Лира, которая чувствовала нарастающий интерес, даже сделала шаг вперед:
— И Вы что-то придумали, мистер Оуэнс?
— Да. Раз уж мы затронули тему космоса, в ближайшие несколько недель Землю должно покинуть около пяти миллионов человек. На кораблях-ковчегах. Сделать большой виток по Солнечной системе и вернуться.
Подала голос Элен:
— Напрашивается вопрос, что будет с девятью миллиардами девятьсот девяносто пятью миллионами, что останутся на Земле.
На лицо Оуэнса вернулась торжествующая улыбка человека, которому позволили рассказать о деле всей жизни. Он даже сам подивился, насколько огромным вдруг стало искушение поделиться сокровенным знанием.
— А вот тут, дорогие мои, вступает в силу то, ради чего мы все здесь собрались. «Ключ Жизни» и «Оверлорд». Началось все с того, что население так называемых Шпилей за два поколения стало целиком состоять из синтетов. Размножение было с легкостью подменено искусственными воспоминаниями, и это послужило для выведения… скажем так, сырья для масштабного эксперимента.
— Не нравится мне, как это звучит, — буркнул Виктор.
Оуэнс не обратил внимания и продолжил:
— Дальше — проще. В ближайшие дни мы прививаем «Ключ Жизни» всем. И тем, кто улетит, и тем, кто останется. Большинство оставшихся на Земле получат «красный» статус чипов и благополучно вымрут в течение лет ста. Те массивы данных, что вы нашли — это часть кода активации. Проблема в том, что эти данные строго персональны, и вводиться должны как можно более одновременно: многомесячная передача со всех трансляторов корпорации недекодируемого сигнала, адресованного непонятно кому и зачем — это, согласитесь, крайне подозрительно. Поэтому резко встает проблема пропускной способности… Ну да мы отвлеклись. Именно так будет выглядеть закат потребительского склада ума. Тихо и спокойно. Рассматривался вариант глобального ЭМП-заряда, что отключит в Гигаполисах энергию, вирусной атаки… Решили отказаться — слишком много побочных эффектов.
— Это бред, — решительно заявила Элен Флаис, — Склад ума задается воспитанием, а не при рождении. Да и более того, вы правда полагаете, что отбытие этих ваших ковчегов пройдет незамеченным? Что, никто не сможет сложить два и два и увязать их с невозможностью иметь детей? Вы расколете общество на два неравных лагеря, один из которых в слепой ярости уничтожит другой. А затем вымрет сам. А напоследок наверняка зашвырнет вам вдогонку весь термоядерный арсенал планетарной обороны. Я бы так и сделала, например.
— Нет, дорогая Элен, это не бред. Не забывайте, что «Ключ» — это лишь часть плана. Вторая часть — это «Оверлорд». Как я уже говорил, это разновидность поведенческой программы, влияющей на подсознание. На синтетах было обкатано несколько типов программ, способных обеспечить нужный нам результат. Прямой контроль сознания выявил целый ряд дефектов, чинить которые уже нет времени. Ограничение умственных способностей, как у тех же покемонов, резко снижает ценность таких индивидуумов и низводит их практически до животного статуса. Система импринтингов или подавления воли, тестируемая на неко-рабах и им подобных, тоже имеет недостаток: при долгом отсутствии предмета воздыхания начинаются психологические проблемы, депрессия и тому подобное. Нужную систему искали очень долго. Экспериментировали и так, и эдак, заодно заработали на инфантильных потребителях, что давно хотели оживить свои игрушки и мультики. В ряде случаев даже окупили все расходы. Гладиаторы, обслуга, покемоны, пони, секс-рабы и еще пара видов — это стало просто золотым дном.
— Нашли? — спросила Лира.
— Да, — кивнул человек, — Еще не догадалась, что?
Пони замотала головой, и Оуэнс пояснил:
— Вы, мои маленькие милые пони. Ваша, — он сделал пальцами кавычки, — «магия дружбы».
Виктор заметил, как уши Лиры прижались к голове.
— Ну и причем тут продукция «Хасбро»? — спросила Элен.
— А думаете, сериал обрел такую популярность случайно? По совпадению он восстал из праха более чем столетнего забвения и заполонил киберсеть? Нет. Как, впрочем, и все остальные. Было просчитано, что именно разделяющий провозглашаемые в сериале идеалы социум благодушно воспримет вернувшихся со звезд изгнанников, сохранив в целости земную инфраструктуру. Именно отношение к так называемой «магии дружбы» станет основным критерием, по которому будет происходить бессознательное разделение на носителей «красного» и «зеленого» Ключей. А сам отбор начнется только лишь через поколение: те, на кого непосредственно будет влиять «Оверлорд», еще не были рождены. В них будут подсознательно вложены набор талантов и суперпозиция психотипов. Как там, в песенке? «Это то, что кьютимарка говорит»…
— Кьютимарки у людей?! — воскликнули Лира и Виктор нестройным хором.
— Ну что вы, не так же все банально. Просто функции в программах. Люди, в один прекрасный миг осознающие свой талант. Это ведь гораздо лучше, чем полжизни искать себя, а в итоге так и не найти. Нерационально.
— А как же мы? — спросила Лира дрогнувшим голосом, — Мы, пони?.. Да и вообще — синтеты?
