— К самому заведению не будем подъезжать, — сказала Серафима, паркуя машину, — Выйдем тут.
— Почему не будем?
— Там стоянка платная наверняка. А здесь, у торгового центра, мало того что бесплатная, так еще и под наблюдением.
— Резонно, — отметил Вик.
— Подожди меня пару минут, — попросила Серафима, вылезая и включая в машине охранную систему, — Вон там, на углу. Окей?
— Без проблем, — отозвался парень.
Серафима улыбнулась и шмыгнула в какую-то забегаловку.
Виктор проводил ее взглядом, но до слуха донесся чей-то разговор:
— …но твой IQ равен почти тремстам! И ты работаешь разносчиком пиццы?
Вик повернулся в ту сторону и увидел мальчика лет одиннадцати, одетого в джинсы и кричаще-малиновую футболку. Поверх была накинута курточка с портретом владельца пиццерии «У Микеланджело», улыбающегося и показывающего большой палец. Мальчик как раз устанавливал на скутер стопку коробок с пиццей. Великоватый футбольный шлем съехал на глаза, и паренек, вздохнув, вернул его на место.
Собеседником мальчика был синий антропоморфный еж примерно метрового роста, в синем же комбинезоне курьерской службы. Синтет, очевидно. Большеглазый и мультяшный, тоже персонаж шоу. Правда, сейчас через его плечо висела здоровенная сумка.
— Мне еще повезло. А тебя удивляет, что в этом мире синтет с моим складом ума работает на подхвате, а человек, который даже не может, образно выражаясь, самостоятельно подтерется, занимает ведущую должность в мегакорпорации? — вопросом ответил мальчик своему визави и беззаботно улыбнулся.
Еж развел руками в белых перчатках:
— Ты прав, Кин. Это мир людей… И знаешь, я иногда скучаю по родному Мебиусу.
— У тебя хотя бы есть вера в свой, лучший мир, — ответил мальчишка и уселся на скутер, — а нам остается только пытаться изменить этот.
— Но что мы можем?
— Что можем? Быть лучше. Иначе никакие чудеса техники нас не спасут. Мощнейшие компьютеры занимаются генерацией удовольствий в киберсети, которая должна была дать миру свободу информации. Космическая программа стала способом выбивать деньги для телекоммуникационных компаний. Роботы обслуживают богачей и делают других роботов. Блага — для избранных, для остальных — выживание. Ты и сам все это знаешь, друг.
Виктор поразился, насколько по-взрослому звучала речь мальчика. В голову закралась мысль, что тот на самом деле куда старше, чем выглядит. Что было, в общем-то, объяснимо. Тот же Эш, бессменный ведущий шоу «Арена покемонов», а также его многочисленные копии, просто не был запрограммирован взрослеть. Например, теперешнему Эшу было лет сорок. Выглядел же он на прежние одиннадцать.
— Бывай, Соник, — тем временем произнес Кин, — Мне пора ехать, а то пицца остынет, и Майки мне голову оторвет.
— Удачи, командор, — еж пожал на прощание руку приятеля, — Увидимся в субботу?
— Как обычно.
Скутер плавно двинулся с места и пропал в транспортном потоке. Синий еж тоже быстро затерялся в толпе.
— А вот и я, — вынырнула из толпы Серафима, сжимая в руках пакет, — как насчет немного перекусить на ходу?
Виктор уже хотел возразить, но живот издал отчетливое бурчание, будто только сейчас добрались до мозга ароматы сразу нескольких закусочных неподалеку.
Они двинулись вдоль по улице, вгрызаясь в какие-то рулеты из плотного хлеба, полные пропеченного фарша, овощей, лука и кетчупа.
Вик не мог не признать, что девушка отлично придумала. Сидеть в кафе, когда Лире, возможно, прямо сейчас требуется помощь, было бы просто преступно легкомысленно. А так два дела сразу.
— Иногда так и питаешься весь день, — заметила Серафима, словно прочитав мысли парня, — потому что некогда. Туда-сюда по всему городу, а диспетчер все сыплет и сыплет заказами…
…Здание «Полета фантазии» было подсвечено красным. Традиционно, хотя и несколько вызывающе даже для коммерческого квартала Серого города.
— Если не хочешь, можешь не заходить, — потупился Виктор, посмотрев на Серафиму.
— Еще чего! — фыркнула та, — Ты же вляпаешься во что-нибудь моментально. И вообще, давай лучше я буду говорить.
Виктор хотел было возразить, но осекся. Его опыт посещения подобных заведений ограничивался киберпространством, причем тоже, можно сказать, в Белом городе. Виртуальном.
— Ну… хорошо, — согласился он.
Внутри посетителей встретил метрдотель. Судя по всему, человек, хотя подобострастно раскланялся с претензией на ретро-элитарность.
Серафима вдруг прильнула к Виктору и проворковала совершенно медовым голоском:
— Мы с приятелем — фанаты старых сериалов, и хотели бы развлечься кое с кем особенным.
— Конечно, конечно, — заулыбался метрдотель, — сейчас принесу наш каталог. Или желаете посмотреть вживую? Прощу прощения, многие синтеты спят. Сами понимаете, день… Но разбудить — не проблема.
На его лице играла плохо скрываемая торжествующая улыбка. Нестандартный клиент — это всегда нестандартная оплата. Иногда даже настолько, что окупает покупку нового синтета взамен испорченного.
