олодным оружием.
То-то я сразу понял, что Тонса лучше и не пытаться обхитрить или сбежать от него. Даже в Гильдии он был один из самых крутых бойцов, не слабее того же Альса. Даже приятно было вспомнить, как я заявился на стоянку и правильно себя повел сразу. И как все получилось в итоге.
Встали и помянули погибших друзей, для парней за столом они были самой настоящей семьей.
Потом я спросил совета у Понса, что делать с таким неуважением со стороны местного криминала к членам Гильдии. На что тот рассудительно ответил, подумав немного:
— Сегодня не будем и там успевать и здесь, мы уже поднабрались, а не дело это — под хмелем серьезные вещи творить. Надо завтра подойти, когда жулики поправлять здоровье будут. И поспрошать вдумчиво, да со смыслом, с каких это радостей они обиды на гильдейцев хранят, и что с ними теперь делать.
— Ты главных смельчаков запомнил? — спросил новоиспеченный Охотник.
— Запомнил одного, на пальцах что-то изображал, по ходу — оскорбительное, — подтвердил я.
— А, это они свой язык придумывают, точнее — пытаются вспомнить то, что было в ходу у таких, до Беды, — пояснил Понс.
— Раньше у них Лига была, много таких людишек в ней крутилось. Да они все в Асторе остались переждать Зиму. Все в Крыс и превратились. Несколько банд разбежалось по окрестным хуторам, когда в городе резня за еду и дрова началась. Но и там не смогли такие выжить. Волки северные всех сожрали, когда пришли. Кто спрятался, те померзли по погребам и подвалам.
Вот еще новость, волки с Севера. Наверно — такие же здоровенные, как и у нас, полярные волки.
Тем временем атмосфера в трактире накалялась, видно было, что охрана здесь такого авторитета, как у Сохатого, не имеет. Легкие стычки с перебранкой уже полным ходом шли вокруг нашего стола. С самой Гильдией пока желающих связываться не было. Отрадно, что Охранникам было уже не до нас. Их в оборот брали соседи с другой стороны — кузнецы, здоровенные мужики, бывшие на вид все же не здоровее лесорубов.
Лесорубов, я кстати, так и не заметил, видно в город они нечасто заходили, хватало веселья у Сохатого. Ладно, это надо запомнить, очень уж они, как из дерева вырубленные, все руки собьешь.
Я не стал просить Кроса, горланившего песню о нежной пастушке и активно толкавшегося плечами, рассказать мне о тех, что занимали столы рядом. Это сделал Понс, указав мне на кузнецов, кожевников, каменщиков, строителей, стеклодувов и перевозчиков. Все столы, что сидели рядом и были видны от нас.
— Здесь что, все мастера с города собираются? — удивился я.
— Да, почти все, кроме ювелиров, лекарей, тех, кто дорого работает, да еще всяких образованных мастеров. Они тоже иногда сюда заходят, когда хотят нервы пощекотать, потом долго не появляются. Гвардейцы тоже нечасто бывают, у них свой трактир. Здесь место для простых, крепких парней без излишних церемоний. Здесь все честно.
— Но сюда только половина мастеровых Города ходит, вторая половина в основном сидит в *Лисе и Журавле*, это ближе к порту. Там немного дороже и пиво получше. Это все знают, поэтому мы тоже там собираемся, но и сюда заходим, чтобы развлечься. Сегодня третий день праздника, отмечают переход весны в лето. Поэтому все трактиры забиты.
Понятно. Надо хоть с календарем местным определиться. С днями недели я, конечно, уже знаком, постоянно в обиходе используются. Вот месяцы еще темное дело для меня. Да и все остальное тоже. Удачно я все же попал, в теплое время.
— Там, что, нет такого веселья? — спросил я, глядя, как кузнецы уже всерьез докопались к охранникам.
— Бывает, только иногда, — усмехнулся Понс, — Охрану караванов все недолюбливают, считают их бестолковыми бездельниками, и в этом что-то есть. Зря они сегодня сюда зашли, да еще без Редкена. Тот умел постоять за своих и частенько бил самых горлопанов. А сегодня ему не до этого.
— Лекарь в трактире у Сохатого подлечил его, челюсть сломана в двух местах, да и блюет он постоянно. Поэтому у охраны будет трудный вечер, — усмехнулся Охотник.
— Сегодня мы с Кросом проставляем, он то и захотел сюда, тем более, у тебя тоже есть повод, — добавил он.
— Повод есть, это точно. Вот кулаками махать не хочу, уже не молодой для таких забав, — высказал свое мнение и добавил вопрос:
— Почем город платит за Крыс?
— Хочешь поохотиться? Это надо на Север идти, через Каменистые пустоши. Они туда постепенно переселяются, люди все больше земель под себя захватывают. Да и мало Крыс осталось, изредка попадаются, — просветил Понс.
— Да нет, не хочу. Просто интересно, ведь и доля какая-то будет, — пришлось пояснить свой корыстный интерес.
— Столько ушей сдали в Ратуше, может хорошо капнуть.
— Может и будет, может и нет, Старшие решать будут, — неопределенно ответил Понс и я почувствовал в его тоне, что слишком я деньгами интересуюсь. А ведь уже не вхожу в Гильдию, да и знак Отставника получил авансом. Что скромнее надо быть, — это мнение Понс мне так озвучил.
