– Симпатичнее? – Ник автоматически завел исполосованную шрамами руку за спину.
– Смелее. Ладно, Василиса, она девушка, но ты-то где оставил свое мужество?
– Слушай, – Ник понизил голос, – не борзей. А иначе я не посмотрю на то, что ты муж Лисы и качественно разукрашу твое лицо.
– Ну, бей, если станет легче, – Влад даже расправил плечи, – только зря словами не разбрасывайся. Не муж я ей.
– Не понял. Повтори. – Никита даже сделал шаг назад в удивлении и уставился на лицо говорившего парня напротив.
– Да все ты услышал верно. Мы не женаты и наши отношения фиктивны. Васька для меня стала словно сестрой, которой у меня не было в моей семье. Но никак не возлюбленной. Не спрашивай, зачем нам это, но поверь, она меня спасла.
– И что это? Что ты сейчас делаешь?
– Возвращаю ей должок.
– Это шутка такая? Или ты решил побыть рыцарем?
– Нет, рыцарем для нашей принцессы всегда был ты. И на этой же позиции ты и остался. Позволь только дать тебе один совет: не про*би снова свой шанс. – С этими словами, Влад хлопнул его по плечу и ушел к остальным гостям.
Никита постоял еще немного, переваривая информацию. А затем ринулся обратно к шатру, превозмогая боль в ноге. Он спешил к той, которую так любил и никак не ожидал того, что увидит бегущую к нему Лису. Бледную и с перепуганными глазами.
– Скай, ты только не волнуйся. Но Лида потеряла сознание и ее отнесли в дом, а скорая будет через несколько минут.
– Что? – Опешил парень. – Как это произошло?
– Не знаю. Вот она танцевала и сразу же резко упала. Никто не понял, что стало тому виной. Поспеши, твой отец только уехал с Алисой. А с ней должен кто-то отправиться в больницу.
И все заготовленные фразы мгновенно вылетели из его головы. И вновь судьба вмешивается в их историю и устанавливает преграды.
– Нам с тобой нужно будет поговорить, – только и успел он бросить ей до того, как перебраться в машину скорой помощи, где на носилках лежала Лидия.
– Потом Скай. Ты сейчас нужнее своей маме. – Был ее ответ и машина тронулась с места, оставляя Ваську с Аней и остальных перепуганных гостей позади.
Только сидя в коридоре, Никита впервые понял, каково было его маме после аварии. Когда она точно так же сидела на этих жестких стульях в полном неведении и с надеждой всматривалась в каждого врача, который выходил из палаты. Хотя с момента их поступления прошло всего пару часов.
– Она чувствует себя лучше, так что можете войти, – обратился к нему мужчина в белом халате и придержал для Никиты дверь. – В целом, состояние стабильное. Ничего страшного, все показатели в норме, кроме давления. Лидия говорит, что вы были на свадьбе?
– Да.
– Возможно, переутомилась или перенервничала. Все же вы понимаете, что годы берут свое. Вашей матери желательно соблюдать диету и никакого алкоголя при ее давлении.
– Сын, ты можешь сказать этому олуху, что я его не только слышу, но и прекрасно понимаю. – Угрожающе попросила мама. – Я ему уже сказала, что во всем виновата жара. Ну, кто отмечает свадьбу в шатре и не предусматривает там банальных вентиляторов в плюс тридцать градусов тепла?
– Мам, успокойся.
– Я спокойна и хочу побыстрее вернуться домой. – Женщина скрестила на груди руки. – Но этот гад больничный собирается оставить меня здесь на несколько дней.
– Это для вашего же блага, – спокойно отозвался врач. – И если я сказал, что вы здесь останетесь, то так оно и будет.
Лидия удивленно хлопнула ресницами и даже прикусила губу. Надо же, кажется, она нашла здесь интересный экземпляр, характер которого похлеще, чем у самой больной.
– Спасибо, доктор Солей. – Никита протянул ему руку. – Можно нам побыть наедине?
– Конечно, – ответил тот, – и если что, то зовите меня Роджер.
Врач улыбнулся и Лида неожиданно покраснела. А еще она почувствовала себя неловко в этой больничной пижаме. И даже чуть некрасивой. Ну кого красит больничная одежда, в которой открывается вид на твою голую пятую точку?
– Ладно, так уж и быть, побуду здесь. Но мне кажется, что он на меня запал. Иначе, зачем бы ему так наседать с этой госпитализацией?
– Наверно потому что он твой лечащий врач, под наблюдением которого ты находишься.
–Вот сразу видно мужскую логику. И никакой тонкой душевной организации. Дай хоть телефон, я позвоню Ане и скажу, что задержусь здесь. А то потом они сядут в самолет и все, накроется связь.
– Куда сядут? – Никита дернулся на стуле. – Они улетают сегодня?
– Да, у них изначально были билеты на сегодняшний вечер. Это я собиралась побыть здесь с тобой немного, а затем вернуться на неделю позже. И едва успела отговорить ее, чтобы она не приезжала, как этот доктор Айболит отобрал мой телефон. Что такое? Никита, что произошло пока я была в отключке?
Немного сбиваясь, он ей все рассказал, не утаивая ни слова. Лида с непроницаемым лицом выслушала сына, а затем, спокойно погладила его по руке и улыбнулась.
– Не переживай, она дождется тебя.
