Похлёбка вышла наваристой. Бель успела сбегать за стену замка и нарвала ароматных трав. С ними бульон «играл благородными оттенками специй», как говорила моя бабушка, даже без мяса, корицы, шафрана. Всем понравилось. Я вообще наелась первой и вскочила, чтобы убрать посуду.
— На будущее, Мередит, — раздался голос колдуна, — ученицы не встают, пока учитель ест.
Ох, ты ж, чтоб меня разорвало! «Этикет на рынок подвезли и продавали по десять золотых». Ладно, его мы тоже переживём. Учиться, так учиться.
— Хорошо, господин Мюррей, — улыбнулась я, но видимо как-то не так. У колдуна щека дёрнулась. От злости? — Простите, господин Мюррей. Больше не повториться.
Бель прятала усмешку в кулаке, а на улице раздался крик.
— Хэй! Есть кто дома? Фьють!
На Нико не похоже, он не умел так лихо и громко свистеть. На Гензеля тоже. Слишком вольное обращение. Портной ведь знал, куда идёт. Кто же там, мамочки? Сердце в груди стучало, шея вспотела. Хорошо, что ворота колдун ночью закрыл, а я заперла калитку для слуг. Это же замок. Сквозь его стены просто так не пробраться. Верно же, да?
— Гости пожаловали, — Карфакс встал из-за стола. — Сидите здесь. Обе. Это приказ. Сам разберусь.
Глава 11. Странный гость
Анабель
Визитерам учитель даже не удивился, стало понятно, что он ждал кого-то. Я посмотрела на Мери, та нервно кусала губы и комкала салфетку в руках. Переживала. За Мюррея?
— Как думаешь, кто это? — я не выдержала первая. Заерзала на стуле.
— Охотники за древними могущественными артефактами? — предположила она.
— Об артефакте никто не знает. Об этом, по крайней мере. Если только старый король поведал тайну сыну, а тот своему сыну. Сколько королей сменилось, пока учитель прятал шар? Неважно. Если бы это были люди короля, замок уже осадили бы.
— А с чего ты взяла, что нет?
— А ты прислушайся. Глаза закрой и слушай, что замок говорит. Тут же всё магией пропитано. Колдовать без заклинаний можно, а уж увидеть, что происходит за стенами — проще простого. Закрой глаза, ну? Ты ведь хотела учиться?
— Не за обедом, — буркнула Мери.
— Мы уже поели, а вставать из-за стола запретили. Все равно делать нечего. Ну что? Попробуем поглядеть, кто к нам пожаловал?
— А бездна с тобой, — Мередит улыбнулась. — Парни же за девками на реке подглядывают. Почему бы и нам за одним единственным одетым мужчиной не подглядеть?
Потом она фыркнула и покраснела, совсем как я, когда бабушка рассказывала, чем мужчина от женщины отличается.
— Закрывай глаза, — начала я объяснять. — Дыши глубоко, будто злишься и нужно срочно успокоиться. Два вдоха и длинный выдох. Слушай удары сердца. Если будет проще — считай их, — сама зажмурилась, потянулась мысленно к учителю. — Теперь представь господина Мюррея у ворот замка. Он стоит, сложив руки за спиной. Видишь? А напротив него другой мужчина.
— Вижу, — пораженно выдохнула Мери. — Вижу!
— Тише, успокойся. Жаль, не слышно, о чем они говорят. Хотя…
— Что?
— Есть одна штучка, — я улыбнулась, вспоминая, как бабушка научила меня пользоваться подслушивающим заклинанием. Она, конечно, делала это, чтобы я могла смотреть за зельями, пока работаю в огороде. Но хитро намекнула, что некоторые вещи, о которых мама не хочет говорить мне, они обсуждают наедине. Вот так играючи обошла обещание не рассказывать мне о том, кто мой отец, а кто дедушка. — Попробуем кое-что сделать?
Мери согласилась. Не только у меня любопытство было главным пороком. Господин Мюррей одинаково поймал нас в ловушку с сияющим шаром. Так что через несколько минут соученица принесла глиняную посудину, до краёв наполненную водой, а я достала маленький пузырёк и капнула зелье в воду.
— Здесь только травы. Если хочешь, дам потом рецепт. Единственная сложность зелья в том, чтобы правильно рассчитать пропорции. У меня не с первого раза получилось, хотя я очень старалась. Полезная вещь, кстати, но не в лесу, где нет никого, за кем хочется послушать. Не за кроликами в норах же мне шпионить? — я хмыкнула и вернулась к насущному. — Три капли на полведра чистой воды, короткое заклинание и ты уже слышишь всё будто через дырку в стене. Немного приглушенно, но разобрать слова можно.
Я прочитала заклинание, Мери беззвучно повторила его несколько раз, желая запомнить. А потом… Вода пошла рябью и стала передавать разговор учителя с гостем.
—… вам повторяю, в замок мы не пойдём. Обращайтесь в суд, если хотите. Никаких переговоров в моём доме.
— Да не пугайте вы меня судом! — зло ответил магу незнакомец. — Я прибыл по распоряжению нынешнего лорда этих земель. У меня работа такая, понимаете? Ехать, куда скажут, смотреть документы и докладывать, всё ли законно.
— Всё законно, — я почти видела, как Мюррей весомо кивнул после этих слов. — Ваш хозяин хорошо смотрел за моими землями, пока я отсутствовал. Но теперь в его услугах больше нет необходимости. Настоящий наследник вернулся.
— И все-таки позвольте взглянуть на упомянутое вами завещание?
