ния. Потому без дела никто не сидел. Да и приказа бросить начатое не поступало.
О том, что его просто некому отдать, никто в крепости даже и не думал.
— Где комендант? — громко спросил Стеллер, продолжая сверкать жетоном имперского гонца. — Позовите его сюда срочно!
За спиной посланца замкнули калитку, и кто-то из дежурных побежал в сторону донжона. Остальные то и дело бросали на гонца любопытствующие взгляды, но никто не подошел выяснить, что же привело его на границу Империи. Бляха умела не только привлекать внимание, но и затыкать рты.
Да и что скрывать, тигр тоже пугал солдат. Огромная пасть с торчащими наружу клыками то и дело раскрывалась, и зверь рычал на двуногих, оказавшихся слишком близко. Только на своего наездника он никак не обращал внимания.
— Потерпи, Ветерок, скоро уйдем отсюда, — похлопав питомца по затылку, проговорил Стеллер, не двигаясь с места.
Наконец, минут через пять из донжона появился мужчина в мундире. Судя по затрапезному состоянию униформы, к визиту руководства здесь не готовились. Кое-где виднелись пятна жира, на правом рукаве отсутствовали пуговицы. Да и лицо начальника пересекали вмятины от подушки.
— Я комендант этой крепости, — представился он, взмахом руки отпуская солдат по своим местам. — Что у вас за дело, уважаемый?
— Приказ императора! — ловким движением извлекая тубус из седельного мешка, заявил тот.
Комендант с опаской взглянул на документ. Личная печать владыки могла значить две вещи. Но раз гонец не требует вести разговор наедине, то и опасаться нечего.
Развернув бумагу, хозяин крепости пробежал взглядом по строчкам, а затем, дойдя до конца, тряхнул головой.
— Видимо, я не проснулся. Это что, правда? — глядя в лицо гонца, уточнил он.
— Не верите печати? — вскинул бровь тот, недвусмысленно кладя ладонь на рукоять короткого меча, свисающего на поясе.
— А вы бы поверили? — снова тряхнул головой комендант, возвращая бумагу. — Что я должен делать?
Гонец улыбнулся и упаковал приказ в тубус, лишь убедившись, что документ в безопасности, воин Стеллеров кивнул.
— Сюда приближается союзное войско, и вы обязаны его пропустить, комендант, — заявил он. — Нарушение приказа, заверенного личной печатью императора, повлечет за собой смертную казнь на месте. Проследите, чтобы ваши люди все правильно поняли.
— Как мы узнаем ваших людей? — спросил комендант, с сомнением глядя на воина Стеллеров.
Тот в ответ указал ему за спину.
— Они уже здесь.
Солдаты в крепости медленно поднимали головы вверх. Из рук бойцов валилось оружие, кто-то споткнулся на лестнице и с руганью полетел по ступенькам. Где-то на стене прозвучал тихий сдавленный стон.
Комендант, предчувствуя неладное, обернулся.
Черное ночное небо, затянутое тучами, медленно разрезал столб огня, поднявшийся от земли. Пламя оттолкнулось от степной почвы и взмыло вверх, мгновенно сменяя очертания.
Яркие черточки расположились по своим местам, не перемешиваясь, а отделяясь друг от друга. И теперь имперцы глядели, разинув рты, на гигантскую фигуру дьявола.
Огненная картина ожила, раскидывая руки в стороны, и в небе загремел первый раскат грома.
— Асмодей!
От этого рева задрожала земля, и комендант едва сдержался, чтобы не поддаться возникшему желанию броситься прочь, спасая свою жизнь.
— А вот и наши союзники, — с довольной улыбкой заявил посланец древнего рода. — Благодарю за содействие, комендант!
И едва договорив, он вспрыгнул на своего ездового тигра. Пара секунд, чтобы взбежать по лестнице на стену, и посланец перемахнул ограду, быстро набирая скорость.
— Ваше…
— Заткнись! — гневно велел комендант. — Все по местам! Если они не пройдут мимо, наш долг дать им отпор!..
Но освещенная огненной иллюминацией армия диких даже не подумала свернуть к крепости. Стеллерский всадник достиг головы колонны, и вражеские солдаты раздвинули ряды, преспокойно пропуская его вглубь строя.
А спустя минуту идущая на марше армия повернула, огибая крепость.
— Что же это делается? — вздохнул кто-то рядом с комендантом, но тот ничего не ответил, лишь сжал кулаки до скрипа кожаных перчаток.
Впервые целая армия диких вошла в Пограничье без единой стычки.
Юго-восточная провинция Империи.
— Сомкнуть ряды!
Приказ разлетелся по вставшему на холме войску клана. Бойцы первой линии приподняли свои щиты, смыкая их плотной стеной. За их спинами отряд арбалетчиков в две сотни человек приготовился к первому залпу.
Но и здесь, как и на предшествующих землях, армия Великого Вождя шла мимо, даже не оглядываясь на бойцов, приготовившихся продать свои жизни подороже. Никто даже амулеты защитные не активировал.
— Мы для них просто мусор, — сплюнул под ноги ветеран первого ряда. — Даже не смотрят в нашу сторону.
