– Прости, прости, – запричитала девушка и хотела было поднять линзу с пола, но была остановлена Василисой.
– Случилось, что случилось, выкидывай.
– Но ты наверно без них плохо видишь, да? Прости еще раз, я такая сегодня… неловкая, – всхлипнула собеседница.– Боже, стыдно-то теперь как!
Василиса с сожалением посмотрела на нее, ведь она, как и целый этаж, прекрасно слышала, что Вика, по мнению Матвея, походила на осьминога. Потому что у нее и руки, и голова были в одном и том же месте, откуда у обычных людей растут ноги. В жопе. Оставалось только надеяться, что это энергетический вампир в лице Матвея Игоревича на сегодня подпитался человеческими эмоциями и впал в кратковременную спячку.
– Соберись, все будет хорошо, – Василиса ободряюще похлопала ее по плечу и вышла в коридор, стараясь быстрее скрыться с глаз.
– Астахова, стоять, – раздался позади нее голос.
– Да, Матвей Игоревич?– Васька по инерции тряхнула головой, чтобы густая челка упала на ее глаза.
– Ко мне в кабинет, – и, не дожидаясь ее реакции, парень шагнул обратно к себе. Откуда тут же донесся его сердитый оклик, – я долго еще буду ждать?
– Я вас слушаю, – крайне миролюбиво произнесла она, когда закрыла за собой дверь, но так и осталась стоять на своем месте.
– Отец уехал на несколько дней и оставил меня за главного.
– Я за вас очень рада. – Пробурчала Васька себе под нос.
–Что ты там шепчешь? – Матвей отвлекся от бумаг и пристально уставился на девушку. – Можешь подойти ближе или мне нужно повышать голос каждый раз, как только я захочу обратиться тебе?
Девушка неохотно, но двинулась к свободному стулу. В отличии от кабинета отца, где повсюду была мягкая мебель для удобства окружающих, Матвей для посетителей поставил жесткие и неудобные стулья. Будто изначально наказывая еще не провинившихся людей за то, что вообще посмели зайти в его логово.
– В пятницу важное мероприятие, отец предупреждал тебя?
– Да, я уже проинструктирована.
– И на счет дресс-кода тоже?
– Игорь Викторович согласился на мое предложение и не стал ужесточать требования. – Васька отвернула голову к окну, чтобы лишний раз не встречаться с ним взглядом и, надеясь, что сам разговор будет коротким. – Так как я должна оставаться в тени и свободно передвигаться по залу, мы вполне сошлись на простой и не яркой одежде.
– Нет. – Последовал жесткий ответ. – Ты хоть и внештатник, но должна придерживаться правил. А значит, в пятницу на тебе должно быть платье и каблуки.
– Матвей Игоревич, – девушка нахмурилась, – а как вы себе это представляете?
– А что, носка платьев у нас приравнивается теперь к сложнейшим математическим заданиям? Или хождение на каблуках у нас стало олимпийским видом спорта? К чему глупые вопросы, если ты девушка и должна уметь это делать. – Фыркает Матвей и встает с места, обходит стол и останавливается напротив Василисы.
– Надо же, спасибо, что напомнили. А то я думаю, а чего это меня Василисой назвали? А оно вон что оказывается! Я же девушка! Ну, е-мое, какое открытие!
Нет, это не ошибочное высказывание и Васька даже не подумала извиняться за такой тон. Но у них с Матвеем с первого дня сложилось именно такое общение, точнее какое-то хождение по опасному краю дозволенного. Почему он ее так невзлюбил с той первой встречи в кабинете его отца, для Василисы до сих пор оставалось какой-то загадкой. Но с каждым последующим днем работы и при каждой их мимолетной встрече либо же работе, Матвей первый дергал ее и тем самым, подстрекал к ответной перепалке. Первый раз ей было очень страшно отвечать на издевки. Васька боялась, что еще слово и ее уволят. Но и молчать она тоже не могла. Что самое интересное, Матвей позволял ей отвечать. Хотя нет, это было не интересно, а даже странно. Настолько, что Васька чувствовала себя какой-то подопытной зверушкой на которой оттачивают навыки сарказма и смотрят, насколько быстро можно довести до слез. Даже его секретарь Маша, с которой они неплохо общались и можно сказать подружились, однажды на обеде сказала одну очень странную вещь:
– Ты знаешь, мне кажется, что он все-таки тебя выделяет из общей массы. Может ты ему понравилась?
Василиса на тот момент жевавшая лапшу чуть не подавилась. Правда аппетит тут же пропал и она отставила картонную коробку с китайской едой в сторону.
– Перекрестись, пожалуйста, и больше не допускай таких мыслей.
– Нет, ну а что? Знаешь, какие он на тебя взгляды кидает?
– Ага, – девушка кивнула, – кровожадные. И поверь, я не в восторге от внимания вашего принца.
– Почему?
– Потому что меня раздражает такой тип людей. Наглый и самодовольный. – Отрезала Василиса и окончательно отказалась от еды. – Надо быть полной идиоткой, чтобы выискивать крупицы романтики в том дерьме, что он выливает на головы.