— Вы разве не нагляделись? Бросьте. На что вам тогда артефакт-обнаружитель магии? Кстати, его достаточно просто сжать в кулаке. Не обязательно теребить, встряхивать и скрести ногтями, будто у вас нервный припадок. Ну и как? Нашли завещание?
— Нет, — глухо ответил собеседник. — Я принёс артефакт не за этим. Хотел удостовериться, что вы тоже маг.
— Тоже? В вас нет ни капли магии, господин Монк.
— Я имел в виду вашего предка. Якобы предка, завещавшего вам замок и все земли Роланда Мюррея. Он был магом. Если в ваших жилах, Альберт, течёт его кровь, то и колдовская сила должна быть.
— Ах, вот оно что, — едко ответил учитель. — Умно, признаю. И заметьте, артефакт нагрелся. Что означает: «Да, человек перед тобой только что колдовал». Сила у меня есть. Довольны? Но на этом всё. Выбросьте артефакт из кармана. С вашей стороны было невероятно бестактно приносить такую вещь в дом колдуна. Это признак недоверия. Будто я везде расставил ловушки и мечтаю вас убить. А это не так.
— Прошу прощения, — ответил поверенный лорда. — Видите? Я выбросил артефакт. Больше при мне ничего нет. Могу я взглянуть на завещание?
Учитель долго думал, и, наконец, сказал:
— Хорошо. Я покажу документы, но на этом мы распрощаемся.
— Не смею спорить.
Ох, а вот и конец разговора!
— Садись на место, — шикнула я, провела рукой над водой, быстро зачитывая заклинание отмены, схватила посудину и спрятала её под стол. — Вода передаёт слова с задержкой. С какой именно — угадать сложно. Вдруг они сейчас войдут?
— Мы чуть не попались?
Ответом на вопрос Мери стал звук шагов господина Мюррея и его неприятеля. Вернее, слуги его неприятеля. Хвала предкам, не рядом с гостиной, а дальше по коридору. Но я всё равно боялась разоблачения. Кто знает, каков учитель в гневе? Не закончится ли наше с Мери житьё в замке, едва начавшись?
— Уф, пронесло, — подруга вытерла лоб рукавом. — А ты рисковая, Бель.
Я виновато опустила взгляд. От скуки в лесу на что только не пойдёшь. Жаль, в наш дом такие гости не заходили. Лицо мужчины давно растаяло перед магическим взором, но я не могла его забыть.
Красивый.
Скуластый, с тонким носом и глазами серыми, как небо перед грозой. Смотрел внимательно, явно старался подмечать все детали. И губы поджимал. Необычно. А высокий какой! Господин Мюррей ему макушкой еле-еле до носа доставал. Но если учитель в годах, то гость совсем молодой. Статный. Костюм у него дорогой. Я таких в городе не видела. Даже в лавке портного Гензеля не могли похвастаться настолько искусной вышивкой. Долго же мастерица над ним сидела. Все пальцы иголкой исколола?
— Тебе рожа нашего гостя никого не напомнила? — хмуро спросила подруга.
Я потёрла глаза, словно только что проснулась. Странное дело, заклинание так раньше не работало. Фигуру учителя я видела смазанной, как обычно, а вот гостя во всех подробностях. Каждый жест, улыбку, случайно брошенный взгляд. Будто не Роланд Мюррей, а я стояла во дворе замке.
— Нет, не напомнила. А должна?
— Не знаю, — вздохнула Мери. — Сложно объяснить. Ты вроде из семьи колдунов, видела их. Благородных, я имею в виду. Ох, запуталась, скажу проще. Лицо у него породистое. Характерное очень. Тут в подвале замка полно портретов. Клянусь, он мне кого-то из намалёванных на холсте напоминает.
— А можно посмотреть?
— Лучше послушать, — Мери взяла другую чашку и плеснула в неё воды. — Портреты от нас никуда не убегут, а странный мужчина может. Да и колдуну веры нет. Порешают там что-нибудь вдвоём, он же нам в последнюю очередь скажет. Я поняла, что замок делят. Чуть не забыла тебя предупредить, чтобы при посторонних ты называла учителя не Роланд, а Альберт Мюррей. Он собрался вернуть себе земли. Но так как для всех давно умер, то придумал наследника. Завещание написал сам на себя. Давай узнаем, чем дело кончится. Настрой воду на кабинет. Тот, что от трапезного зала прямо и налево. Где там твои две капли на ведро воды?
Ох, Мери, и это я-то рисковая?
Заклинание читали вдвоём. Я пощёлкала пальцами, чтобы голоса звучали громче, и снова окунулась в пропитанный магией воздух замка.
Альберт Мюррей, как его теперь нужно было называть, сидел в кресле с высокой спинкой. Через стол от него странный гость шуршал бумагами. Безжалостно переворачивал хрупкий пергамент и вглядывался в закорючки букв.
— Что вы пытаетесь мне доказать? Завещание составлено триста лет назад. За несколько дней до того, как Роланда Мюррея нашли мёртвым в этом самом кабинете. Ни один наследник не объявился. Земли отошли короне, титул лорда Мюррея был упразднён. А через несколько лет замок с его окрестностями король пожаловал Томасу Гринуэю. Далёкому предку нынешнего лорда Гринуэя. Время ушло. Срок исковой давности истёк, пропал и протух.
— Молодой человек, а вы где законы изучали? — голос мага звучал насмешливо даже через рябь на воде. — Неужели достойные ранее академии стали выпускать откровенных невежд? Срок исковой давности по завещаниям отсчитывается не с момента смерти завещателя, а с того дня, когда наследник об этом узнал.