– Я не уверен. Столько раз ее подводил и…
– Но в этот раз подвела вас я. – Лидия качнула головой. – Она поймет и не осудит. Ну, а ты мой родной, пока я буду воевать с этим Роджером и набираться сил, готовься к возвращению домой. Там тебя ожидают великие дела.
Эпилог
Тридцать первое декабря. В то время как многие готовятся к празднику, наряжают елку и замешивают оливье, одинокая фигура застыла перед памятником на кладбище. Ее не волновал ни холодный ветер, ни срывающийся снег. Сколько времени прошло, а она до сих пор чувствовала эту тупую боль внутри. Стягивая теплую перчатку, она касается ледяного камня и поправляет маленького медвежонка в подарочном пакете. Никаких цветов или венков. Ничего лишнего. Только она и это место, скрепленные тяжелыми воспоминаниями.
– Мам, – тихо раздается голос позади, и крепкие руки обнимают ее со спины.– Пора ехать.
– Еще минуточку, – Лида кивает и, сжимая его ладонь, переводит взгляд на гравировку. Имя, дата и все остальное она помнила наизусть. Но глаза будто магнитом тянет обратно. И каждый раз одна и та же мысль, которая рвала душу на лоскуты.
– Все думаю, что если бы не халатность врачей и их промедление, – Лидия горько вздыхает, – вас бы рядом было двое.
Никита лишь крепче прижимает маму к себе. Он не знает, что сказать. Ему бы самому безумно хотелось, чтобы брат был рядом. Но его эмоции по этому поводу, конечно же, меркли по сравнению с тем, что чувствовала Лида. Ведь у нее вот уже тридцать лет этот праздничный день омрачен горем. И слез больше нет, осталось только жжение в груди. Лидия в последний раз проводит рукой по памятнику, прощаясь, и разворачивается к машине. А с другого конца кладбища к ним спешат еще две фигуры. Аня с Васькой пробираются сквозь сугробы и вскоре оказываются в салоне. Не могли они в такой день не навестить Ивана, все же это был его любимый праздник.
– Итак, мои дорогие, – Лидия вставила ключ в зажигание и обернулась назад, где сидел Никита и Василиса. Один больше не садился за руль из-за травмы, а вторая панически боялась теперь ездить впереди. – Напомните, почему мы празднуем новый год с Сашей и Алисой? В их новом доме здесь?
– Потому что это было обговорено еще в июле месяце. – Вместо них ответила Анна. – А еще она просила называть ее Алисией.
– Ага, тогда я принцесса Монако. – В свойственной ей манере парировала Лида. – Можно вывести девушку из села, а вот село из девушки нет. Она как была Алиской Вилкиной так ею и осталась.
– Мам, не включай режим стервы. – Ник усмехнулся. – Ну, подумаешь, отец женился на твоей бывшей одногруппнице. Может, у них действительно любовь?
– Ник, а ну напомни мне, какой факультет я окончила?
– Театральный?
– Вот. – Лида щелкнула пальцами в воздухе, а затем вырулила на дорогу и включила дальний свет фар. – Ставлю пять тысяч, что любовь их продлится не долго. Алиска в свое время завалила экзамен. А знаете почему? Играла хреново и все преподаватели в один голос твердили, что актриса из нее некудышняя. Здесь будет точно так же. Даю им лет восемь и вскоре Сашка будет искать себе новую жену.
– Лидка, ну нельзя же так говорить о человеке, – возразила Аня. – Да и вообще, как можно делать ставки в таком случае?
– Можно, Аня, можно. Особенно, когда ты знаешь его как облупленного. Я, между прочим, на правах бывшей жены имею право на беспокойство. Все же Сашка мне далеко не чужой человек. Глупый, правда, что все свои годы угробил на работу, но справедливый. Но в одном ты права точно. Такую ставку делать ни в коем случае нельзя. Какие восемь лет? Пф, лет пять.
– Поддерживаю, – поддакнул Никита и под недоумевающим взглядом Василисы, спешит объясниться, – что? Отца люблю, но эта Алисия меня немного раздражает.
– Злые вы, – Аня наигранно вздыхает, – ладно, признаюсь, я тоже не верю в их пару. И вообще думаю, что протянут они еще года три от силы.
В салоне на мгновение воцарилась тишина, которую через секунду нарушил громогласный хохот всех пассажиров. Они смеялись до слез так, как никогда. А вместе с этим все плохие мысли и беспокойство куда-то исчезали, освобождая их от переживаний.
– Ой, не могу, – Анна утирала пальцами выступившие слезы, – ну, правда, хватит. А вообще, Небесная, так нечестно.
– Это чего это? – Лида повернула в другой ряд, пробираясь к дому своего бывшего мужа, который даже издалека светился не хуже какого-то ночного клуба.
– Вот ты Сашку и Алису критикуешь, но они хотя бы попробовали построить семейные отношения. А ты? Долго еще будешь бегать от Роджера?
– Ммм… не дави на меня. Мне надо подумать, все взвесить и уж потом решать, а стоит ли мне второй раз выходить замуж.
– Тетенька, тебе уже пятьдесят четыре, – не удержался от подкола Никита.
– Ну и негодяя вырастила, – притворно возмутилась Лида, – погоди, я вот сейчас вылезу и покажу тебе тетеньку. Готовься шкет, я тебя закопаю в сугробе.
– Нет, ну а если серьезно? – Аня пришла на помощь Нику. – Мужик ведь хороший. Да и врач к тому же, вот на ноги тебя поставил в свое время. Глаза при виде тебя горят безумно, так что надо брать.