А когда очнулась, Толя был уже мертв — у него из кадыка торчали изящные позолоченные маникюрные ножницы, вогнанные в плоть почти полностью…
Я отползла в угол комнаты и закрыла глаза.
«Это сон! Это сон! Это сон!» — твердила я себе, пытаясь сохранить остатки рассудка. В комнате пахло медью — это кровь медленно вытекала из развороченного горла мужчины, с которым я еще вчера занималась любовью…
Могу предположить, что я сидела так довольно долго, молча и неотрывно следя за струйкой крови, ползущей по полу. Оказывается, пол был неровный, с уклоном к двери. Туда кровь и ползла…
Я не могла ни пошевелиться, ни даже двинуть рукой. Я следила глазами… безотрывно следила глазами… за кровавой лужицей, двигающейся плавно и медленно, словно она была живая. Это только в дешевых триллерах женщины страшно орут, визжат и вопят до тех пор, пока им на помощь не прибегут соседи, полиция или супермен. Я орать не могла. Визжать тем более. Я даже не могла тихо говорить.
Кровь остановилась и начала скапливаться в лужу, постепенно разбухая и увеличиваясь в размерах. Я шевельнулась, чтобы подтянуть ноги к груди, — я сидела около самой двери, и теперь кровь подобралась ко мне вплотную. Слабое движение вызвало во мне цепную реакцию: я пошевелила ногами, потом расцепила затекшие руки, потом смогла отвести глаза, а потом вскочила на ноги и бросилась вниз. На первом этаже была груда битого стекла, видимо, Толя упал на стеклянный журнальный столик, сломанные перила и еще неизвестно откуда взявшийся мусор. Я выбежала во двор и бросилась к калитке. К моему счастью, она оказалась открытой, наверное, это Толя, вернувшись домой, забыл ее запереть, попав под тропический ливень. Я рванула на себя дверцу и вылетела в чем была на дорогу. Бежала я долго, до тех пор, пока левая нога не подвернулась на мокрой от недавнего ливня земле. Я пролетела приличное расстояние по воздуху и с размаху плюхнулась лицом вниз. Сначала боли я не почувствовала и тут же вскочила на ноги. Но… черт… похоже, я вывихнула плечо. Во всяком случае, правая рука (как у Толи!) повисла вдоль туловища тряпкой, и даже малейшее движение вызывало мучительную боль.
«О господи, что я наделала!» — Я огляделась вокруг — одна, на дороге, а в доме — труп… И кругом — отпечатки МОИХ пальцев.
Я не хочу в тюрьму, — пробормотала я, поворачивая обратно. Из последних сил я бросилась назад, в дом. Надо было спрятать Толю… Закопать? Сжечь? Меня передернуло, но я продолжала упрямо идти вперед, стараясь не обращать внимания на колющую боль в плече. Я вошла во двор и крепко-накрепко заперла за собой дверь. Все приходилось делать одной рукой, к тому же левой, и я изрядно намаялась, пока закрыла калитку.
Я вошла в дом и замерла, не в силах сделать ни шагу вперед.
— Хочешь в камеру? К теткам? — тихонечко спросила я саму себя. — Как ты думаешь, им понравится девочка-мулатка?
Я вздрогнула и начала медленно подниматься наверх. Лестница скрипела (раньше я этого не замечала), и каждый скрип отдавался оглушительным звоном в голове.
Когда я подошла к спальне, у меня мелькнула шальная мысль: а что, если Толи там нет? Ну нет, и все? Я набрала в грудь побольше воздуха и заглянула в дверной проем — выбитая дверь висела на одной петле. Толя был там. Мало того, кровь начала подсыхать, а лицо трупа посинело…
Я отвернулась, и меня вырвало.
— Я никогда не смогу до него дотронуться! — простонала я, опускаясь на пол. — Никогда!
И снова впала в оцепенение, из которого меня вывел очередной раскат грома, похоже, на сегодня гроза выполнила не весь намеченный ею план.
Я медленно, помогая себе левой рукой, поднялась на ноги и вошла в комнату, стараясь не дышать носом. Подошла к Толе и, схватив его левой рукой, попыталась вытащить наружу. От усилия правое плечо словно взорвалось дикой болью — я застонала и разжала побелевшие пальцы. Было понятно, что одной мне не справиться никогда.
Я, брезгливо морщась, залезла Толе в карман брюк и вытащила его сотовый. Набрала Ритин номер.
— Да? Алло? — Я едва слышала голос подруги.
— Рита! Приезжай! — Я не узнавала саму себя. — Приезжай, у меня… у меня…
— Сьюзи? Это ты? — рассмеялась Ритка. — Что? Я ничего не слышу!!!
— Приезжай, или я погибла! — из последних сил крикнула я, и связь прервалась. Сверкнула молния, на мгновение ослепив меня, затем грянул гром. Я вздрогнула, телефон выскользнул из моих рук и упал прямо в лужу крови…
Шатаясь, я вышла из комнаты и легла на полу в коридоре второго этажа. Закрыла глаза и впала в полубессознательное состояние — я то дремала, то просыпалась, болело плечо, гудело в голове, перед глазами плыли разноцветные огни.
Проснулась я от дикого грохота, доносящегося неизвестно откуда. Я с трудом открыла глаза и попыталась подняться — весь правый бок тут же обожгло, и я, вскрикнув, повалилась обратно на пол.
«Какого черта я здесь делаю?» — Я страшно удивилась, очнувшись в коридоре. В окна второго этажа светило яркое солнце, громко пели птицы. Странный грохот повторился вновь. Я, охая, поднялась на ноги и поплелась вниз — практически на автопилоте. Очень болела права рука, пальцы посинели и совсем не двигались. Спустившись на первый этаж, я поняла: это ломились в дверь.