Ну что ж, учту такие пожелания, буду меньше его спрашивать.
Пожалуй, и махаться сегодня ни к чему, как уж Крос меня не рекламирует перед соседними столами. Не захотелось мне быть управляемым, хоть даже и приятелем. Надо уметь и самому другими манипулировать.
Народ тем временем повалил смотреть первую драку, в которой молодой кузнец сильно избил молодого же охранника, того друзья принесли под руки и посадили в уголке отходить. Ставки уже собирали активно, и кузнецы отмечали победу своего бойца. Все так же продолжая доставать стол с охраной.
Вернувшийся с улицы Крос все же не выдержал, уже совсем заведенный, и полез к кузнецам, что-то им пытаясь доказать.
Вскоре все снова поспешили на улицу, смотреть, как Гильдия будет разбираться с Кузней.
На улице, перед трактиром была утоптанная поляна, даже с парой скамей, на которые зрители плотно набивались, ловя моменты боев. Ставки принимали аж четыре человека, шустрые парни, трещащие скороговоркой условия ставок, заодно рекламирующие известных драчунов, участвующих в бою.
Крос, вытолкнутый уже вперед, в круг, посмотрел на меня вопросительно, мол, для тебя же стараюсь. Но я отрицательно покачал головой — сам типа, расхлебывай. Предупреждать надо, когда товарища на кулаки отправляешь. Да и разрешения занозиться с кем-либо, желательно спрашивать.
В общем, пришлось Кросу мотать ремни на кулаки, но лицо у него было достаточно ошарашенное. Соперник был ниже долговязого парня на голову, но в плечах гораздо шире, и только землю не рыл, не видя серьезного оппонента в гильдейце.
Краткий инструктаж, свисток и кузнец бросился вперед, желая сразу раздавить соперника. Крос ловко защищался, своими длинными руками не давая прорваться в ближний бой крепышу, отталкивая и проваливая в сторону, но сам почти ударов не наносил.
Насколько я понял, в подготовке охотников нет элементов ударной техники. Они больше используют борьбу в близком контакте, что-то, похожее на джиу — джитсу, в сильно упрощенном смысле. Гильдия серьезно обучает ножевому бою, владению дубинкой, драке на шестах или копьях — в общем, наиболее эффективной технике без близкого контакта, и обучает очень хорошо.
Здесь это умение помогало пассивно. Крос гасил атаки кузнеца, но сам ничего не мог тому сделать. Так продолжалось пару минут, потом кузнец изловчился, прорвался поближе и закатил Охотнику пару хороших ударов. Кросу пришлось не сладко, гасить атаки больше не получалось, как прежде. Оживившийся кузнец принялся бомбардировать лицо и корпус Кроса тяжелыми ударами. Всем стал понятен конец противостояния, вопрос был только в том, сколько Охотник продержится. Еще через полминуты кузнец выдохся совсем и больше висел на Кросе. Просвистел сигнал окончания боя, итог был понятен и руку быстро подняли кузнецу.
На лице Охотника следов было не так много, глаз заплыл, губы разбиты. Мне стало жалко парня, но и игрушкой быть для безбашенных порывов молодого приятеля не хотелось.
Я и так ему говорил, что не собираюсь тут рубиться для сомнительного удовольствия за небольшие медяки. Отбивать кулаки о крепкие лбы всяких кузнецов и строителей.
Заодно посмотрел, как дерется кузнец, как неуклюже он делает обманные движения, сжимает зубы и делает страшное лицо, когда кидается в безудержную атаку, размахивая кулаками куда попало.
Именно тотальная неточность в ударах и позволила Кросу устоять на ногах. Большинство пролетало мимо лица или приходили вскользь. Надо просто отскочить в сторону, когда кузнец бросится в атаку, обязательно опуская голову. И встретить, только тот остановится. Видеть он тебя, а самый опасный — невидимый удар.
Поэтому я не стал ничего объяснять Кросу, а продолжил пить ресу небольшой стопкой с каждым тостом нашей компании. Жизнь вокруг все ускоряла свой ритм, заиграла музыка.
Оглянувшись, я заметил музыканта, с чем-то похожим на банджо. Играл он феноменально, зрители просто ревели от восторга, заглушая музыку. Только теперь я с удивлением увидел, что в трактире не одни мужчины. Около десяти женщин тоже присутствовали и пустились в пляс со своими кавалерами. Вид у них был довольно потрепанным, юбки взлетали выше колена. Было видно, что они точно не леди, а просто старые подруги.
Леди, вообще, пока и не обнаружены мной в Асторе и окрестностях. Хотя, Грита, вполне тянет на такую.
Смотреть на танцы и слушать задорную музыку было волнующе приятно. В прошлой жизни я частенько ходил в бары с живой музыкой попить пива, этот концерт напомнил мне что-то знакомое из той жизни. Захотелось и самому подскочить и пойти потанцевать, но я себя остановил. Ни к чему привлекать внимание еще и диковинными танцами.
А пока я с интересом разглядывал вечернюю жизнь в трактире, понимая, что эта жизнь и есть то, что ждет меня впереди. Несмотря на невысокий уровень и цены, вполне нормальное место. Никто особо не бычит на соседей, о боях договариваются старшие, драк в зале не видно.
Правда и ходить лучше не одному все же, собирать компанию надо. Пиво — вот так себе, это серьезный минус, лучше в Журавля сходить для сравнения.