- Анабель! – громко крикнул учитель за воротами замка. – Открывай, мы пришли.
Ох, чтоб мне в бездну провалиться! Проморгала. Отвлеклась на пленника и забыла, что нужно следить за дорогой. А если бы мне не повезло и вместо господина Мюррея пожаловали разбойники? Нет, призраки старого замка были правы, когда смеялись ночью. Рано мне ещё брать на себя такую ответственность. Не доросла ни морально, ни интеллектуально, ни магически.
Первой во дворе появилась Мери. Она так сутулилась, болезненно морщилась и кусала губы, что я предположила худшее.
- Что с мамой? Она жива?
- Да, - тихо ответила соученица. – Обошлось. Альберт Мюррей – великий колдун, этого у него не отнять. А ты как провела ночь? Надеюсь, спокойнее, чем мы.
Ага, как же. Я не поднимала взгляд от земли и мысленно составляла покаянную речь. Выходило паршиво. Если начинать с самого начала, то слишком длинно, а если с середины, то слишком жутко. В итоге я зажмурилась и выпалила:
- Господин учитель, ночью в ваш кабинет пробрался господин Монк, увидел меня в неподобающем виде, оскорбил, я не смогла сдержать эмоции, подожгла на нём одежду, затем потушила, залечила раны, и он снова меня оскорбил…
- Монк? - переспросил учитель, а Мери расхохоталась.
Нет, серьёзно. Я стояла посреди двора с застывшим на губах признанием, а Мередит держалась за живот и вытирала выступившие от смеха слёзы.
- Гениально, - выцедил сквозь зубы маг. – Мери, как говорят у вас в деревне? «Наш пострел везде поспел?» Экий ловкий-то. Шустрый. И что он искал? Колодец? Ты не могла его там утопить?
Я отчаянно не понимала, что происходит. С трудом догадалась, причём тут колодец. Когда я поступила на обучение, шар-артефакт мне подсунули в ведре с водой, а потом снова закопали его где-то под стеной замка. Но «утопить»?
- Вы шутите, да?
- Нет, - округлил глаза колдун, и Мери снова засмеялась. Но уже не так громко. Скорее, нервно. – И если вы не привяжете меня к стулу, то я переломаю Монку все кости. Имею право. Он вторгся в мои владения, пошёл на грабёж. Так что он пытался унести?
Я открыла рот, хотела взглядом показать на шар под стеной, но осеклась на вдохе.
- Не знаю. Он так и не сказал. Подарки мне обещал, чтобы не спрашивала. Просил его отпустить. А я его «стазисом» и в подвал.
- Правильно сделала, - остановил меня учитель, – показывай пленника.
Мередит
Узлы Анабель вязала с мастерством опытного охотника. Я залюбовалась, как она стреножила Монка и скрутила его руки за спиной. Приказчик лежал на боку и тихо сопел. Бель сначала мямлила, заикалась, но потом, когда речь в рассказе дошла до сравнения замка с борделем, разошлась. Искры от неё летели во все стороны. Каким чудом не подпалила наглого приказчика ещё раз, осталось загадкой.
- Надо было брать подарки, - усмехнулся колдун. – Сошли бы за моральную компенсацию. Ладно, он у нас заговорит.
- Пытать будете? – спросила я, а Бель побледнела. Весь праведный гнев сразу куда-то делся.
- Может, не надо? – пискнула она, но колдун её не слушал.
Медленно оглядел каменные стены подвала, пнул дырявое ведро в углу, сощурился на остатки разломанной ограды. Железные прутья в ней острые…
- А правда, что маги в древности умели варить зелье, развязывающее язык? - спохватилась Бель и заговорила быстро-быстро. – Его использовали на полях сражений для допроса шпионов. Кажется, в составе был тимьян, корень баду. Трёх капель хватало, чтобы человек начал говорить всё, как есть.
- Да, правда, - кивнул Карфакс. — Я знаю такое зелье. – У Бель глаза загорелись ярче звёзд. Она даже на цыпочки встала и с надеждой потянулась к колдуну. – Рецепт у него простой и название тоже. Это вино. Трёх капель для потока откровений маловато будет, но с двух бутылок разговор завяжется.
- Тьфу, - выругалась Бель, а я снова расхохоталась.
Не получилось сорвать колдуну затею с пытками, но появилась хорошая мысль.
- Так давайте я сбегаю, - предложила ему. - У нас чудодейственного зелья, развязывающего язык, аж три полных корзины. Монк до следующего утра болтать будет.
- Вряд ли он захочет пить с врагами, - Бель насупилась и сложила руки на груди. – А если согласится, то специально высосет бутылку одним махом и снова уснёт. Допрашивайте его, старайтесь. Вот если бы настоящее зелье. Чтоб наверняка.
- Нет его, - вздохнул колдун. – Создать невозможно. Видишь ли, Анабель, правды, как таковой, не существует. Есть только вера, угол зрения и глубина знаний. «Правда у каждого своя», слышала о таком? А теперь по-простому. Если человеку с детства вдалбливать, что сосна – это осина, то он даже под пытками не скажет иначе. В его голове именно так. А ты о тимьяне рассуждаешь.
Бель расстроилась. Прислонилась спиной к стене и крепче обняла бумажный свёрток с нашими платьями.
- И что делать? Не пытать же его, в самом деле.
- А тебе жалко господина вора? – поддел колдун.
- Да, - вторая ученица кивнула. – Живой же. Ему больно. Нельзя так.
- Наивная простота.