Эх, знала бы Васька, что потом эти слова дойдут до адресата, когда бледная и заикающаяся Мария окажется у него в кабинете. А ведь этот разговор был затеян не просто так, а с конкретной целью. И ответ Матвею не понравился да еще и масла подлил в едва сдерживаемый костер внутри. То, что Василиса запала ему в душу, он понял по истечению некоторого времени. Своенравная, но очень красивая девушка вписалась в коллектив, даже не смотря на то, что ее работа имела хаотичный характер и не постоянную основу. Она приковывала его взгляд каждый раз, стоило им оказаться поблизости друг с другом. А ее ответы раззадоривали его словно мальчишку. Да он и чувствовал себя пацаном, которому нравилось дергать девчонку за косичку. А еще немного чокнутым садомазохистом. Потому что интерес к Василисе у него был бешенный, но приходилось себя сдерживать и наслаждаться мимолетными кусочками близости во время их рабочих моментов. И на это было много причин. Хотя так хотелось чего-то большего.
Вот и сейчас, Матвей чисто принципиально хотел, чтобы она пришла в платье. Да, это будет неудобно для нее, но разве он может упустить момент и не полюбоваться тонкой фигуркой девушки? Конечно же, нет.
Глава 8.3
Матвей в сотый раз обвел толпу глазами и подхватил у мимо пробегавшего официанта бокал с холодным шампанским. Пил он редко и то, по знаковым событиям. Этот бал можно было смело отнести к такой категории. Если все получится, а у них получится, то вскоре они заполучат влиятельного спонсора и партнера в свои руки. Только ради этого парень был готов терпеть цирк напоказ, а иначе это никак не назовешь. Особенно, когда малознакомые люди лезли к тебе с рукопожатиями, будто ты их лучший друг. А потенциальные соперники с кривой улыбкой обменивались ничем не значащими фразами в ожидании кульминации банкета. Была бы его воля, повыгонял бы всех нахрен и устроил встречу в нормальной обстановке без этой фальши. Но всем парадом руководил отец, который уже был тут как тут и с неодобрением сканировал Матвея. Тот в ответ лишь фыркнул и пригубил напиток.
– Снова пренебрегаешь правилами сын, – Игорь Викторович подошел ближе.
– В каком смысле?
– Во всех. Во-первых, где твой смокинг?
– Где то валяется. – Пожал плечами парень. – Только не спорь, я и сам прекрасно знаю, что выгляжу отлично в собственноручно выбранном костюме, а не в той ерунде, которую заказала твоя тупая секретарша.
– От скромности не помрешь, – цокнул в ответ отец.
– От этого и не собирался. Может лет в девяносто где-нибудь на пляже рядом с молоденькой куртизанкой и с бокалом тропического пойла в руках.
– Кто бы сомневался, что ты ответишь иначе. Тогда ответь мне, почему ты без пары?
– Зачем мне тащить балласт на важную встречу? – Раздраженно уточнил Матвей. – Я хочу по максимуму направить свои силы на заключение сделки, а не отвлекаться на кого-то, чтобы то потанцевать, то принести выпить, то выслушать сплетни обо всех и вся в этом зале.
– Матвей, успешность мужчины заключается не только в твердом положении дел на работе. Семейность тоже играет важную роль.
– Отец, давай без лишних наставлений, хорошо? – Прервал его парень и отставил пустой бокал. – Я лучше прогуляюсь, оценю масштаб твоего позерства так сказать.
И не дожидаясь очередной порции нравоучений, двинулся прямиком в толпу. Точнее туда, где вспыхнула вспышка и где, по всей видимости, находилась Василиса. Интересно, выполнила ли она его приказ или все же своевольничала, как и он?
Знала ли Васька о том, что за ней пристально наблюдают? Нет. Но все равно не могла избавиться от чувства какого-то нервного напряжения, которое сворачивало все внутренности в тугой узел. Возможно, это все из-за ее первого и такого масштабного мероприятия. Свадьбы и выпускные не в счет, потому что даже самые богатые по меркам девушки торжества, меркли по сравнению с закатанным в этом люксовом отеле балом. Женская половина сверкала выбеленными улыбками, шикарными гарнитурами бриллиантов и хвастливо шуршали подолами свих платьев от известных кутюрье. Мужчины в свою очередь, дежурно кивали головами и что-то обсуждали, изредка обращая внимания на своих спутниц. Но при этом, как ни странно, не забывая провожать оценивающим взглядом чужих девушек. Жадные взгляды, как будто не получали ласки больше года. Видимо, это у них было закреплено где-то на генетическом уровне. Васька чувствовала их на себе и в который раз передернула плечиками. Послушала маму называется, надо было идти так, как задумала изначально. Но черт же дернул пожаловаться на своего почти шефа и его требования к наряду. Еле нашли компромисс и теперь на ней красовались не джинсы, а черное платье-гольф. Полностью закрытое и без единого выреза, длиной до колена, но обтягивающее ее словно вторая кожа. Волосы собраны в высокий хвост и немного завиты в концах. С макияжем сильно не усердствовала и акцент больше сделала на губы, а с глаз хватит и того, что будут без линз. Но Васька была бы не собой, если бы не отошла от рамок. Она как раз остановилась в углу и просматривала последние отснятые кадры, как позади нее и почти у самого уха раздался тихий голос:
– И как это понимать?