И самое главное: как теперь доверять? Не только дяде Герену — Шанарану тоже. Если он может сделать так, что она не просто забудет что-то, но даже забудет, что что-то забыла! Он может вертеть её воспоминаниями как заблагорассудится. И пусть он будет делать это, как он считает, для её же блага. Она не хочет такого. Её память — это она и есть. Если изменить воспоминания — изменится и сама Сантинали. И пусть Шанаран никогда этого не сделает. Одна мысль о том, что он может… Кажется, она начала понимать, что он имел ввиду, когда говорил, что хочет, чтобы она увидела кто он есть на самом деле. Хотя, кажется, он надеялся на другое решение.
Глава 15
Сантинали со вздохом закрыла очередной отчёт. Последние дни у неё было странное чувство. Будто чего-то не хватает. Гнать эти дурацкие мысли прочь! Она сама так решила.
Неделю назад Шанаран по её приказу отбыл в Ясеневую Рощу, а вместе с ним и Мирт. Колдун, выслушав её пожелание, лишь кивнул со своим обычным «хорошо, Санти». Ни упрёков, ни попыток выяснить почему же она приняла такое решение. Никакой нервотрёпки. Идеальное расставание. Ещё до этого уехал домой князь Карлай со своими людьми. Осенние ярмарки закончились, свадьбы отгремели, и даже племенные вожди начали меньше между собой собачиться — то ли из-за приближающейся зимы, то ли впечатлившись как браво новая воевода расправилась с Леборойской порчей. В крепости Хакара наступило непривычное затишье.
Почему же она злится?
Оттолкнув от себя бумаги Сантинали развернула кресло к окну и уставилась на улицу. Раньше ей не нравилось, что кабинет смотрит на тренировочный полигон, но сейчас даже доставляло удовольствие наблюдать, как гвардейцы отрабатывают тактику уличных сражений. Может, присоединиться к ним? На правах боевого мага. Побегать в стенке. Подраться с болванками. Разогнать застоявшуюся кровь. Избавиться от надоедливых мыслей. Почему он не спросил? Почему хотя бы не попытался оспорить её решение? Ведь он не хуже её понимает, что возвращаться в Ясеневую Рощу за Хранителями сейчас бессмысленно: после сражения с порчей должно пройти время. Да и зачем сейчас Сантинали ещё два шанаши? Новые держатели не появлялись и вроде бы не собираются, с Наорой они разобрались, остальное худо-бедно можно тоже решить без участия колдунов древности. Скорее наоборот, он привнесут лишнюю сумятицу в дела.
Да, Сантинали сама решила, что Шанаран прав и вместе им не быть. Но если бы он спорил, она хотя бы не чувствовала себя так ужасно!
«Хорошо, Санти». Проклятье! Королевна от злости пнула ножку стола. Хотя, если подумать… Шанасаннан ведь тоже никогда ей не возражал. Вообще ни разу. Он мог дурачиться, шутить, но если она произносила что-либо хотя бы отдалённо похожее на приказ — реакция всегда была однозначная. Почему так? Неужели в клятве Хранителя было что-то магическое? Да нет, она бы почувствовала. Значит, они настолько дисциплинированны, что у них даже мысли не возникает ослушаться свою минью? Но когда Сантинали заключала договор с Шанараном, он ведь заявил тогда, что оставляет за собой право не слушаться, если будет считать приказ глупым. Или если он ему не понравится. Хотя, может, он решил, что это отличный повод разделаться с контрабандистами. Королевна не будет висеть у него над головой и читать мораль. А кто сможет поймать за руку словоплёта? Уж не папа точно. Даже если бы мог — не стал бы. Загрести жар чужими руками, чтобы кто-то другой выполнил всю грязную работу, причём с гарантированным результатом и уверенностью, что исполнитель не подомнёт под себя каналы и не начнёт сам промышлять артефактами… Может, если бы Сантинали была лет на двадцать старше, её бы и устроила такая точка зрения. Но пока что…
Выбросить из головы! Королевна резко встала. Кресло с грохотом отлетело в сторону. Так, давно она не не делала смотр своим владениям. Приблизительно с тех пор как приехал дядя Герен. То есть, уже больше месяца. С одной стороны немного времени, но кажется, что целая жизнь прошла. Нужно прогуляться, а заодно найти капитана Танарина. Конечно, можно было отправить за ним слугу, но Сантинали хотела развеяться. Пусть готовит людей.
На дороге их кто-то ждал. Сантинали не могла рассмотреть деталей кроме цвета одежды — человек был слишком далеко — но Шанасаннан уже зло прошипел:
— Тварь.
— Постой нападать, он в цветах князя Карлая.
Дядя Герен предупреждал, что в случаях нужды может присылать своих иных вместо обычных курьеров: по скорости и выносливости с тварью не сравнится ни одна лошадь.
Гонец терпеливо ждал пока отряд подъедет: прийти в крепость сквозь все периметры ша он не мог, да и сам город теперь тоже был надёжно защищён от присутствия иных сущностей. Нигде кроме как среди поля на выезде из города эта встреча состояться не могла. Стоило предусмотреть такой слуай на будущее и придумать возможность быстрой доставки посланий прямо в крепость. Может, выставить здесь какого-нибудь дежурного?
Церемонно поклонившись, курьер вручил королевне тубу с посланием.
— Господин велел дождаться ответа, — встретившись с ней взглядом пояснил гонец. Сантинали кивнула и вскрыла тубу. И чем дальше она читала, тем тревожнее становилось у неё на сердце.