— Пусть идут, — возразил ему товарищ, стоящий по соседству, не опуская щита. — У меня дочка на выданье, какая уж тут война…
И дьявольское войско шло. Лишь пару раз до вставших на границе клановых бойцов донеслись короткие злые приказы. Но и их нельзя было расценивать как агрессию: потому как диким командовали держать строй и двигаться строго по тракту.
Несколько часов спустя оба ветерана сидели в казарме и напивались с угрюмыми лицами.
— Нет, ну до чего Империя докатилась! — наконец взревел один из них, тот самый, что возмущался откровенным пренебрежением диких. — Мы уже сами приводим врага на свою землю!..
Его собутыльник тяжело поднял голову от столешницы и, поведя осоловелым взглядом по сторонам, приложил палец к губам.
— Тш-ш-ш, Генри, — выдохнул он. — Император не любит, когда о нем так плохо говорят.
— Да пошел он в жопу, твой император! — завелся тот, поднимаясь на ноги.
Чтобы удержать равновесие, ему пришлось схватиться за липкую столешницу, но с задачей он кое-как справился. Подняв последнюю кружку с пивом, ветеран приложился к ней. Напиток брызнул мимо рта, заливая пышные усы и окатывая казенное обмундирование.
— Я всю свою молодость простоял в Пограничье, убивая это отребье! — с громким стуком опустив кружку на стол, закричал он. — А теперь оно приперлось ко мне домой, и я должен это терпеть?! Не бывать этому!
Он облапал пустые ножны на поясе и с презрением к самому себе опустился на стол. По щекам ветерана побежали слезы, он схватил кружку и, шатаясь, попытался взять кувшин со стола.
— Я же собственных сыновей там похоронил. Оба с дикими бились, погибли, как герои. А теперь что? Что, я тебя спрашиваю?
Собеседник, уже уснувший за столом, ничего не ответил. В мыслях он уже гулял на свадьбе дочери, и никакого дела ему не было до прошедших мимо диких.
Аскерон, дворец императора.
— Надеюсь, теперь мы в расчете, — заявил секретарь, прикладывая печать императора к пустому бланку в последний раз.
— О да, Стеф, теперь у нашего рода нет никаких претензий к твоей семье, — ласково улыбаясь, заявил его собеседник, забирая чистый приказ и оставляя на столе владыки небольшую расписку.
— Что это? — уточнил секретарь, не спеша прикасаться к бумаге.
— Это документ, Стеф, важнейший в твоей жизни, — с улыбкой заявил его гость. — Он не только доказывает, что ты не имеешь долгов перед нами, но и дает тебе право один раз попросить о помощи наш клан. Покажи его любому нашему человеку, и мы все устроим. В разумных пределах, само собой.
Секретарь остался сидеть за столом, так и не прикоснувшись к записке, а его собеседник спокойно покинул кабинет его императорского величества и скрылся в бесчисленных коридорах дворца.
— Меня за это четвертуют, — наконец вздохнул Стеф и, спрятав доказательство своей причастности к какой-то грандиозной афере в карман, поспешно привел стол в порядок.
Разумеется, рано или поздно, но император все равно узнает, что один из его помощников нарушил присягу и предал своего повелителя. Но уже к вечеру вся семья известного в столице игрока покинет город и никогда больше не появится в стенах Аскерона.
Аскерон, поместье древнего рода Тимар.
— Вот и все, дорогой мой Унол, — продемонстрировав главе мелкого клана пачку пустых бумаг, уже завизированных личной императорской печатью, заявил старший Тимар. — Наши с тобой семьи, можно сказать, уже обеспечены на несколько поколений вперед.
— Славься, Асмодей, — выдохнул с облегчением гость. — Признаться, не думал, что мой сынок хоть на что-то способен, ан нет. И с дурака может быть польза.
Тимар кивнул, разглядывая своего старого друга.
— Кстати, об этом, — спрятав документы в ящик стола, заговорил он. — Ты бы сынка своего отправил куда-нибудь подальше. Сам понимаешь, императора сейчас в столице нет, но слухи всякие ходят по Аскерону. Очень не хочется, чтобы твой безмозглый отпрыск кому-нибудь проболтался.
Старший Унол кивнул.
— У меня как раз недавно в старом поместье обвал случился. Отправлю его разбираться с возникшими проблемами рода. Уж с ремонтом он справится.
— Хороший выход, мой друг, хорошее решение, — поддержал с улыбкой Тимар. — Вина?
Граница земель древнего рода Максалис. Дьявол Дим.
Пока армия маршировала через половину Империи, я решил осмотреться на местности.
Наличие дьяволов в лагере Стеллеров помогло перенестись сразу в нужную точку. И, как оказалось, вовремя.
— Мой архидьявол! — Азиль рухнула на колени передо мной, едва я появился посреди мертвой поляны.
Некогда высокие деревья и травы рассыпались в труху. Проходимость сильно усложнилась, но меня обеспокоило не это. В конце концов, всегда можно спалить нахрен всю дохлую растительность. Даже полезно будет в некотором смысле, ведь наружу пробьется молодая травка, тем более весна уже вступила в свои права.
— Азиль, не мешайся под ногами, — оттолкнув бывшую наместницу, приказал я. — Лучше объясни-ка мне, что происходит.