Я буквально приросла к полу.
— Что?!! — Я присела около телефона и перемотала пленку назад, но, видимо, с перепугу отмотала слишком много. Все остальные сообщения были стерты, и я довольно долго слушала тишину.
— Почему она не поставила новую кассету? — спросила я саму себя и тут же ответила: — Наверное, слишком торопилась и стерла все перед самым отъездом. Но что там было?
Я сидела на полу в коридоре и пыталась взять себя в руки.
— Я ослышалась, может быть, не Олешин, а какой-нибудь Какешин?
Я снова перемотала пленку и прослушала последнее сообщение два раза подряд.
— Получается, что… — Я была в крайней растерянности. — Получается, что Аленка и Олешин…
Я не могла заставить свой мозг распутать этот клубок — на меня напал какой-то ступор.
Я схватила телефон и посмотрела на определитель — номер, с которого звонил Олешин, высветился на дисплее. Еще не понимая, зачем я это делаю, я набрала этот номер и закрыла трубку ладонью.
— Федор? Это Алена, у меня сломан аппарат, тут помехи. Чего ты звонил? — Голос у меня дрожал так сильно, что я не могла говорить внятно, даже если бы захотела.
— Аааааа, быстренько же ты нашлась, моя милая! — Олешин был дико возбужден. — Ты знаешь, что на меня вышли менты?
— Почему? — ватным голосом спросила я.
— Потому что они каким-то образом вышли на моих ребят! А идея была именно твоя. Это не телефонный разговор, приезжай ко мне прямо сейчас! — приказал Федор и повесил трубку.
Я обалдела. Получается…
— Этого не может быть! — Я покрутила головой, пытаясь отогнать от себя навязчивые мысли. — Надо разыскать Алену и спокойно с ней все это обсудить.
Я вышла из квартиры и, прижимая папку к груди, захлопнула за собой дверь. Ключи я забыла на полу в коридоре…
Федор был прав — сотовый Аленки находился «вне зоны досягаемости», так что мне пришлось отложить свое расследование на неопределенный срок. Последние дни я только и делала, что пыталась разобраться в этой ситуации. Ясно было одно: Алена почему-то скрыла от меня, что отлично знакома с Федором. Я припомнила, как она театрально закатила глаза и сделала долгую паузу, якобы пытаясь вспомнить Олешина. Зачем? Второе. Каким образом в их(!) деле мог быть замешан Анатолий? Я бы поняла, если бы Олешин сослался на Сьюзи — ведь Аленка должна была замолвить словечко за меня, апеллируя найденными документами. Или шантажируя ими, как уж получится. Но Анатолий не вписывался в эту схему вообще.
И еще я вспомнила слова Риты — как Аленка ее успокаивала, когда я пропала без вести. Ведь эта рыжая бестия сообщила Ритке, что я работаю в «Иллюзии»! Откуда она могла это знать? Сейчас я понимаю, что эта информация тесно связана с Федором. Но тогда почему Алена прятала меня от Федора у себя дома?
Я окончательно запуталась и перестала напрягать свой бедный мозг — вот вернется Алена и все мне объяснит. «Все гениальное просто», так что, наверное, никакой тайны здесь нет, а есть лишь стечение обстоятельств.
А на завтра назначена свадьба Риты, значит, сегодня вечером мы с ней отмечаем девичник. Вдвоем.
Я болталась по квартире, не зная, какой наряд выбрать. Хотелось чего-то жутко обтягивающего и откровенного, ведь через пару месяцев я уже не смогу себе позволить подобную роскошь. Я вывалила все содержимое шкафа на диван и принялась расхаживать взад-вперед, придирчиво разглядывая каждую вещь. Ничего мне не нравилось, и тогда я решила съездить и купить новый наряд. Желание беременной женщины — закон. Я взяла сумочку и выбежала из дома.
До ближайшего бутика я добралась быстро и своим ходом. Ворвавшись, слово фурия, в мирно дремавший магазинчик, я принялась греметь вешалками, перебирая наряды. Трикотажное платье «а-ля конец восьмидесятых», связанное крючком, понравилось мне с первого взгляда. Светло-бежевое, ажурное и намного выше колена. А заодно и туфли подобрала — удобные, с круглым носом, на невысокой платформе (мне же потом в них с животом гарцевать!).
Все это я оттащила в примерочную, когда в бутик вошла наша общая с Риткой знакомая.
— Привет, Сьюзи! Выбираешь наряд? — Ольга была полная, обеспеченная, одинокая и ухоженная.
— Ведь завтра на свадьбу к Рите, решила поразить гостей.
— Так свадьбы же не будет. — Ольга посмотрела на меня с искренним удивлением. — Разве ты не знаешь?
— Нет! — Я напряглась. — Почему?
— Так Марек же в больнице, у него сердечный приступ. — Ольга посмотрела на меня с недоверием. — Он мне сам звонил час назад, прямо из палаты…
— Да?
«Вообще-то я недавно видела Марека, когда он приобретал женское белье оптом, и он не показался мне смертельно больным!» Я растерялась.
— Да. — Ольга подошла к стеллажу с туфлями, а я задернула шторку и тут же вытащила сотовый, чтобы позвонить Рите домой.
— Алло? — Подруга была весела и довольна. — Сьюзи? Ты не забыла?
— Рита. — У меня просто ком в горле застрял. — Я в бутике сейчас встретила Ольгу Пронину.
— Ааааа, — воскликнула она. — Эту зануду? Передавай ей привет. Она завтра будет на свадьбе, там и побеседуем…
Я не знала, что мне делать дальше.