«Дорогая Санти, у меня пока что всё хорошо, как, думаю, и у тебя. Но не далее чем сегодня пришли ко мне тревожные вести. Мои сородичи с восточной части континента тревожатся о происходящем в наших захолустных краях. Их беспокоит не столько гибель Горжии — я объявил его земли своими среди держателей, и на них никто из иных пока что не осмелился претендовать, — сколько возрождение Хранителей. Похоже, как я и предсказывал, кто-то смог догадаться, чем это грозит обычным иным, и было принято решение избавиться от шанаши. Войска уже выдвинулись в путь. Я прошу вас не совершать никаких опрометчивых поступков. Я никому не сообщал о том, что вы давно уехали из Ясеневой Рощи в Хакар, а у других держателей после демарша Шанарана здесь пока что очень мало своих агентов, кто смог бы достоверно отследить ваши передвижения. Я и Шанаран, я уверен, сможем отразить любую угрозу, тем более подкреплённые силой Шанасаннана. Но нам нужно чётко скоординировать свои усилия. К сожалению, вести о начавшемся походе достигли меня не сразу — Левон находится на отшибе и добираться сюда даже моим агентам иногда приходится непозволительно долго. Думаю, через две недели они уже будут в Ясеневой Роще. Не беспокойся, простые смертные вряд ли хоть что-нибудь заметят. Пока пришельцы будут разыскивать шанаши и соображать что произошло, у нас будет время подготовиться. Я уже созвал своих иных: и к моменту, когда это послание достигнет тебя, мы скорее всего уже выдвинемся в дорогу. Надеюсь, ты с шанами примешь моё предложение. По моему мнению самым удачным местом дать бой являются Саратские курганы, мы туда и направляемся. Возьми с собой только тех людей, которым ты полностью доверяешь: зрелище иной битвы не для всякого, особенно если в этой битве будем участвовать я и Шанаран. Твоим людям не придётся сражаться, но необходимо обеспечить твои безопасность и комфорт в пути. Надеюсь услышать от тебя добрые вести, этот юный иной перед тобой примчит их ко мне со всей возможной скоростью.
Целую и обнимаю. Твой любящий дядюшка.»
Сантинали посмотрела на дату в конце письма: дядя Герен отправил его два дня назад. Да, в сравнении с обычными гонцами, добирающимися от Хакара до Левона почти неделю, это было невероятно быстро.
Возвращаться домой за хорошими писчими принадлежностями времени нет: возможно, каждая минута дорога. Когда Сантинали подумала сколько гонец ждал её — может, с самой ночи! — в глазах аж потемнело.
— Ренан, Ран может услышать меня на таком расстоянии? — Она посмотрела на последнего Хранителя Юга.
— Смеёшься, нет, конечно. Даже меня он не услышит. Если бы ты была в пригороде Ясеневой Рощи — ещё можно было бы попробовать, хотя я не дал бы никаких гарантий. Но не отсюда.
Порывшись в сумке королевна достала грифель, которым размечала опорные точки в случаях, если приходилась колдовать в степи, и принялась писать ответ на обратной стороне дядиного письма:
«Дорогой дядя Герен! Есть одна проблема: Шанаран уехал в Ясеневую Рощу две недели назад. Один. Я и Шанасаннан сейчас в Хакаре. Я собираю людей и мы выезжаем к Саратским курганам сегодня же. Но как предупредить Шанарана о предстоящей угрозе я не знаю. Шанасаннан говорит, что дозваться отсюда его невозможно, но я буду пробовать. Если у тебя есть какие-либо идеи — действуй, не медли.»
Она аккуратно сложила лист и вложила обратно в тубу, отдала её курьеру:
— Мчи так быстро, как только можешь. Это очень важно.
Иной кивнул, поклонился и… исчез. Только пыль взметнулась на дороге. Кони обеспокоено прянули в стороны, но всадники быстро их успокоили.
— Мы возвращаемся, — Сантинали вскочила в седло. — Капитан, собери самых доверенных своих людей: мы едем на колдовскую битву. Мне нужны те, кто будет молчать. Выдвигаемся сегодня же.
Князь Карлай пришёл в их стоянку на третью ночь. Просто вышел из теней, пляшущих вокруг костра. До Саратских курганов оставался ещё день пути.
— Санти, — голос его звучал встревожено. Люди, расслабленно до этого сидевшие у огня, потянулись к оружию: знамо ли дело, кто-то незамеченным прошёл мимо часовых!
— Дядя Герен!
Если честно, Сантинали надеялась, что он отправится сразу в Ясеневую Рощу, а не сюда. Почему же он здесь?
— Как ты отправила Шанарана?
— Что? — Она запнулась не совсем понимая что именно он имеет ввиду этим вопросом.
— В каком состоянии он уехал? Что случилось? Ты ведь не собиралась его отсылать. Почему ты это сделала?
— Это важно? — Более глупого вопроса она придумать не смогла. Взгляд князя говорил лучше всяких слов. Конечно, важно, раз он об этом спрашивает! Но почему? — Пойдём в шатёр.
Дядя Герен не стал садиться, просто замер у полога ожидая, когда Сантинали объяснится.
— Я поручила ему заняться оставшимися Хранителями. И укрепить защиту Ясеневой Рощи от иных. Отец давно просил защитить его дворец, но раньше у нас не было возможности это сделать. А сейчас, когда никого из ша нет в столице, он стал особенно беззащитен…