— Сьюзи!!! Сьюзи!!! — орала Ритка.
Я открыла засов и…
— Боже мой!!! — Ритка отпрянула, едва взглянув на меня. Около нее стояла Аленка, она схватилась за сердце.
— Что с тобой?! — Девчонки бросились ко мне. — Калитка нараспашку, дверь ты не открываешь. Ты упала?
— Я? — Я удивленно подняла на них глаза и тут же все вспомнила. Вчерашний кошмар ожил снова. Я опустилась на пол и заревела.
— Что? Что?! — Ритка крутилась вокруг меня, не зная, чем помочь. Аленка пошла наверх.
— Зачем ты привезла ее с собой? — Я вытерла слезы и кивнула в сторону ушедшей Алены. — Они с Толей хотели меня убить…
— Ты что?! — Ритка выкатила на меня глаза. — С ума сошла?!! На-ка, попей водички…
Ритка рванула на кухню и принесла мне стакан воды.
— Я туда накапала сорок капель валокордина, выпей…
Не морщась, залпом, я все выпила и замолчала.
— Ты вчера мне звонила. — Ритка огляделась вокруг, не зная, куда бы присесть. — Мы с Мареком и Аленой сидели в кафе, я ничего не расслышала. Мы с Аленкой договорились, что сегодня утром приедем к тебе. На ее машине, она согласилась меня подвезти, мой «жучок» чуть сломался… Сьюзи, вас ограбили? — Ритка показал рукой на битое стекло и прочий мусор. — Что случилось?
— Слава богу! — Аленка спустилась вниз. Ее лицо было бледным, а глаза горели адским пламенем. — Слава богу, это ничтожество мертво…
— Что? — Ритка посмотрела на нее как на сумасшедшую. — Кто умер?
— Кто-то прикончил Анатолия. — Аленка не могла скрыть радости. — Кто, Сьюзи? Это ты?
Ритка отшатнулась от меня, как от прокаженной.
Я подняла на Алену глаза:
— Твой план не удался? Я нашла в машине у Толи лекарство, которое ты обычно используешь в своих темных делишках…
— Что? — Алена искренне удивилась. — Ты о чем?
— Не притворяйся, — я, как могла, рассмеялась, — вы же с Толей были любовниками, насколько я понимаю, я вам мешала…
Ритка переводила взгляд с меня на Аленку, сохраняя молчание.
— Любовниками?! — Алена нервно, почти на грани истерики, рассмеялась. — Да этот мудак шантажировал меня, вымогая деньги! Я отстегивала ему по пять штук каждый месяц за его молчание…
— Что? — Ритка опустилась на пол рядом со мной.
— Как? — Я опешила. — Как?!
— А вот так — Аленка протянула мне руку и помогла подняться. — После того как ты растрепала ему все о моем первом браке, Толя явился ко мне домой и потребовал денег за молчание. Иначе он грозил сдать меня не только ментам, но и всей многочисленной родне Олежека. И еще неизвестно, что страшнее.
— Господи… — только и могла вымолвить я. Ритка встала с пола и подошла к лестнице, ведущей наверх.
— Он там? — спросила она то ли у меня, то ли у Алены.
— Да, с ножницами в горле, — относительно спокойно произнесла Аленка, Ритка пошатнулась:
— Сьюзи, кто это сделал?
— Я. — Я пожала плечами. — Это сделала я. Я оборонялась, он хотел меня задушить, а может, и не хотел… Я не знаю…
— У тебя на шее синяки. — Аленка вздохнула.
— Ты меня ненавидишь? — Я подняла на нее глаза. — Я думала, что ты хочешь убить Толю, и поэтому его предупредила…
— Ты не предупредила, ты меня сдала, — хмуро возразила Аленка. — Из-за тебя я отдавала этому подонку не только свои «алименты», но и брала деньги у Алика…
— Почему ты не приехала к Сьюзи и все ей не рассказала? — Ритка подошла ко мне и осторожно начала ощупывать мое правое плечо.
— Он мне сказал, что если хоть раз увидит нас вместе, то сразу же сдаст меня со всеми потрохами. Куда я могла приехать? К нему на дачу? — Аленка стояла посреди кухни, солнечные лучи играли в ее роскошных волосах, делая их огненно-красными. — Я находилась на грани безумия!
— Прости меня! — Я низко опустила голову. — Прости меня, Алена, я такая дура…
— Ты сама себя наказала. — Аленка тяжело вздохнула. — Что думаешь делать дальше?
— Не знаю…
— У тебя вывих, — Ритка приподняла мою правую руку, — потерпи немного. — Она отклонила руку назад и изо всех сил рванула. Что-то хрустнуло, и сустав встал на место.
Я заорала от боли.
— Сейчас все пройдет. — Ритка погладила меня по плечу. — Но вывих долго не вправляли, поэтому началось воспаление. У тебя есть какие-нибудь лекарства?
— В ванной, в аптечке, — кусая губы от боли, произнесла я. Действительно, рука ожила, пальцы начали шевелиться, хотя и с трудом.
— Откуда ты все знаешь? — Аленка посмотрела в спину удаляющейся Рите. — Ты кем была в прошлой жизни? Врачом?
Ритка промолчала.
— Как мало мы, оказывается, о ней знаем. — Аленка улыбнулась. — Для крупье она слишком много знает и умеет…
Ритка вернулась через три минуты и принесла мне горсть таблеток:
— Выпей все. Потом мы отвезем тебя к врачу.