Карфакс возмущенно закатил глаза, вздохнул и промолчал. Я понимала, почему у него чесались руки схватиться за железный прут. Шар-артефакт настолько ценен, что церемониться с его хранителями никто не станет. Нас, не задумываясь, убьют. И раз уж один из врагов прикинулся поверенным в делах нового лорда, проник в замок и так глупо попался, то его нельзя отпускать. Из Монка нужно все кишки вытянуть, но выяснить, кто его послал.
- Ладно, - протянул колдун и поднял руки, - будет тебе бескровный допрос. Не хочу прослыть мясником у собственных учениц. Мери, неси вино. Двух бутылок хватит. Есть один способ превратить хмельной напиток в слабое подобие легендарного зелья правды.
Бель запрыгала от радости и захлопала в ладоши. Нравился ей Монк, ничего не изменилось. Вот и как мужчины это делали? Приказчик её то любовницей, то наложницей, то девицей из борделя называл, а Бель из-за него с колдуном чуть не поругалась. С учителем, чьё мнение ставила превыше всего. Вот как? Кто-нибудь мне объяснит? Никто, видимо. Я хмыкнула и пошла за вином.
Бутылки нашла, тщательно вытерла от пыли и захватила с собой два кубка. Не пристало господам хмельной напиток из горлышка хлебать, как всяким пьяницам трактирным. Хотя в том, что Монк – господин, я уже сомневалась. Нарядить в шитый золотом камзол кого угодно можно. Научить разговаривать, как лорды, смотреть свысока, ненавидеть простолюдинов. Да, любой актёр справился бы. Может, Монк пришёл к нам из бродячего театра?
Пока я ходила, Карфакс уселся на пустую бочку в коридоре и что-то тщательно растирал пестиком в ступе. У Бель шея вытянулась и стала похожа на лебединую, как ей было интересно. Я принюхалась, но ничего не поняла.
- Что там?
- Грибы, - сухо ответил колдун.
- Ядовитые, - Бель назидательно подняла палец и переступила с ноги на ногу. – Их нельзя есть. Вы же допросить хотели пленника, а не убить.
- Ничего с твоим Монком не сделается, - усмехнулся Карфакс. – Поверь, ему даже понравится. Грибы галлюциногенные. Внутренние барьеры от них только так падают. И доза здесь безопасная. Даже если пленник бутылку до дна выпьет, то всего лишь уснёт. Но я думаю, больше одного глотка он себе не позволит. Всё, пора будить незваного гостя. Наливайте воду в миску и доставайте пузырьки с подслушивающим зельем. Сегодня я разрешаю вам быть в курсе разговора.
Неслыханная щедрость, ага. Захотелось присесть в реверансе, будто я леди, и чопорно поблагодарить. Жаль, Карфакс не оценил бы шутку. Он после разговора на мосту был сам не свой. Анабель подвоха не чувствовала, она за Монка сильнее беспокоилась, но я жила в замке дольше и знала колдуна чуть лучше. Давил он в себе злость яростнее, чем грибы в ступе. Казалось, это не пестик скрипит, а Карфакс зубами скрежещет. Что–то совсем не так. Приказчик, конечно, вор и мерзавец, но слишком мелкий человек, чтобы из-за него великий колдун так сильно боялся сорваться.
- Отойдём в сторонку, - сказала Бель, потянув меня за рукав. – Здесь даже чашу некуда поставить.
Мы уединились в соседней комнате и добавили в воду пару капель зелья.
Будить приказчика не пришлось. Услышав шаги колдуна, он пошевелился и застонал.
- О, господин Мюррей. Какая встреча.
- Вы обещали, что мы увидимся только в суде, - съязвил Карфакс. Сел прямо на пол, но так, чтобы Монк хорошо его видел, и поставил бутылку между ног. – Неужели соскучились?
- Едва ли, - приказчик посмотрел на вино и непроизвольно сглотнул тягучую слюну. Долго лежал связанным. Жажду уже чувствовал. – Мне неприятны лжецы и самозванцы…
- Настолько, что вы решили обокрасть мой кабинет?
- Я проводил расследование.
- Однако, - цокнул языком колдун. – Теперь это так называется?
- Можете гримасничать, - скривился Монк. – И передразнивать меня. Вижу, юная Анабель уже поведала вам подробности случившегося между нами недоразумения. Да, я позволил себе дурно о ней отозваться, но успел поплатиться за это.
- Жаль, что вам попалась всего лишь ученица. Мой огненный шар обратил бы вас в пепел.
- Не сомневаюсь, - склонил голову приказчик, насколько позволяла его неудобная поза. – И в доказательствах вашего колдовского могущества по-прежнему не нуждаюсь. «Зачем тогда пришёл?» - следуя логике, спросите вы. И я отвечу. Люди шепчутся, вы не чураетесь запретной магии. Держите у себя неприкаянные души на коротком поводке. И будто бы один из призраков - давно почивший колдун. Он мог бы рассказать всю правду о вас.
- Зря я вино с собой принёс, - с коротким смешком ответил Карфакс. – Тут и на трезвую голову сказки одна краше другой. Кто вас надоумил? Плюньте ему в глаза. Наверное, ещё и заплатили за такую правду обо мне?
- При всем уважении. Правда о вас не очень дорого стоит, - господин Монк улыбнулся уголками губ. - Однако подтверждений ваших злодеяний я так и не нашёл.
- Вы признали поражение и сулили моей ученице дорогие подарки за право уйти. Да я знаю, но не верю. Слишком глупый повод, чтобы забраться в замок к колдуну. Даже без Анабель с её заклинанием огня здесь могли стоять хитроумные ловушки. Любой неверный шаг оборвал бы вашу жизнь. Зачем так рисковать?