Стальвия давно зарилась на Авильский залив, владение которым позволило бы стальвийским кораблям беспрепятственно выходить в открытое море и тем самым составить конкуренцию Арастену в торговле с южными государствами. Но – увы! – Арастен запустил длинное щупальце в глубь стальвийской территории, отрезав Стальвию от моря, и отдавать залив соседу не собирался. В этом был резон – за право выхода в море Стальвия платила неплохие деньги, исправно пополнявшие казну Арастена. Конечно, Стальвии арастенские поселения по берегам залива были как кость в горле, из-за них не раз уже разгорались споры, но Арастен всегда стоял насмерть. Как я уже сказала, Стальвия вполне могла составить конкуренцию в морской торговле, получи она свободный выход к морю, а этого Арастену совсем не хотелось.
Одним словом, потребуй Никкей узкую полоску земли вдоль Авильского залива, это было бы понятно и объяснимо, но… Он решил предъявить права на княжество Тарнай, одно из многочисленных карликовых государств, зажатых между Стальвией и Арастеном, и это ни в какие ворота не лезло.
Казалось бы, какое дело Арастену до какого-то княжества? Отчего Никкей прислал ультиматум именно Арнелию, а не княгине Тарнайской? Все очень просто: Тарнай уже много лет находится под покровительством Арастена, договор заключали еще прапрадеды нынешних правителей. Если бы не этот договор, крохотный Тарнай давно проглотили бы жадные соседи или та же Стальвия… Признаться, не могу сказать, отчего Тарнай не присоединили к владениям Арастена ни в те незапамятные времена, ни теперь. Быть может, правителям Арастена нужна была этакая прослойка между их и стальвийскими землями? Не буду гадать…
Я затянулась поглубже, выдохнула дым. Ресс демонстративно закашлялся, Таваль вздрогнул и покосился на коллегу. Спина Арнелия выражала бесконечное терпение, военные все совещались, а время шло…
Итак, Борас озвучил следующее: Никкей требует не вмешиваться в его действия. Тарнай будет присоединен к Стальвии мирным путем – убедить княгиню отшатнуться под руку сильного соседа труда не составит, особенно если убеждать станет Борас. В случае же, если Арастен вмешается в конфликт, Стальвия считает себя свободной от всех прежних обязательств по отношению к соседней державе и начинает действовать по законам военного времени.
Провокация удалась. Арастен не мог не вмешаться и бросить Тарнай на растерзание Стальвии. Вмешаться же означало развязать войну, к которой никто не был готов…
А красиво вышло, ничего не скажешь! Это даже я готова была признать. Может, в свете последних событий и следовало принять условия Стальвии, но… Если на территории Тарная находится что-то, что позарез нужно Борасу (и, предположительно, Наору), – а чем еще объяснить внезапный интерес Стальвии к этому клочку земли? – отдавать им княжество нельзя ни в коем случае.
– Вынуждена огорчить вас, Ваше величество, – сказала я. Ресс встрепенулся, изведшийся Таваль посмотрел на меня с надеждой. Арнелий обернулся, взглянул вопросительно. – Разнообразием версий я вас не порадую. Все эти действия определенно направлены на развязывание войны, а мы знаем, что попытки сделать это предпринимались уже неоднократно. На этот раз был сделан верный ход, не правда ли?
– Мы постараемся закончить дело миром, – сдержанно проговорил советник Лермен.
– Мне бы очень хотелось надеяться, что вас ждет успех, – ответила я, – но, боюсь, готовиться нужно к худшему. Впрочем, все это вы знали и без меня, не так ли?
Ресс косился на меня с плохо скрываемым презрением. Еще бы, отнять столько времени у высокопоставленных господ, да что там, у самого короля, а в итоге заявить, что никаких ценных идей так и не появилось, – в этом все Нарен, что дед, что внучка! Это так явственно читалось на его физиономии, что мне стало смешно.
– Господин Лермен, а об отвлекающем маневре вы думали? – спросила я, и советник встрепенулся.
– Разумеется, – ответил он. – Первым делом мы предположили, что на самом деле Стальвия желает заполучить все-таки Авильский залив, а нападение на Тарнай – для отвода глаз. Однако, судя по донесениям, никакой активности ни в том районе, ни в каких-либо иных стальвийцы не проявляют.
– Они и в окрестностях Тарная не особенно суетились, – заметил Ларрис и добавил с иронией: – Судя по донесениям…
– В любом случае, все пограничные отряды должны проявлять повышенную бдительность, – заметил его коллега, капитан Грайс. – Распоряжения отправлены.
Я кивнула. Другого я и не ожидала.
– Я не могу исключать возможности, что Тарнай – не просто предлог для развязывания военных действий, – сказала я, немного помолчав. – Почему именно это княжество? Почему не Азоль, почему не Грамм? Они тоже заключали договоры с Арастеном, насколько мне известно.
– Расположение? – предположил Грайс.
– Не вижу особенной разницы, – нахмурился советник. – Разве что два последних намного крупнее Тарная. Могли бы оказать сопротивление…
– Азоль крупнее, – возразил Грайс, – но не держит регулярной армии. А в Грамме… вы сами знаете, какая там ситуация, они третий год княжеский престол делят, в стране разруха, какое уж тут сопротивление! Из трех этих княжеств именно Тарнай и может дать отпор. Долго не продержится, но…
– В самом деле, странно, – поддержал Ларрис коллегу. – Так почему, по-вашему, госпожа Нарен, был выбран именно Тарнай?