— А что вы? — удивился Оуэнс, — вы ведь тоже не сможете размножаться без высокотехнологичного оборудования. В вас больше нет нужды. Доживайте себе свой век, никто не будет мешать. Как знать, может, кто-то избранный заберет некоторых из вас с собой? В конце концов, спрос на вас остается феноменально высоким, так почему бы не продолжить проект? Или возродить еще раз после возвращения? Будущее покажет.
Пони обессилено опустилась на круп и повесила голову.
Этот человек ровным голосом поведал о том, какую чудовищную катастрофу собирается устроить. Приговорить миллиарды жизней к медленному вымиранию. К гибели от голода, вспыхнувших войн и эпидемий, что всегда сопровождали социальные кризисы — эту часть человеческой истории единорожка хоть и вскользь, но успела изучить.
— Самое смешное, — продолжил мистер Оуэнс, — хотя это вовсе не смешно, что подобные меры действительно необходимы. Без контроля, без восстановления экологии и биоресурсов, без, наконец, экспансии — обречены все. А так человечество сохранится. В лице новых, лучших поколений, которые понесут свое знамя к звездам.
Джерри вспоминал своего малолетнего хозяина, что «ломал» живые игрушки с легкостью на сердце, дескать, отец новых купит. Виктор думал о семье, а Элен Флаис просчитывала в уме альтернативы.
Лира же вспомнила лица людей из Гигаполис-оперы, добродушные мордочки пони с ранчо Агилар и злые строки мрачных стихов о Темной Башне…
— Нет, — вдруг сказала она, поднимая взгляд на своего создателя.
Все уставились на пони — такой металл вдруг зазвучал в нежном голоске. Никто не мог этого знать, но в рогатой головке пронеслись ассоциации обесточенного, погруженного во мрак здания БРТО с мрачным пророчеством о темной башне из книги.
— Вы ошибаетесь, мистер Оуэнс, — решительно сказала единорожка, — Магия дружбы — это не контроль. Дружба и любовь — это те вещи, которые нельзя навязать или сделать. И которых среди ваших «избранников» будет столь мало, что те, кто улетят, уже не вернутся прежними. Да, возможно, на Земле все произойдет именно так, как Вы говорите. Но ковчеги, которые вернутся… если вернутся, будут содержать в себе не воспетое Вами идеальное общество, а тех, кому плевать на все, кроме них самих. И именно это станет концом человечества, потому что после возвращения вся ненависть, весь эгоизм и все безразличие людей приведет к тому, что не останется никого. Никого! Ни с зелеными ключами, ни с красными, ни с фиолетовыми в крапинку!
Голос ее звенел от напряжения, а рог сиял бледно-зеленым огнем, настолько переполнили маленькую единорожку чувства. Никто, включая Оуэнса, не решился перебить говорившую Лиру, и та продолжила:
— Но к счастью, не все люди такие как Вы. Есть и такие, которые способны ради одной маленькой пони бросить все и ринуться в полную ненависти клоаку дальних кварталов Серого города. Те, кто ради другого могут пожертвовать жизнью там, где никто не увидит и не узнает. И никто не обвинил бы их в трусости, отступись они от этой жертвы.
Виктор почувствовал, как на сердце потеплело от слов Лиры. По ее щекам вновь катились слезы, но золотые глаза решительно смотрели прямо на президента БРТО. На создателя. На властелина жизни.
— Если вы сорвете Исход, гарантированно погибнут все, — сказал тот. Но у пони был готов ответ:
— Вы строите из себя спасителя, мистер Оуэнс, но на самом деле просто хотите быть среди выживших и по-прежнему всем заправлять. Потому что если бы Вы хотели и вправду спасти расу людей, то отправили бы в космос детей, воспитателей и ученых, а не денежных мешков из Белого города. И я… пусть я всего лишь синтет, пусть я и вправду в мире людей всего лишь неделю без малого… Я уверена, что люди, познавшие ценность дружбы, посредством ли пони или еще как, сделают правильный выбор.
На лице старого человека с молодыми глазами появилось искреннее возмущение пополам с изумлением.
— Я что, похож на диснеевского злодея? С Земли улетят не просто избранные из числа населения. Работа с жителями Шпилей позволит отправить в космос поколение сверхлюдей, эдаких Homo Ludens, как некогда окрестили их фантасты, чистых от телесных заболеваний и душевных пороков. Готовых построить и принять будущее, куда более возвышенное, нежели обитание в огромных муравейниках, полнящихся смертью, социальными болезнями и ядом. Способных на то, что сейчас бы сочли суперсилой из дурацких комиксов прошлого. Пригодных для покорения космоса. И сейчас они уже среди нас, хотя и не знают о своих возможностях. Их способности спят, но когда пройдет время, «Ключ Жизни» и «Оверлорд» заставят их раскрыть себя полностью. К сожалению, активировать их без изоляции означало бы спровоцировать к ним расовую ненависть такой силы, что проще послать их в стазисе петлять по Солнечной системе, чем ликвидировать последствия здесь. И когда они вернутся, именно ваша понячья дружбомагия и раскрытие талантов прямо в детстве позволит им не озлобиться и построить то, что можно уже с натяжкой назвать настоящим обществом будущего. «Евгеника!» — скажете вы. «Прагматика», — отвечу я.