Суть задумки Тора Гервальдсена заключалась в обстреле врага с максимальной дистанции. К сожалению, несовершенство прицелов и большая погрешность в определении дистанции делали стрельбу почти безвредной, всего лишь давя на психику. Но при удачном попадании противник получал весьма тяжёлые повреждения. К тому же довольно много бомб рвалось над палубами, осыпая осколками экипаж и паруса. А для паруса под ветром было достаточно даже небольшой дырки – полотнище начинало рваться, и корабль терял скорость. А чем медленнее идёт враг, тем меньше его способность к манёвру и больше шансов попасть в него повторно.
«Красотка» двинулась на троицу вражеских авизо, начав стрелять сразу по двум из них. Экипаж был хорошо натренирован и вёл огонь спокойно и методично, причём в очень быстром темпе. В подзорную трубу Артём хорошо видел, как некоторые бомбы падают в воду, а другие разрываются с недолётом или перелётом. Но довольно часто чёрное облачко появлялось между мачтами, что вызывало на авизо копошение матросов, пытающихся устранить последствия. Это продолжалось почти пять минут – за это время враги сумели сделать по «Красотке» всего один залп – мимо! Но вот канониры Гервальдсена пристрелялись и стали попадать в корпуса кораблей карателей. Первому авизо хватило двух попаданий – кораблик раскололо пополам, и он мгновенно утонул. Это вызвало на «Авроре» бурю восторгов. Через две минуты завалился на борт второй авизо, хлопнули по воде изрешечённые паруса. Впрочем, на поверхности моря кораблик продержался не более пяти минут – экипажу не удалось спустить шлюпки. А может, уже и некому было это делать.
Адмирал наёмного флота не выдержал и повёл в атаку свои галеоны. Капитан Тор, увидев новую опасность, увалился под ветер и пошёл вдоль берега к мелководью. Артём приник к подзорной трубе: сейчас должен был наступить второй акт задуманной авантюры. Вражеская эскадра бросилась вдогонку и… головной галеон, самый большой из присутствующих, с громким треском налетел на подводную скалу! За время учебных манёвров капитаны д’Ларк и Гервальдсен отлично изучили окрестные воды и могли ходить по ним даже ночью, а противник разведкой не заморачивался, вот и получил неожиданный удар из-под воды!
– Есть! Они клюнули на приманку! – воскликнул Артём. – Пока они гоняются за Тором, бьём третий авизо! Заряжай бомбами!
Бригантина бросилась на одинокий вражеский кораблик. Ему в первой фазе боя досталось меньше погибших собратьев, но по мере сближения стали видны дырки в его парусах, не зря канониры Гервальдсена жгли порох! Заметив идущую в атаку «Аврору», противник пустился наутёк. Поздно! Выстрел из погонной пушки с небольшой дистанции достиг цели с первой попытки – бомба проломила невысокую корму и рванула внутри – авизо вывернуло наружу, словно раздавленный помидор, – грот-мачта подлетела в воздух на несколько метров, как стартующая из шахты ракета. И пока экипаж «Авроры» заворожённо следил за её полётом, корабль противника просто исчез, оставив на поверхности моря пятно мусора.
Теперь бригантина нацелилась на концевой галеон. Там засекли погоню и открыли огонь из кормовых пушек. Однако «Аврора» заходила на цель под углом, и канониры врага никак не могли взять необходимое упреждение и безбожно промазали, зря потратив два залпа. Увидев новую опасность, капитан галеона велел взять мористее, чтобы получить возможность манёвра. Но бригантина легко догнала его и пристроилась сзади! Дистанция сократилась до минимальной.
– Наводите на капитанскую каюту! – приказал Артём расчёту погонной пушки.
Ребята обернулись на голос капитана и понятливо кивнули. От удара в корму бомба может расколоться, а надстройка сделана из более тонких досок. Канонир подбил клинышек вертикальной наводки и указал рулевому вправо. Корабль немного подвернул, и наводчик показал кулак. Пальник коснулся запального отверстия, вверх с визгом ударил фонтан искр. Громко ухнув, пушка выплюнула сноп жёлтого пламени. Затаив дыхание, Артём следил за полётом бомбы. В первый момент показалось, что она перелетит через корму и плюхнется на палубу. Но нет, сверкающий искрами шар грубо проломил стенку капитанской каюты, и… ничего не произошло!
Офицеры на мостике галеона перегнулись через ограждение, осмотрели повреждение и принялись грозить «Авроре» кулаками. Жахнуло ровно через десять секунд! Вражеские офицеры разлетелись тряпичными куклами. Дымящиеся доски и брусья, выписывая невероятные пируэты, запорхали в воздухе, словно бабочки. Лишившись рулевого управления, галеон резко завернул вправо и под давлением ветра сильно накренился.
– Правый борт, товсь! – скомандовал Артём и, выждав выход на ракурс в одну четверть, скомандовал: – Пли!
Злобно завывая, бомбы понеслись на врага, а через мгновение донёсся грохот падающего рангоута и беспомощные хлопки порванных парусов. Лишившийся всех мачт и управления галеон беспомощно закачался на волнах! С него стреляли из аркебуз и малокалиберных пушек верхней палубы, но в целом корабль, как боевая единица, утратил своё значение. Его должен был добить капитан д’Ларк на своей «Бернадетте», идущий за бригантиной в пяти кабельтовых.
