказать это было не просто, словарный запас оставлял желать лучшего, и получалось немного в приказном тоне. Чтобы не получить по лбу, я сразу сказал, что там лежит еще один Корт. Ведь что-то такое читалось в глазах у широкоплечего. Главные совсем ошалели, сомнение снова появилось на лицах.
Как так, они не могли понять, почему крутые Охотники пропали или мертвы, а такой чайник — жив.
Естественно, они подозревали меня, хоть и не говорили.
— Корт напал сверху, но Тонс успел его ранить. А я смог добить, копьем, — объяснил я.
Полные недоверия глаза изучали мое честное лицо. Ну с этим-то проблем нет, врать не приходилось. Главный охотник кивнул двоим молодым и, взяв меня в середину, мы выступили за ограждение. Но сначала он проверил следы крови на острие копья. Хорошо, что они там были, естественно.
Недолгая дорога, вскоре мы стоим над трупами Тонса и Зверя, густо облепленными насекомыми. Пара зверьков, похожих на крыс, шустро разбежалась по кустам. Старший потратил пять минут на осмотр и кивнул кому-то за моей спиной. Мне снова вручили мое копье и поставили присматривать вокруг. Парни быстро и умело сняли шкуру, оттащив тушу на ровное место, свернули ее и вручили мне. Тело своего товарища погрузили на рогожу и сгибаясь, понесли к стоянке. Черт, все подтвердило мои слова, я вздохнул с облегчением.
Старший подошел ко мне и протянул руку:
— Ты молодец, так заколоть Корта — надо уметь. Или тебе очень повезло. Меня зовут Альс, я — Старший Мастер Гильдии.
— Ольг Прот. Носильщик Гильдии, — скрепил я знакомство рукопожатием.
Целый Старший Мастер!
Его то что сюда занесло, в обычный караван?
По словам Тонса, в Гильдии числилось около шестидесяти Охотников, не считая прислуги в Сторожевом Доме, и на складе в городе.
Старший Мастер, один из двух управляющих Гильдией, отнюдь не должен был заниматься такой рутинной работой, как ходить с Караваном, собирать добычу, спать не в кровати, кормить слепней.
Обычно один находился на базе Охотников, второй в городе координирует деятельность Гильдии с Советом Астора.
Так, что это — настоящий сюрприз!
Когда наша процессия вернулась к лагерю, тело Тонса оставили метрах в ста от ограды, рядом с могилой Карна.
Альс позвал двоих Носильщиков с лопатами. Мы, увеличившись в составе, направились к месту захоронения, и через минуту уже стояли перед камнями на могиле.
Альс прочитал речитативом, видимо, прося не гневаться то ли Карна, то ли его дух. Добавил, что важно для всех нас, чтобы сыновья Карна могли на могиле проститься с отцом и главой семьи.
Как я понял, здесь было очень важно иметь свою могилу, и возможность собраться около нее, всем друзьям и родным. Это было понятно и ценно.
Такой ответ жестокому миру легко укладывался в сознании.
Махнув молодым на место рядом с могилой, Альс со мной и парой тех же Носильщиков отправились к огромному скелету Зверя, лежавшему на прежнем месте, но изрядно уже растащенному. Основной костяк был еще в неплохом состоянии и лежал почти так же, как после смерти, даже кусок дротика валялся поблизости, наполовину ушедший в песок.
Я указал Альсу на него и пояснил, что смерть Зверя произошла после, очень для меня, удачного падения.
— Второй кусок лежит наверху, — добавил я.
Мастер внимательно осмотрел обломок, особенно острую часть дротика, которую я тщательно обработал ножом и обжег на костре до идеально острого состояния. Вся эта работа окупилась сторицей.
Прихватив обломок с собой, Мастер попросил меня показать место, где и произошло ранение зверя. Мы поднялись наверх, и около сосны-ели я, с облегчением, нашел второй обломок дротика. После осмотра и этого куска, Альс самолично поднялся к вершине дерева и потратил пару минут на изучение веток.
Видимо, все мои слова получили подтверждение. Да и под деревом Мастер легко отметил невидимые для меня следы крови.
Поэтому я удостоился серьезной похвалы от Мастера. И даже признания, что именно я своей хитростью и везением смог ранить и потом убить Великого Зверя.
И смог отомстить за смерть члена Гильдии, что было особенно важно для этих людей. Я сразу почувствовал, что ледок в отношении меня исчез.
И, наоборот, все рады, что среди нас появился такой везучий и живучий Носильщик. Сделавший невозможное и преодолевший судьбу.
Буду теперь легендой, на этот год — точно.
Хоть и Носильщик, но по деяниям — настоящий Мастер!
В этом мире люди суеверны, везение человека было одной из основных добродетелей. Особо везучего члена Гильдии все хотели иметь в составе охотничьей партии или каравана.
И если Главный Мастер признает при членах Гильдии, а здесь в караване — он Царь и Бог, что мои заслуги велики и поразительны, то я — официальный член Гильдии.
И, что немаловажно, могу рассчитывать на более высокую часть доли от вырученного, особенно от продажи шкур.
Мы вернулись на стоянку, я отметил, что могилу уже выкопали. По дороге я мысленно перекрестился, Охотники не обратили внимание на окрестности источника, ведь я предупредил, что успел снять тут все ловушки. Носильщики, пока Альс разбирался с осмотром места ранения Зверя, смотрели по сторонам внимательно. Но тайник, очень важный для меня, не находился в поле зрения. Пока шли к стоянке, я изо всех сил скрывал чувство облегчения.
Здесь булькал котел и разносился запах кулеша, на стоянке кипела жизнь. Добыча была сложена и посчитана, второй Старший доложил Альсу, что в итоге получилось. До нормы немного не дотянули, по его словам.
Альс крикнул всем заканчивать дела, и собираться прощаться с погибшими товарищами.
— Остаемся здесь! — сообщил он на всю стоянку.
Может, караван раньше и не собирался ночевать, но пришлось разбираться в произошедшем и хоронить своих друзей. Еще надо было снять оставшиеся снасти и сложить их для хранения. Все вместе мы вышли к месту похорон, и там я увидел еще одну могилу и новые приготовленные камни разного размера.
Альс и второй Старший вышли вперед, опять негромко прочитали свою молитву и, помолчав, сказали опускать тело Тонса. Могилу быстро засыпали и установили камни своим порядком.
Как и Тонс над могилой Карна.
Была середина дня, я с тремя Охотниками отправился снимать петли и ловушки. Теперь забирали только мясо, со шкурами не заморачивались. Уже темнело, когда собрали все петли и вернулись на стоянку. По пути познакомился с Учеником Охотника Понсом и Носильщиками Кросом и Товером.