— Алло? Ты чего молчишь? — Ритка чем-то шуршала в трубку. — Слышишь? Это я новые колготки вынимаю из упаковки, сегодня вечером буду в красных колготках в сеточку! Представляешь?
— Рита… — я собралась с духом. — Пронина мне сказала, что свадьбы не будет.
— Что? — Ритка просто захлебнулась смехом. — Чьей свадьбы не будет?
— Твоей…
— Она что, пьяная? — Ритка перестала веселиться, и в ее голосе появились тревожные нотки. — Или обкуренная?
— Ей Марек звонил час назад, чтобы сообщить, что он в больнице с сердечным приступом, — на одном дыхании выдала я и замолчала.
— Что?!!
— А где Марек? — осторожно спросила я, уже внутренне ожидая какого угодно ответа.
— Марек? — Ритка совсем растерялась. — Он… Он… сказал мне, что поедет… там насчет ресторана… Подожди! — На заднем плане я услышала мелодичную трель. — Это Марек мне звонит на сотовый, я перезвоню!
Я решила не дожидаться Ритиного звонка, а сразу же ехать к ней домой. Я была уверена, что Ритке сейчас очень понадобится мое сочувствие, потому что если Пронина не подсела на наркотики (а это маловероятно), то, значит, Марек затеял очередную авантюру.
Дверь мне открыла зареванная (я так и знала!) Ритка в домашнем халатике и шлепанцах на босу ногу. По комнате были разбросаны вещи, туфли и сумочки, видимо, она, как и я, выбирала, в чем пойти сегодня на девичник.
— Он в больнице, — Ритка терла покрасневшие глаза, — только что позвонил, у него сердечный приступ. Почему нам так не везет? Марек пробудет в больнице не меньше месяца, а потом еще полгода ему будут запрещены любые волнения…
Я отодвинула в сторону замшевую юбку и села на диван.
— А ты уверена, что Марек вообще болен? — Я посмотрела ей в глаза. — Как-то странно это все, Пронина узнает о его болезни раньше, чем ты…
— Он сказал, что не мог до меня дозвониться — проблемы со связью. Ты же знаешь, как работают эти сотовые компании!
Я промолчала, выразительно хмыкнув.
— Не веришь? — Ритка села рядом, прямо на кофточку, расстроенная и несчастная. — Но почему?
— Ты видела свидетельство о разводе? — Меня действительно интересовал этот вопрос. — Он тебе показывал решение суда? Или что-то еще, что подтверждало бы его развод с женой?
— Нет, — всхлипнула Ритка. — Я и не просила, зачем? Ведь все о свадьбе знают… Ресторан заказан…
— Какой ресторан?
— «Айвенго». — Ритка вздохнула. — Неужели ты думаешь, что Марек… — она даже не смогла договорить фразу до конца.
— А давай сейчас съездим в «Айвенго» и узнаем, был ли сделан заказ. Хочешь? — Я взяла подругу за руку.
— Не хочу!!! — внезапно раскричалась Ритка. — Я верю Мареку, он меня любит! Сейчас я поеду к нему в больницу!!!
— Отлично. — Я поднялась с дивана. Действительно, какое мое дело? — Только ответь мне на последний вопрос, хорошо?
— Ну? — Ритка смотрела на меня так, словно это я сорвала ее свадьбу.
— Марек вчера дарил тебе белье? Или позавчера?
— Ты что, рехнулась?! — взорвалась Ритка. — Какое белье? У меня муж в больнице…
Она отпихнула меня в сторону и бросилась в коридор.
— Ты в халате, — напомнила я, выходя следом, — и в тапочках…
Ритка взглянула на меня с ненавистью:
— Дарил! Вчера! Шелковый комплект на свадьбу, с надписью «Моей единственной!»
Я поняла, что сейчас с ней разговаривать бесполезно, Ритка все равно ничего не понимала.
Я вышла из квартиры и захлопнула за собой дверь.
Ритка приехала ко мне домой сама, поздно вечером, когда я уже собиралась ложиться спать.
— Прости! — Прямо в дверях она протянула мне бутылку коньяка. — Я зря на тебя накричала!
— Ничего! — Я закуталась в плед. — Бывает. Как Марек?
— Ужасно, — Ритка прошла в комнату и буквально упала в кресло, — я только что из больницы. Он там лежит под капельницей… — Она заплакала.
— Успокойся! — Я принесла один бокал и тарелку с сыром и печеньем — все, что было в холодильнике на данный момент. — Какие прогнозы?
— Я разговаривала с его лечащим врачом, — Ритка, не поморщившись, выпила бокал коньяка, — он говорит, что не раньше, чем через месяц. — Она снова разревелась. — Какой ужас! Бедный Марек!!! На него столько всего свалилось в последнее время…
Я попивала сок и благоразумно не комментировала только что услышанное.
— Можно я у тебя переночую? — Ритка хрустнула печеньем. — Так жутко возвращаться в пустую квартиру…
— Конечно, — кивнула я. — Ложись и спи…
Подруга благодарно кивнула и ушла в ванную умываться.
— Рита! — крикнула я из комнаты. — А в какой больнице лежит Марек?
— В госпитале, — Ритка, похоже, чистила зубы, — у него там знакомые, он раньше говорил…
— А палата? — не унималась я.
— Тридцать восьмая. Хочешь, съездим к нему завтра вместе? — Ритка в моем халате вышла из ванной. — Ему будет приятно…
— А у меня есть другое предложение. — Я решительно поднялась. — Поехали прямо сейчас.