– Могу только предположить, – хмыкнула я. – На территории Тарная находится нечто, до чего не терпится добраться либо Никкею, либо Борасу, либо Наору, либо всем сразу. Одним камнем они убивают двух змей: получают и это нечто, и начинают войну. Зачем им последнее, не могу даже представить.
– Любопытно. – Арнелий встал, прошелся по кабинету. Взглянул на магов. – Дейен! Ваше мнение?
– Я в растерянности, Ваше величество, – ответил тот. Вид у него был недовольный. – Зачем нужна война… увы, у меня тоже нет предположений. Что касается Тарная… Необходимо провести изыскания и уточнить, чем может располагать данное княжество. Я не могу припомнить ничего выдающегося. А вы, Таваль?
Тот молча покачал головой. Видно было, что ему неуютно. Как же, пригласили на тайное совещание, доверили тайну, а он даже версии никакой выдвинуть не может!
– Ну что ж, займитесь… изысканиями, – коротко кивнул Арнелий. – Госпожа Нарен… надеюсь, вы понимаете?
– Разумеется, Ваше величество, – усмехнулась я. – Вы намерены загнать меня в Тарнай, чтобы я на месте узнала, на что же такое польстились стальвийцы, или кто там еще?
– Именно. Постарайтесь понять, очередная ли это блажь Никкея или же действительно за ним стоит некая фигура. Я знаю, вы не сомневаетесь в этом, но я не могу исключать и первой возможности. Если же подтвердится ваша версия, прошу вас, постарайтесь найти доказательства. Неопровержимые доказательства, госпожа Нарен.
– Конечно, Ваше величество, – ответила я и в этот раз не стала даже торговаться за гонорар. Было, признаться, не до того…
В ультиматуме говорилось, что в случае отказа Арастена от предложенных условий Стальвия немедленно введет войска на территорию княжества Тарнай. Конечно, «немедленно» на самом деле означало «недели через две-три», а то и больше – столько времени потребовалось бы Борасу, чтобы добраться в Эсталь. Даже если Никкей уже держал войска на границе (а это вряд ли, о таком уже бы доложили, но тревожных вестей, как было упомянуто на совещании, из Тарная еще не приходило), а Борас послал с донесением птицу, какое-то время у нас в запасе было.
Надо отдать должное и Арнелию – приказ о выступлении был отдан немедленно, а гонцы на пограничные заставы отправились еще ночью. Очевидно, король уже давно ожидал какой-нибудь подлости от соседа, потому держал войска в боевой готовности, а до Тарная оттуда – рукой подать…
…Вот поэтому-то последние недели я провела в седле, считая дни до прибытия на место и строя предположения касательно того, что же все-таки задумал наш изощренный противник. Арнелий, недолго думая, наградил меня правом говорить от его имени, так что теперь я, изволите ли видеть, являлась «королевским голосом». Ирония судьбы – однажды я себе это право присвоила, теперь награда, что называется, нашла героя… Я бы предпочла путешествовать инкогнито, чтобы постараться без лишнего шума разобраться в происходящем в тех краях, но увы – Арнелий счел, что так я буду в большей безопасности. «Королевский голос» – статус посерьезнее посольского, во всяком случае, эта персона может рассчитывать на уважительное отношение к себе со стороны противника.
– Госпожа Нарен! – Меня догнал Лауринь – куда же без него.
Услышав, что я собралась посетить места, где вот-вот может разгореться сражение, лейтенант заявил, что, если его официально не откомандируют в качестве моего сопровождающего, он запятнает свое имя дезертирством, но все равно отправится со мной. Разумеется, высказал это он только мне, а не своему командованию, но я прекрасно знала, что Лауринь не шутит. Впрочем, никто не собирался лишать меня верного телохранителя…
– Только что прибыла птица с посланием, – сообщил Лауринь.
– Откуда, из столицы? – нахмурилась я.
– Нет, из местечка, где наши расквартированы, – ответил Лауринь. – Похоже, Никкей нас опередил. Да вы лучше сами прочтите…
Короткая шифровка ничего утешительного не сообщала. Как выяснилось, передовые отряды Никкея уже благополучно пересекли границы княжества. Местные оказывали сопротивление, но самое большее, на что они были способны, это продержаться до подхода арастенских отрядов.
Княгиня Тарнайская официально передала командование своими войсками генералу Ларрайну и «вверила судьбу княжества в руки августейшего соседа», чего и следовало ожидать.
– Не нравится мне это, – сказала я сквозь зубы. Судя по лицу лейтенанта, ему тоже было не по душе происходящее.
Нет смысла описывать, как мы добирались до военного лагеря недалеко от границы и как тарнайский командующий вводил меня в курс дела. Пограничный гарнизон Арастена подняли по тревоге, вскоре должно было прибыть еще подкрепление, а пока нужно было справляться своими силами – Никкей тоже двинул на нас не многотысячное войско. Впрочем, надо думать, и его отряды ожидали подкреплений.