— Вживую пока рано, — сказала Серафима, — не надо никого будить раньше времени. Если мы вдвоем, ничего?
— О, не волнуйтесь. Сбор за групповой сеанс совсем небольшой, — снова раскланялся служащий, — Прошу, подождите вот здесь, на диване.
Когда они остались одни, Виктор спросил:
— Ты что затеяла?
— Мы же хотим поговорить с твоей пони, верно? Пусть думают, что мы закажем групповушку, а потом выкупим понравившегося синтета. Все просто.
— Но они же будут считать нас извращенцами!
Серафима всплеснула руками.
— А как вообще называть людей, которые ходят в подобные заведения? Вик, ты иногда ведешь себя просто как ребенок! И помни, нет в Гигаполисе такого извращения, которое не могло бы стать модой и источником прибыли…
— Так-таки и никакого?
— Представь. Я слышала о заведении, где синтетов ради развлечения сжигают заживо.
Виктора передернуло.
— Пони? — спросил он.
— Причем тут пони? Любых синтетов, в основном неотличимых от людей. Как правило, биологически не старше четырнадцати…
Дальнейший спор прервало появление управляющего, который принес планшет с загруженными файлами предлагаемого живого товара.
Вик тут же впился взглядом в экран и двинулся к категории «Персонажи мультфильмов».
После недолгих поисков он и впрямь нашел в подкатегории «Мои маленькие пони» пункт «Лира Хартстрингс, единорожка» и без раздумий ткнул в него.
— Вот эта, — сказал он, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— И мы вдвоем, — добавила Серафима, — но я люблю смотреть.
— Распоряжения уже отданы, — заулыбался служащий, тронув несколько сенсоров на браслете, — Могу я взглянуть на вашу карточку?..
…Их проводили по приятно обставленному коридору. Все здесь пестрело оттенками алого, кое-где колыхались в воздухе миражи голограмм. Бордель по меркам Серого города был довольно богатый, раз мог позволить себе и профессионального дизайнера, и голографические проекторы. Да что там, содержать целый штат синтетов — это уже было довольно затратно.
Комната, изрядную часть которой занимала огромная кровать, встретила людей тихим перебором струн и приглушенным светом. На столе лежала на подставке ароматическая палочка, слабо курящаяся и распространяющая сладковатый запах трав…
Сердце Виктора дрогнуло.
Единорожка лежала на кровати, и в сиянии телекинеза парила лира, струны которой перебирали призрачные руки.
— Прошу прощения, — произнесла она знакомым голосом, и сердце Виктора забилось еще чаще, — я немного увлеклась. Желаете сменить обстановку?
Инструмент смолк и лег на прикроватную тумбу.
— Нет, спасибо, — хрипло произнес Виктор и сделал неуверенный шаг к кровати.
— Тебе помочь? — спросила Серафима, но парень замотал головой.
Он подошел вплотную, и пони подняла взгляд навстречу. Сердце облилось кровью при виде знакомой мятно-зеленой мордочки, погребенной под слоем вызывающе яркой косметики. Помада, подведенные глаза, какой-то блеск для шерстки…
На единорожке была полупрозрачная сорочка и просвечивающее темное белье с кружевами. Ну и конечно, неизменный фетиш любителей пони — высокие носочки. Только не из стандартного набора от «Хасбро», а в тон белья и тоже почти прозрачные.
— Лира? Это правда ты? — спросил Виктор.
— Я Лира, да, — кивнула единорожка, — А как тебя зовут?
Парень вздохнул и сел на край кровати. Его пронзило горькое понимание ошибки.
— Меня зовут Виктор. А это Серафима. Ты… наверное, другая Лира.
Пони заулыбалась.
— Я буду такой Лирой, какой захочешь. Хочешь фоновую пони в толстовочке? Или бесстрашную агента Мятную? Дай мне пару минут, и я преображусь. Как вести себя в образе, знаю. Ты совсем не заметишь разницы.
Подала голос Серафима, устроившаяся в кресле:
— Вик, ей могли мозги промыть. Лира, ты помнишь, как здесь оказалась?
Пони, повидавшая и не таких клиентов, повернулась к девушке и пожала плечами.
— Так же как и большинство остальных, — сказала она, — Нас купили и объяснили что делать. Сначала было непривычно, потом втянулись.
— И никто не пытался бежать? — спросил Вик.
Пони привстала и легла так, чтобы видеть обоих людей сразу.
— Были дурехи, но их всегда ловили.
— А ты нет?
— А зачем? Здесь меня кормят, поят и развлекают, — пони кокетливо похлопала ресницами, — Это не самая плохая работа, я пользуюсь спросом. Наверное, людям нравится, когда меня так возбуждают руки и пальцы. Хотите, что-нибудь примем перед тем, как начнем? Что предпочитаете, возбуждающее, или что-нибудь для яркости ощущений?
Виктору вдруг вспомнилось, как в первый день Лира дернула хвостом в ванной от прикосновения рук к спине. Стало неловко от собственного порыва помыть поняшу руками, а не щеткой.
— Нет, спасибо, — упавшим голосом проговорил парень, — но мы правда искали конкретную Лиру Харстрингс.
— Не пойму, чем я хуже, — сказала единорожка, — И, кстати, мне не промывали мозги. Если хотите, могу паспорт показать.