А «Аврора» тем временем пристроилась к следующему галеону. Тут Артём решил поступить хитрее: погонная пушка сначала проломила вражескую корму ядром, а затем пальнула бомбой. По-видимому, первый выстрел разнёс защиту порохового погреба, ибо после второго попадания палуба галеона вздыбилась, в небо ударил сноп яркого пламени, а мачты хаотично попадали в воду. Второй готов! На радостях чернокожая часть команды устроила на палубе танцы.
Капитан единственного уцелевшего галеона по достоинству оценил угрозу: резко повернув под ветер, с креном почти в сорок пять градусов, корабль взял курс в открытое море в надежде спастись. Не тут-то было: с бригантины открыли беглый огонь по рангоуту, и через пару минут к атаке присоединился капитан Тор.
– Хозяин! – закричал Лагбе. – Посмотрите на «Красотку»! Что они вытворяют!
Артём отвлёкся от маневрирования и посмотрел на авизо.
– Лихо!
Пользуясь тем, что всё внимание уделено «Авроре», датчанин подошёл к галеону на пистолетный выстрел и почти в упор дал залп ему в борт, пробив корабль насквозь! Мало того, он успел довернуть и, пересекая курс противника, сделать ещё один залп – продольный! Осталось только добить врага бомбами, но и следущие выстрелы Тор сделал ядрами!
– Похоже, что бомбические снаряды у Гервальдсена закончились, – вздохнул Артём. – Ладно… Нам надо всего лишь «обезножить» противника, а добьёт его «Бернадетта»!
Но тут случилось неожиданное: «Красотка» снова начала подрезать нос галеону, но теперь у неё не было фактора неожиданности – с повреждённого, но всё ещё боеспособного корабля дали залп всем бортом! В авизо попало не менее пяти ядер! Героический кораблик вздрогнул от попаданий и плавно лёг набок. Было видно, как на нём пытаются спустить шлюпку. И вроде бы у них это получается.
С трудом оторвав взгляд от обреченной «Красотки», Артём посмотрел на удиравший галеон. Обстрел бомбами с такого ракурса не давал особого эффекта – угол до цели и дистанция непрерывно менялись, и бомбы бессильно падали в воду, выплевывая крохотные облачка пара.
– Сеньор, чем заряжаем пушки? – поняв бесцельность стрельбы, спросил канонир.
Вопрос офицера вырвал Артёма из размышлений: упускать противника было нельзя ни в коем случае, но как его остановить? Запас бомбических снарядов и у него уже подходил к концу – ещё немного, и ему нечем будет наносить серьёзные повреждения этой плавучей крепости. Однако парень уже принял решение.
– Заряжай книппели! Будем бить по мачтам! – скомандовал Артём.
Залп, ещё залп! Но мачты остались неповреждёнными, а книппелей на бригантине тоже ограниченное количество.
– Сеньор, прошу вас глянуть на паруса галеона, они сплошь в дырках! – самодовольно воскликнул канонир.
Артём навёл подзорную трубу: и верно, должно быть, несколько снарядов всё-таки смогли посечь парусину. И галеон стал потихоньку терять скорость.
– Заряжай ядрами, проломим его корпус со своей стороны! Левый борт, товсь! – скомандовал Артём и, выждав нужный ракурс, когда ни одно ядро не пройдёт мимо, скомандовал: – Пли!
После залпа бригантина на всякий случай отошла в сторону, но манёвр оказался излишним. Одно из ядер попало в нос галеона, полностью разрушив форштевень. Гигантский корабль начал черпать носом воду.
Артёма захлестнула эйфория победы. Увидев, что галеон получил серьёзные повреждения, он решил подойти поближе и дать залп бомбами. Манёвр показался ему безопасным, ведь в бортах вражеского корабля зияли большие дыры – кто там мог уцелеть на артиллерийской палубе! Но враг доказал, что является умелым морским бойцом: как только бригантина уменьшила дистанцию, раздался нестройный залп, и «Аврора» вздрогнула всем «телом» – в неё попало несколько ядер, а по палубе пронёсся вихрь картечи!
Артёма швырнуло на доски палубы, и он на пару секунд потерял сознание. А когда очнулся, перед его глазами предстала ужасная картина: ветер снёс дым, и стало видно, что вся верхняя палуба бригантины усеяна разорванными телами. Вперемешку чёрными и белыми. Телами его бойцов и моряков! Со всех сторон раздавались стоны и вопли боли.
Сам доморощенный флотоводец получил две картечные пули: одна попала в индийский «бронежилет», не пробила его, но оставила на груди огромный кровоподтёк; вторая невообразимым путём прошлась по странной траектории – ножны абордажного палаша (ножны вдребезги, но клинок уцелел) – пряжка ремня и, наконец, нижняя часть бедра, над коленом, где и засела, потеряв скорость, сразу под кожей.
С трудом поднявшись на ноги, Артём первым делом взялся за штурвал, чтобы отвернуть в сторону: рулевой оказался убит, и «Аврора» накатывалась на галеон, подставляясь под новый залп. Но тут, к счастью, вражеский корабль черпанул дыркой на носу большую порцию воды и буквально нырнул в волны. Продольный крен увеличивался на глазах – вот уже с верхней палубы посыпались лёгкие пушки и боеприпасы, вот намокли паруса, вот корма, с которой прыгали моряки, встала вертикально… Раздался громкий гул, как будто вздохнул великан, – это через бреши в задней части корпуса выдувало воздух. Ещё несколько секунд – и галеон, только что поразивший двух своих врагов, ушёл на дно.